Основатель курсов личностного роста «Нексиум» Кит Раньер продвигал свой уникальный подход и добился большого успеха. Офисы компании открывались в новых городах США и даже в других странах, а на курсы ходили бизнесмены и знаменитости. Для женщин существовало отдельное направление, где им обещали избавление от «свойственных их полу» слабостей. Платить за обучение нужно было не деньгами, а тайнами. За закрытыми дверьми они становились рабынями Раньера. История курсов, оказавшихся секс-культом, — в материале «Холода».
В марте 2017 года шесть женщин в возрасте от 30 до 40 лет по очереди приходили в частный дом, чтобы пройти обряд посвящения. Они собирались вступить в тайное сестринство, которое, как им сказали, создали для развития лидерских качеств у женщин.
Одна из участниц, канадская актриса Сара Эдмондсон, которой тогда было 39 лет, позже рассказала журналистам, что ее предупредили, что сделают ей небольшую татуировку во время инициации. На входе в дом Эдмондсон надели повязку на глаза и потребовали раздеться, а затем отвели в комнату, где разрешили снять повязку. Для нее и еще пяти женщин, которые были в ней в тот вечер, провели церемонию, после чего отвезли их в другой дом.
Там Эдмондсон, которая все еще была без одежды, приказали лечь на массажный стол. Затем три человека схватили ее за ноги и плечи и стали удерживать, а женщина, которую собравшиеся звали «госпожой», велела произнести: «Госпожа, пожалуйста, клеймите меня, это будет честью». После этого она взяла в руки аппарат для прижигания и стала выводить им на нижней части живота Эдмондсон символ размером около пяти квадратных сантиметров. Процесс занял около 25 минут, анестезия при этом не использовалась. Дальше эта женщина по очереди заклеймила всех женщин.
В комнате горели свечи, женщины стонали от боли, а в воздухе пахло жженой плотью — чтобы защититься от сильного запаха, присутствующие надели медицинские маски. Участницы сестринства снимали все происходящее на камеру. «Я рыдала все время. У меня произошла диссоциация: я как будто отделилась от своего тела», — позже вспоминала Эдмондсон.
Благородное человечество
«Сестринство», в которое вступали женщины, было частью компании NXIVM (читается как «Нексиум»). Ее создатель, Кит Раньер, разработал «Программу успеха руководителей» — платные курсы самореализации. С момента основания в 1998 году курсы и семинары в «Нексиуме» купили около 17 тысяч человек. Многие отучились и вернулись к прежней жизни, но кто-то стал погружаться в «Нексиум» все глубже, отказываясь от карьеры, семьи и друзей и теряя десятки тысяч долларов.
По словам журналистов, бравших интервью у Раньера, тот представлял себя как «великого философа, этичного человека и ученого, который расширяет границы человеческих возможностей». Раньер говорил, что долгое время считал себя особенным: утверждал, что уже в год разговаривал развернутыми предложениями, в два года научился читать, в 12 лет освоил математику на уровне старших классов и играл на фортепиано «на концертном уровне».
После школы Раньер поступил в Политехнический институт Ренсселера в Трое, штат Нью-Йорк. Он говорил журналистам, что хотел стать ученым, однако быстро ушел в предпринимательство. Вместе с партнерами он основал компанию «Consumers’ Buyline Inc.», которая продавала продукты и другие товары по подписке со скидкой. Компания приносила неплохой доход, но в 1997 году ее пришлось закрыть: генеральная прокуратура штата начала расследование, заподозрив, что это финансовая пирамида.
Следом Раньер открыл сеть учреждений альтернативной медицины. В 1998 году он познакомился с Нэнси Зальцман. Она вела успешную терапевтическую практику недалеко от Олбани, где работала с пациентами псевдонаучными методами нейролингвистического программирования (НЛП) — то есть решала психологические проблемы пациента с помощью гипноза и отражения.
