В Южной Африке есть небольшой городок Орания, где действуют правила, немыслимые по современным меркам. Здесь живут исключительно белые люди, которые не разрешают представителям других рас селиться в их городе. Соседи считают Оранию сборищем расистов, но местные жители уверены, что только так они могут сохранить культуру белого меньшинства. Последний форпост апартеида — в материале «Холода».
В Орании живут только африканеры — это потомки европейских колонистов, которые всегда составляли меньшинство в Южной Африке. Однако именно их политическая элита в середине XX века пришла к власти и установила апартеид — режим, поражающий в основных правах темнокожее население ЮАР.
Сегодня африканеры — это примерно 5% населения ЮАР. В Орании они построили что-то вроде закрытого поселка, где разрешают селиться только тем, кто успешно прошел собеседование с комиссией, под критерии отбора которой автоматически не подходит большинство темнокожих.
Несмотря на строгие процедуры отбора, население Орании растет с каждым годом. По данным местных подсчетов, с 2023 по 2024 год количество жителей города увеличилось на 5,25% и составило чуть более трех тысяч человек. Для сравнения: в 2011 году там жили всего лишь 892 человека.
Многие граждане ЮАР недовольны тем, что Орания пытается отделить себя от всей страны. Однако даже критики признают, что условия жизни в городе достаточно комфортные: тут есть рабочие места, медицинские услуги и свой колледж, где учат техническим профессиям. И это в стране, в которой половина населения живет за чертой бедности.
Свой Израиль в Африке
Современная Орания появилась благодаря потомкам европейских колонистов (в основном голландцев), которые прибыли в Южную Африку еще в XVII веке. Постепенно они осели в регионе, и у них сформировалась собственная культура — так, например, и появился язык африкаанс, по звучанию напоминающий голландский.
Переехавшие белые европейцы селились и держались в стороне от темнокожих, занимая при этом ведущую роль в развитии страны и региона. В 1948 году в ЮАР прошли выборы и к власти пришла коалиция правой Национальной партии и националистической Партии африканеров (на тех выборах голосовали только белые).
Победа этих партий заложила основы апартеида («раздельного проживания» на языке африкаанс) — политической системы, при которой притесняют темнокожих. При этом белые все еще оставались в меньшинстве: согласно переписи населения за 1946 год, в ЮАР проживало 68,6% темнокожих, тогда как доля белого населения составляла чуть больше 20%.
При апартеиде белое меньшинство полностью отделило себя от темнокожего большинства — все население ЮАР было поделено на расовые группы с разными правами. Помимо всего прочего, темнокожим запрещалось жить в одних районах с белыми и учиться вместе с ними.
Темнокожие южноафриканцы активно сопротивлялись апартеиду через мирные протесты. Впоследствии Молодежная лига Африканского национального конгресса (АНК) сделала митинги и бойкоты массовыми. Лидером этого движения стал Нельсон Мандела — впоследствии один из самых известных политзаключенных XX века. В 1961 году он возглавил организацию «Копье нации», которая начала вооруженную борьбу против режима.
Манделу посадили в тюрьму в 1962 году, обвинив его в подготовке заговора с целью свержения власти — сначала ему дали пять лет, а потом срок заменили на пожизненный. Но даже будучи политзаключенным, он не оставлял борьбу за права темнокожих: переписывался с активистами и помогал координировать действия АНК.
К началу 1990-х годов ситуация в ЮАР начала постепенно меняться: политика апартеида смягчилась, в стране писали новую Конституцию, а Нельсона Манделу освободили из тюрьмы в результате переговоров с АНК, после чего он стал первым темнокожим президентом в истории ЮАР.
На фоне таких глобальных перемен активизировались некоторые представители белого меньшинства, которые почувствовали, что у них отнимают их особый статус. Так, еще в 1988 году появился «Фонд свободы африканеров», который стал искать территорию для создания своей отдельной «малой родины» в ЮАР.
Во многом африканеры вдохновлялись историей создания Израиля: они тоже собирали средства, искали сторонников и были готовы сами возделывать новые территории.
Один из членов «Фонда свободы африканеров» увидел в газете статью про Оранию — заброшенный город на Оранжевой реке. Такое название реке присвоили все те же европейские колонисты в конце XVIII века: голландский член Ост-Индской компании Роберт Якоб Гордон назвал ее в честь голландского королевского дома Оранских, известного по английскому написанию как Orange.
В прошлом Орания была совершенно обычным рабочим городком с выгодным расположением у воды: им владел Департамент водных ресурсов ЮАР и строил там систему водоканалов. В 1970-е годы в Орании жили несколько десятков семей: дети ходили в местную школу, а многие взрослые работали на объектах водоснабжения у Оранжевой реки. Но к началу 1980-х годов строительство водоканала закончилось, и город опустел.
Департамент водных ресурсов предлагал передать Оранию под управление других госучреждений, но она оказалась никому не нужна. В начале 1990-х годов город был выставлен на аукцион. Первоначально Орания досталась бизнесмену Жаку Преториусу, предложившему один миллион рандов (960 тысяч долларов по сегодняшнему курсу). Африканеры стали искать деньги и в 1991 году выкупили у него город за 1,6 миллиона рандов (почти 1,5 миллиона сегодняшних долларов).
Но африканеры не сразу смогли поселиться на купленной земле. Часть пустующих домов и заброшенных зданий уже заняли темнокожие сквоттеры — к началу 1990-х годов их было около 500 человек. Как пишет историк Эдвард Кавана, африканеры насильно выдворяли этих людей, в том числе запугивая собаками.