НЛП в 1970-х годах разработали психолог Ричард Бендлер и лингвист Джон Гриндер. Они предположили, что мышление, речь и привычные модели поведения можно перенастроить так, чтобы человек стал успешнее и увереннее. Сторонники НЛП считают, что, меняя внутренние установки и перенимая стратегии «успешных» людей, можно влиять на собственные результаты и состояние. Это направление до сих пор популярно у коучей, тренеров личностного роста и продавцов разных курсов. Однако убедительных доказательств эффективности метода мало, а многие его ключевые идеи считаются псевдонаучными.
Они часто беседовали, и вскоре, по словам Зальцман, она стала чувствовать себя счастливее — якобы благодаря умению Раньера воздействовать на людей. В том же году они запустили серию воркшопов под названием Executive Success Programs (программы успеха для руководителей). В рекламе заявлялось, что программа помогает «реализовывать человеческий потенциал». В 2003 году Раньер создал «Нексиум» — зонтичную организацию, которая объединяла ESP и другие структуры.
«Профессиональный бизнес, предоставляющий образовательные инструменты, наставничество и тренинги корпорациям и людям всех слоев общества», — говорилось на сайте «Нексиума». Философия Раньера описывалась как «новое понимание этики», способное помочь «человечеству возвыситься до его благородного потенциала».
Найти триггер
В «Нексиум» приходили успешные бизнесмены, дети политиков и актеры: сын бывшего президента Мексики Эмилиано Салинас, дочь президента крупнейшей в Латинской Америке медиакомпании Grupo Reforma Роза Лаура Джунко, актрисы Ники Клайн из сериала «Звездный крейсер “Галактика”» и Эллисон Мэк, известная по роли Хлои Салливан в сериале «Тайны Смолвиля».
Участники тренингов верили, что Раньер способен избавить их от психологических травм, страхов и зависимостей, а также очистить их мышление от стереотипов. «Это духовный путь белых воротничков. Ты идешь путем [буддийского] монаха, но не надеваешь красную одежду и не сбриваешь волосы», — говорил один из участников тренингов «Нексиума».
Обеспеченные люди отдавали тысячи долларов за каждый курс. Во время обучения их мотивировали покупать дополнительные занятия, а еще привлекать других людей — это позволяло продвигаться во внутренней иерархии «Нексиума». Людям, которым не хватало денег на покупку курса, позволяли заниматься бесплатно, если они привлекали новых участников.
Раньер и Зальцман работали с людьми методами «нейролингвистического программирования». Они внушали клиентам, что от детских травм можно избавиться, «интегрировав» этот опыт в процессе гипнотических сеансов. Во время подобных занятий Зальцман просила пациентов «вернуться в детство» и задавала личные вопросы, например, об отношениях с родителями.
Зальцман утверждала, что человек полностью контролирует свою жизнь — если ему плохо, значит, он сам решил стать жертвой. Но это можно изменить, если найти ошибку в своем восприятии.
Сеансы, на которых люди работали со своим прошлым, назывались «Исследование смысла». Клиенты «Нексиума» «исследовали смысл» воспоминаний и искали «ошибку», которая делает их болезненными. Раньер убеждал, что так можно избавиться от влияния негативного опыта на их жизнь, главное — «деконструировать» триггер и изменить его восприятие.
«Авангард» и «Префект»
Многие клиенты говорили, что занятия в «Нексиуме» им действительно помогли — что, «интегрируя» опыт вновь и вновь, они становились более беззаботными, бодрыми и сильными. «Мы просто пытаемся создать радость», — сказал журналистам один из них.
Однако на этом практика в «Нексиуме» не заканчивалась. После того как «ошибку» находили и прорабатывали, наставники якобы меняли личность ученика на новую — производили «замену данных другими», как говорили в «Нексиуме». Людям, которые избавились от страхов, предлагали делать то, что им действительно хочется, — в основном это касалось радикальной смены деятельности.
«Многие участники и экс-участники NXIVM, с которыми я беседовала, — в большинстве своем поклонники науки и математики, веселые и поразительно проницательные — согласились в одном: технология работала», — говорила журналистка Ванесса Григориадис, которая пообщалась с клиентами «Нексиума» и самим Китом Раньером.
За годы существования проекта Раньер выстроил вертикаль власти. Последователи называли его «Авангардом», а Зальцман, первую ученицу Раньера, — «Префектом». Ежегодно в августе проходила «Неделя Авангарда», на которую члены клуба скидывались минимум по 2000 долларов. Событие устраивалось в честь Раньера, который родился 26 августа 1960 года.
Вскоре Раньер поручил Зальцман вести курсы вместо себя. Поскольку центры «Нексиума» открывались в разных городах США, Мексики, Канады, Центральной и Южной Америки, преподавать там стали уже ученики Зальцман — а потом и ученики учеников. Впрочем, все они строго придерживались идей Раньера.
Среди рядовых последователей тоже выстраивалась иерархия. В «Нексиуме» использовали пояса разных цветов, как в боевых искусствах, чтобы отделить людей с разным «уровнем самосознания» — причем перед тем, как получить пояс рангом выше, нужно было заслужить четыре полоски на текущем поясе. Раньер сформировал культуру, в которой люди с поясами более низкого ранга почитали тех, кто стоял выше.
По природе моногамны
В 2006 году Раньер создал курс, на котором мужчины и женщины якобы учились понимать друг друга. Поначалу участники действительно обменивались опытом — рассказывали, каково им жить, будучи мужчиной или женщиной, или о том, как люди другого пола могут принижать их и подавлять. Предполагалось, что открытый разговор поможет участникам стать ближе. Каждый воркшоп длился восемь дней и стоил 5000 долларов, а всего в курсе их было 11.
«Мы все были ужасно злы друг на друга, и мужчины, и женщины, — говорила дочь Зальцман Лорен, которую в “Нексиум” привела ее мать. — Женщины чувствуют себя угнетенными, и у нас есть масса примеров, подтверждающих это. Мужчины пытались за себя постоять, а мы все набрасывались на них… Мы постоянно перебивали их, просто потому что мы эмоциональны и импульсивны. Но мы не понимали, что они на самом деле чувствуют себя неуслышанными, неуважаемыми, брошенными. Или отказ от секса… Мы заставляем их его добиваться, а они просто не понимают, в чем дело, и чувствуют страх и неприятие».
Раньер учил последователей, что мужчины отличаются от женщин. Якобы мужчины эмоционально подавлены и не способны ярко проживать жизненный опыт, зато у них есть понимание добра и зла. Женщины же, по мнению Раньера, бывают вероломными, закатывают истерики и всегда получают желаемое. «Чем я безумнее, тем больше я получаю», — соглашалась с ним Лорен Зальцман.
Раньер даже придумал «первобытную гипотезу», согласно которой мужчины по природе неразборчивы в связях, а женщины, напротив, моногамны. Сам Раньер, как позже сообщило ФБР, занимался сексом со множеством последовательниц «Нексиума» — состав группы его избранниц был непостоянным, но единовременно в ней находилось до 20 женщин. Им запрещали говорить об отношениях с Раньером и вступать в связь с кем-либо, кроме него, — это касалось даже замужних женщин.
Об отношениях Раньера знали лишь его приближенные. В остальном сообществе бытовало мнение, что «Авангард» воздерживается от половых связей по духовным соображениям.
Компромат в залог
Со временем Раньер пошел дальше и создал отдельные клубы для мужчин и женщин. Мужской клуб назывался «Обществом защитников». По словам последователя «Нексиума» Эдуардо Асунсоло, члены клуба поддерживали друг друга — например, если кому-то нужно было покрасить стены, остальные приходили с валиками и краской. Еще Раньер предложил последователям идею «подкрепления своего слова гарантией».
«Гарантии» работали по принципу коллективной ответственности: например, если кто-то решил отправиться с утра на пробежку и не сделал этого, остальные лишаются кружки утреннего кофе. «Если я знаю, что мои товарищи утром не смогут выпить кофе, я побегу», — объяснял Асунсоло.