Дискриминационный бизнес-проект
Оранию официально «переоткрыли» 11 апреля 1991 года. Город обустраивали с нуля: на тот момент из инфраструктуры работали только местные объекты водоснабжения. Но уже через три месяца там открылась первая школа, а еще через полгода сформировали первый городской совет.
С 1996 года конституция страны признает право общин на самоопределение на основе общей культуры или языка. Это не дает право на отделение от ЮАР, но допускает ограниченную автономию — то, что сегодня жители Орании пытаются воплотить в жизнь.
В начале 2000-х годов власти Южной Африки решили включить Оранию в состав более крупного муниципалитета с общим выборным советом, но африканеры оспорили это решение в суде. Суд встал на их сторону, и Орания сохранила свой статус и собственные органы управления.
Современная Орания работает скорее как частное предприятие, нежели как обычный муниципалитет. Большая часть городской земли принадлежит компании Vluytjeskraal Aandeleblok — она же принимает политические решения вместе с выборными политиками.
В Орании есть своя валюта ора. Она не признается нигде за пределами города и стоит около шести центов (столько же, сколько и национальная валюта южноафриканский ранд). В последние годы город стремится снизить зависимость от поставок государственного электричества, для чего ставятся собственные солнечные батареи.
Если человек хочет жить в Орании, то он покупает акции (то есть долю в бизнесе) в Vluytjeskraal Aandeleblok — здесь нет возможности напрямую купить землю или имущество. В развитие города также вкладываются «неравнодушные» инвесторы: например, иностранные политические группы, связанные с Дональдом Трампом.
Но не все люди имеют право покупать акции у владельцев Орании. Чтобы сюда переехать, необходимо пройти отборочное испытание перед специальной комиссией, состоящей из местных жителей. Кандидат должен знать африкаанс, чтить традиции африканеров и быть протестантом. А еще у заявителя не может быть судимостей и он не имеет права жить с партнером без брака.
В теории, подать заявку на проживание в Орании может любой человек, ведь нигде не прописан запрет на проживание в городе для определенных рас. Однако существующие требования уже отсекают большую часть темнокожих заявителей, да и окончательное решение все равно принимает комиссия. Она может отказать, если посчитает, что человек не впишется в жизнь в общине белых людей.
В истории Орании еще не было прецедентов, когда темнокожий пытался получить разрешение на проживание. При этом к темнокожим гостям города здесь относятся в целом нормально. Но и расисты тут тоже есть: известны случаи, когда жители Орании угрожали темнокожим, заехавшим на их территорию.
«Черная» работа белыми руками
Африканеров Орании часто упрекают в расизме из-за строгих правил отбора для жителей города. К тому же история поселения тоже сопряжена со спорными историческими фигурами: например, Карл Бошофф, один из основателей Орании, был ярым сторонником апартеида.
На въезде в Оранию стоит большая статуя Хендрика Фервурда — бывшего премьер-министра ЮАР, одного из «архитекторов апартеида» и тестя Бошоффа. Среди местных достопримечательностей также есть бронзовые бюсты бывших белых руководителей ЮАР (включая и бюст Фервурда) — их хранят здесь, потому что национальные музеи отказались выставлять их у себя.
Еще в Орании повсюду — от дорожных указателей до меню в ресторанах — используют только африкаанс. И это несмотря на то, что в ЮАР 12 официальных языков и африкаанс не является самым распространенным среди них.
Сами африканеры не согласны с обвинениями в расизме. Они настаивают, что в их обществе нет расовой дискриминации и ностальгии по эпохе апартеида. Жители утверждают, что проект такого города, как Орания, не связан с расой, а направлен на сохранение культуры меньшинства.
«Апартеид начался из-за того, что одни люди попытались властвовать над другими. Орания — это противоядие от такого», — считает представитель общины Йост Стридом.
Местные жители утверждают, что, в отличие от других городов ЮАР, они не пользуются дешевой рабочей силой. По их словам, всю работу здесь выполняют белые, тогда как в других богатых районах Южной Африки тяжелый физический труд ложится на плечи темнокожего населения.
«Мы сами делаем всю работу, от садоводства до уборки, от туалетов до строительства — все. Орания — единственное сообщество, которое отвергает систему дешевого “черного труда”», — считает Йост Стридом.
По словам местных жителей, расовый вопрос для них неважен, другое дело — расширение автономии: Орания хочет принимать собственные законы без оглядки на центральные власти республики. Однако добиться этого у них, скорее всего, не выйдет: власти ЮАР постоянно напоминают, что Орания должна подчиняться тем же законам, что и другие города страны.
Но африканеры не сдаются: они уже обратились за помощью к администрации Дональда Трампа, который буквально одержим теорией заговора касательно того, что современные власти Южной Африки устраивают геноцид белого населения. Его обвинения не имеют никаких оснований, но американский президент все равно активно их продвигает. Он даже предлагал белым африканским фермерам переехать в США в качестве беженцев и получить гражданство по ускоренной программе.
В 2025 году делегация из Орании приехала в Вашингтон на переговоры с администрацией Трампа. Африканеры ясно дали понять, что не хотят переезжать в США, но рассчитывают на расширение американских инвестиций в экономику их городка. В то же время африканеры из других провинций ЮАР активно пользуются льготными условиями для переезда в США: по состоянию на 1 апреля 2026 года статус беженца получили более 4500 граждан ЮАР.