Женский клуб появился в 2015 году и был устроен иначе. Последовательницы не платили деньги за членство. Это было необычно, ведь Раньер считал, что всегда «должен соблюдаться обмен ценностями». Во всех остальных ситуациях те, кто не мог позволить себе довольно дорогие курсы, влезали в долги или выплачивали их стоимость собственным трудом, выполняя административные задачи внутри «Нексиума». В случае же женского клуба тем, кто хотел в него вступить, достаточно было лишь предоставить «гарантии» — но выглядели они совсем иначе, чем в мужском клубе.
На роль «гарантий» подходили обнаженные фото, документы о передаче имущества в собственность проекта или видеозаписи с рассказами о проступках — причем компромат мог быть как на себя, так и на друзей или родственников, а обвинения не обязаны были быть правдивыми. Со временем от участниц требовали предоставлять все более ценные или компрометирующие вещи. Женщин предупреждали: если кто-то проболтается о существовании сестринства, попытается уйти из него или совершит иной проступок, «гарантию» опубликуют. Раньер убеждал последовательниц, что «гарантии» — это их способ продемонстрировать доверие.
«Обет» — так называли клуб некоторые женщины. Другие предпочитали вариант на ломаном латинском, Dominus Obsequious Sororium, или DOS, если коротко. Выражение можно перевести как «господин покорных сестер».
В течение нескольких лет одни последовательницы Раньера заманивали в DOS других под предлогом, что участие в «сестринстве» поможет им выйти из тупика и развиваться быстрее — то есть избавиться от недостатков, которые, как говорили в «Нексиуме», были присущи женщинам.
«Женские слабости»
Актриса Сара Эдмондсон провела в «Нексиуме» почти 10 лет и даже основала отделение компании в канадском Ванкувере, где тогда проживала. Когда в январе 2017 года в Ванкувер приехала Лорен Зальцман, чтобы провести семинары, Эдмондсон была счастлива. Женщины были примерно одного возраста и за годы в «Нексиуме», как казалось Эдмондсон, сильно сблизились — она доверяла Зальцман и считала ее своей наставницей. «В компании Лорен была той, на кого я смотрела, как на рок-звезду», — говорила Эдмондсон журналистам.
Во время поездки в Ванкувер Зальцман сказала Эдмондсон, что хочет поделиться кое-чем «реально потрясающим» — однако эта информация «совершенно секретна», поэтому, мол, просто так рассказать не получится. Чтобы убедиться, что Эдмондсон не разболтает секрет, Зальцман потребовала от нее «гарантии».
Эдмондсон восприняла просьбу спокойно и написала письмо, в котором детально рассказала о своих прошлых проступках. После этого Зальцман сообщила ей о женском сообществе, которое создавали как «добрую силу», которая может расширяться и даже влиять на значимые события, например, выборы.
Сестринство состояло из нескольких кругов — в каждом шесть «рабынь» и одна «госпожа» (она и приводила «рабынь»). Со временем они могли набрать уже своих «рабынь» — так появится новый круг. «В ее устах это звучало как учебный лагерь для крутых сучек», — вспоминала Эдмондсон разговор с Зальцман. Она согласилась вступить в сестринство.
Церемония со свечами проходила в доме Зальцман в Клифтон-Парке — городке в штате Нью-Йорк, который находится в 30 километрах к северу от Олбани, где жил Раньер с другими последователями. Видео и фото с церемонии пополнили папку с «гарантиями» Эдмондсон.
Потерять все
Позже сотрудники ФБР выяснили, как именно женщин убеждали вступать в DOS. «Госпожи» чаще обращались к тем, у кого были трудности в жизни, или к тем, кто был недоволен своим развитием в «Нексиуме». Во время первых разговоров они не упоминали слова «госпожа» и «рабыня», зато говорили о чудесной возможности вступить в организацию, которая изменит жизнь.
Сестринство было тайным, поэтому вербовщицы, чтобы перейти к следующему этапу и рассказать жертвам больше информации, требовали от последних «гарантии». Нередко «госпожи» помогали будущим «рабыням» придумать более сильную «гарантию» — просто давали идеи или же подсказывали, где можно соврать, например, обвинить какого-то человека в преступлении, чтобы компромат работал еще лучше.
После того как будущие «рабыни» выкладывали «гарантии», «госпожи» давали им новую порцию информации. Они говорили, что DOS — это организация, в которой якобы состоят только женщины. Идеология сообщества была построена на учении Раньера: якобы женщинам свойственны слабости — излишняя эмоциональность, неумение выполнять обещания и стремление быть жертвой — и нужно преодолеть их, чтобы стать эффективным человеком. Для этого необходимо научиться подчиняться и быть покорной.
На этом этапе вербовщицы впервые использовали слова «госпожа» и «рабыня». Если женщины пока не были готовы признать себя чьей-то рабыней, вербовщицы приуменьшали силу слова, говоря, что «все женщины в чем-то рабыни». Еще они указывали на сам факт того, что собеседницы сомневаются — мол, сомнение происходит от слабости, а именно со слабостью и борются в DOS.
Когда женщины соглашались вступить в DOS, от них требовали предоставить еще больше «гарантий». Уровень компромата был таким, что в случае, если бы его опубликовали, жертвы потеряли бы все: имущество, работу, репутацию и отношения с близкими. Они это понимали, но с каждым месяцем соглашались давать все больше и больше информации: женщины боялись, что в случае непослушания вышестоящие члены DOS воспользуются тем компроматом, что уже имелся у них в руках. За два года в сестринство вступили около 150 человек.
Без сна и еды
Актриса Эллисон Мэк, сыгравшая роль Хлои Салливан в сериале «Тайны Смолвиля», встретилась с Раньером в то время, когда в ее карьере был спад. Мэк попросила Раньера «снова сделать ее великой актрисой». Она стала его правой рукой и имела сексуальные отношения с ним, но после того, как появился DOS и Мэк туда вступила, стала еще и его «рабыней». В 2018 году журналистов впервые за 14 лет пустили в «Нексиум». Эллисон согласилась пообщаться с ними и рассказала, как устроен DOS.
По словам Мэк, для тех, кого «госпожи» привели в сестринство, они были «олицетворением их совести, их лучшего “я”, их идеалов». По информации ФБР, которая подтверждает слова Мэк, в сестринстве практиковались акты «самоотречения»: женщин заставляли по несколько минут мыться под ледяным душем или просыпаться в четыре часа утра и в течение часа стоять в планке на предплечьях. Еще «госпожи» считали калории подопечных, как объясняла Мэк, чтобы спасти их от «эмоционального переедания», и заставляли воздерживаться от оргазмов, чтобы вылечить их «нездоровые» сексуальные предпочтения.
«Рабыни» ежедневно участвовали в тренингах по «готовности»: от женщин требовали отвечать на сообщения вышестоящих членов DOS в любое время суток. Они должны были писать «госпоже» сообщения: «Доброе утро, Г.» и «Доброй ночи, Г.» Еще «госпожа» могла отправить «рабыням» знак вопроса, и те должны были написать «готова». На ответ отводилась минута, даже если сообщение приходило ночью — женщин, которые не успевали отправить сообщение вовремя, наказывали физически или лишали пищи.
«Рабыни» совершали «акты заботы» для «госпожи», фактически становясь ее служанками — варили кофе, готовили еду, покупали продукты, носили сумки, делали уборку и выполняли другие поручения. При этом «рабыни» служили всем «госпожам», кто стоял выше в иерархии, а не только своим. Тех, кто выполнял «акты заботы» недостаточно хорошо, наказывали.
Мэк говорила, что, выполняя эти требования, женщины демонстрировали «преданность», а практики внутри DOS не отличались от тех, что существуют в других духовных учениях и религиях. «Ты в любом случае посвящаешь свою жизнь чему-то», — ответила Мэк на вопрос журналистов о том, добровольно ли женщины находились в DOS.
«Маленькая семья»
Однако на этом требования не заканчивались. «Рабыни», как позже выяснило ФБР, работали на «Нексиум» и лично на Раньера — вычитывали материалы курсов, редактировали объемные статьи лидера и расшифровывали его многочасовые интервью. На каждую задачу уходило по несколько часов, а приходили они десятками — причем от женщин требовали, чтобы они не останавливались даже ночью. Когда в «Нексиуме» готовились к какому-то мероприятию, женщины работали по 23 часа в сутки.
Несмотря на то, что кто-то из них действительно выполнял задания, чтобы подняться выше в иерархии «Нексиума», многие, как они сами позже рассказывали следователям, просто боялись, что их «гарантии» опубликуют. Вдобавок «госпожи» говорили, что их самих накажут вышестоящие члены DOS. Мол, если «рабыни» будут недостаточно хороши, их «госпожу» будут избивать или запрут в клетке.
«Я обрела внутренний стержень и просто продолжала укреплять его каждый раз, когда делала что-то трудное, — говорила 35-летняя Мэк журналистам. — [DOS был местом, где] женщины объединялись и обещали друг другу полностью посвятить себя тому, чтобы стать самыми сильными и цельными версиями себя, преодолевая свои самые большие страхи, обнажая самые уязвимые места, зная, что каждая будет поддерживать других, несмотря ни на что, держа свое слово, превозмогая боль».
Мэк называла каждый круг, который состоял из «госпожи» и нескольких «рабынь», «маленькой семьей». Она тоже привлекала новых людей, даже отправила сообщение актрисе Эмме Уотсон, в котором предлагала узнать больше о том, как женщинам стать сильнее.
Чтобы доказать Раньеру свою преданность, Мэк тоже прошла через клеймение — и не пожалела об этом. «Я такая типа: “Народ, серьезно, тату?” Люди напиваются и набивают себе на лодыжке “BFF” или дурацкую татушку на пояснице. У меня у самой две татуировки, и они ничего не значат», — говорила Мэк. По словам автора интервью, ради Раньера та захотела сделать нечто более осознанное и требующее мужества — в отличие от татуировки, клеймо подошло ей идеально.
Улыбающийся дьявол
«Госпожи» регулярно требовали от «рабынь» заниматься сексом с Раньером. Задолго до таких встреч женщинам приказывали полностью воздерживаться от секса и мастурбации. Еще «госпожи» контролировали их питание. Раньеру нравилась экстремальная худоба, поэтому женщин заставляли сидеть на строгой диете, до 1000 калорий в день, и документировать каждый съеденный продукт.
Сами «госпожи» получали за такую работу благодарности от Раньера. Женщинам, которые занимались с ним сексом, он тоже помогал. Эллисон Мэк регулярно заставляла женщин из DOS позировать обнаженными, даже крупным планом фотографировала гениталии. Фото она отправляла Раньеру — а тот, в свою очередь, мог пожаловаться на «нехватку выразительности» или на то, что «рабыни» «недостаточно искренне улыбаются» — и потребовать переделать. Как-то раз Мэк отправила Раньеру пачку фотографий с обнаженными женщинами. «Все мое?» — ответил Раньер со смайликом улыбающегося дьявола.
Однажды Мэк приказала Эдмондсон воздерживаться от секса и мастурбации в течение шести месяцев, а затем стала давать ей задания. Сперва Мэк попросила Эдмондсон отправить письмо Раньеру на электронную почту. Позже Мэк посреди ночи получила сообщение от Раньера, в котором тот требовал разбудить Эдмондсон и отправить ее на прогулку с ним. Мэк так и сделала, а еще сообщила Эдмондсон, что той лучше выполнять все, что Раньер попросит.
На прогулке Раньер спросил у Эдмондсон: что самое ужасное он мог бы ей приказать? Эдмондсон призналась, что поначалу боялась, что во время прогулки придется заниматься с ним сексом. Однако худшее, по словам Эдмондсон, что могло произойти — если бы Раньер потребовал ее убить себя или кого-то другого. Под конец прогулки Раньер сказал, что не верил, что Эдмондсон действительно готова совершить все, что он попросит.
На следующую ночь Мэк вновь получила сообщение от Раньера, после которого разбудила Эдмондсон и с прежним наставлением «делать все, что он попросит» приказала ей идти на прогулку.
Эдмондсон подчинилась. Раньер привел ее в дом на другой стороне улицы, где сначала потребовал раздеться, а после оценивал ее тело. Затем Раньер завязал ей глаза, посадил в машину и повез куда-то окольными путями — Эдмондсон тогда показалось, что он путает следы, чтобы она не запомнила дорогу.
Некоторое время спустя Раньер остановился, вышел из машины и повел Эдмондсон, у которой все еще были завязаны глаза, сквозь деревья к какому-то дому. Там он привязал ее к столу. Вскоре в комнате появился незнакомый человек и занялся с ней оральным сексом. Раньер же стал ходить вокруг стола и комментировать происходящее. Эдмондсон была против, но не стала сопротивляться, потому что боялась, что тогда компромат на нее опубликуют.
В течение следующих месяцев Раньер не раз приходил за Эдмондсон. Он отводил ее в один из домов, принадлежащих «Нексиуму», на втором этаже которого находились гидромассажная ванна и кровать. Раньер говорил, что является господином для Мэк, а значит, приходится «ультрагосподином» для Эдмондсон — и поэтому может требовать от нее все что угодно, в том числе секс. Для Эдмондсон это было сюрпризом — раньше она думала, что на вершине DOS стоит Мэк, а Раньер в пирамиде не участвует.
Встречи продолжались. Однажды Эдмондсон сказала, что ей грустно от того, что приходится заниматься сексом только с Раньером — тем более она была замужем. Тогда он пообещал, что через год это закончится. После этого у Эдмондсон появилась надежда: можно подождать год и уйти из DOS, и тогда не придется бояться, что «гарантии» опубликуют. Однако Раньер обманул ее. В следующие разы он просто менял дату, с которой отсчитывался год.
Выжигали его инициалы
В мае 2017 года Сара Эдмондсон решилась покинуть сестринство. Ее муж, актер Энтони Эймс, был членом «Нексиума» и собирался уйти вместе с ней — но перед тем поехал в офис проекта в Олбани, чтобы забрать деньги, которые, по его словам, компания была ему должна. Перед встречей он включил диктофон и спрятал телефон в карман.
На встрече, которая попала на запись, Эймс обращался к собеседнице по имени — это была Лорен Зальцман. Эймс говорил, что его жену клеймили и что другие женщины сообщали ему о передаче компромата на себя, тех самых «гарантий». «Это преступление», — возмущался он. «Я не думаю, что вы настроены на разговор», — Зальцман пыталась потушить конфликт. «Вы абсолютно правы, я не настроен на разговор, — ответил ей Эймс. — Мою жену заклеймили».
Фото: U.S. Attorney’s Office of the Eastern District of New York
Тем временем другие участники «Нексиума» стали узнавать о тайном сестринстве и о том, что там происходит. 25-летняя Сукайна Мехдауи пришла в «Нексиум» незадолго до этого, но успела сблизиться с Раньером. Когда в начале июня она прочитала в интернете пост о том, что в организации клеймят женщин, она потребовала от него объяснений. Мехдауи была потрясена: когда она вступила в сестринство, ни она сама, ни женщины из ее круга через такую процедуру не проходили.
По словам Мехдауи, позже Раньер объяснил ей, что тайное сообщество появилось после того, как три женщины якобы преподнесли ему компромат на себя в знак абсолютной преданности. Мехдауи предоставила журналистам переписку с Раньером, которая подтверждает, что он знал о клеймении. Более того, в клейме содержались его инициалы.
«Изначально не предполагалось, что в нем будут мои инициалы, но они немного изменили клеймо в знак уважения. Если бы там были инициалы Авраама Линкольна или Билла Гейтса, это никого бы не волновало», — писал он.
Однако женщины не знали, что клеймо состоит из инициалов Раньера. Им говорили, что изображение символизирует четыре стихии: линии на коже отвечали за воздух, землю и воду, а последнюю стихию, огонь, представляло само прижигающее устройство.
Отдать детей и дом
В октябре 2017 года журналисты The New York Times опубликовали материал, в котором поговорили с бывшими членами DOS — в том числе с Сарой Эдмондсон, которая подробно рассказала о произошедшем и показала клеймо. Несколько недель спустя историей заинтересовалось ФБР. Пока правоохранители допрашивали членов «Нексиума», Раньер сбежал в Мексику.
В организации началась паника. «Рабыням» приказали стереть переписки и удалить файлы. Появились желающие покинуть проект — несмотря на опасения, что компрометирующие их «гарантии» опубликуют. При этом лояльных Раньеру членов все еще было достаточно, и те, кто собирался уйти, не знали, кому можно доверять. Многие из оставшихся считали бывших членов организации предателями, которые хотят уничтожить дело Раньера.
Когда правоохранители получили доступ к почте Раньера, выяснилось, что Эллисон Мэк в качестве «гарантии» обязалась передать ему дом и опеку над всеми своими детьми. Она также отправила Раньеру письмо, адресованное органам опеки, которое содержало обвинения в жестоком обращении Эллисон с ее племянниками.
В марте 2018 года 57-летнего Раньера арестовали в Мексике и экстрадировали в США, а в апреле арестовали 35-летнюю Эллисон Мэк. Дальше последовали аресты других приближенных Раньера — президента «Нексиума», 64-летней Нэнси Зальцман, членов исполнительного совета, 39-летней Клэр Бронфман и 42-летней Лорен Зальцман, а также бывшего бухгалтера, 60-летней Кэти Расселл.
Их обвиняли в торговле людьми в целях сексуальной эксплуатации, краже личных данных, вымогательстве, принудительном труде, отмывании денег, мошенничестве с использованием электронных средств связи и воспрепятствовании правосудию.
120 лет лишения свободы
В сентябре 2020 года осудили первого человека по делу «Нексиума». Клэр Бронфман приговорили к шести годам и девяти месяцам лишения свободы. А меньше чем через месяц, 22 октября, приговор получил и Кит Раньер — ему дали 120 лет лишения свободы и присудили выплатить штраф в размере 1,75 миллиона долларов.
30 июня 2021 года состоялось заключительное заседание в процессе над Эллисон Мэк. Судья назвал ее «важным сообщником» Раньера, отметил добровольное и инициативное участие в делах «Нексиума», но при этом сказал: «Я не сомневаюсь, что вами манипулировали и вы также чувствовали себя пленницей».
Последние три года Мэк жила под домашним арестом у родителей. За это время она поступила на бакалавриат в Калифорнийский университет в Беркли. Адвокаты говорили, что общение с семьей помогло Мэк вернуться в реальность.
«Я приношу извинения тем из вас, кого я привела в “Нексиум”. Мне жаль, что я сделала вас жертвами гнусных и эмоционально насильственных схем извращенного человека, — говорила Мэк в письме, которое озвучили на суде. — Я лгала вам снова и снова, чтобы защитить иллюзию, в которую я так сильно верила».
В результате Мэк приговорили к трем годам лишения свободы и штрафу в размере 20 тысяч долларов. Наказание смягчили, потому что она раскаялась и активно сотрудничала со следствием. Спустя два года Мэк досрочно вышла на свободу.
28 июля того же года состоялся суд над Лорен Зальцман. Ее приговорили к пяти годам условного срока и 300 часам общественных работ. А ее мать, Нэнси Зальцман, 8 сентября приговорили к трем с половиной годам лишения свободы и штрафу в 150 тысяч долларов.
