Андрей Шеломенцев учился в спортивной школе и хотел стать профессиональным хоккеистом, но после школы заинтересовался бьюти-сферой, где работали его родители, и уехал в Париж учиться на парикмахера. Сейчас ему 27 лет, и он работает в одном из лучших салонов города. Андрей рассказал «Холоду» о том, как стажировка во Франции заставила его бросить университет в родном Новосибирске, как несколько месяцев он жил без документов и через какие еще сложности прошел, чтобы устроиться в месте своей мечты.
Я родился в Новосибирске. В детстве родители отвели меня в хоккейную секцию, а потом я пошел учиться в специализированную спортивную школу. Там я тренировался шесть-семь раз неделю, а тренер говорил, что единственная уважительная причина не прийти на занятие — это смерть.
Я очень хотел быть хоккеистом и верил, что у меня получится построить спортивную карьеру. Конечно, я уставал от больших нагрузок, у меня почти не было свободного времени, но мне нравился хоккей.
Тем не менее после 11 класса я решил идти не в спортивный вуз, а в аграрный университет на кафедру ландшафтной архитектуры — мне показалось, что это интересно. Тогда я еще надеялся стать профессиональным спортсменом и думал, что мне удастся это совмещать с учебой.
Примерно тогда же я решил еще и выучиться на парикмахера — мои родители владели салоном, а мне всегда нравилось делать прически. Сперва у меня были стереотипы, что это не «мужская» профессия. Но со временем я понял, что я могу делать все, что мне хочется, ни на кого не оглядываясь.
Я устроился в местный салон красоты, работал там после пар и в выходные и продолжал играть в хоккей. У меня был плотный график, но я все успевал — все-таки спорт прививает дисциплину.
Казалось, я попал в какой-то мюзикл
На втором курсе я поехал на несколько месяцев в Польшу на стажировку от университета. Практика оказалась не связанной с ландшафтной архитектурой — мы просто собирали фрукты и ягоды, зато нам немного платили, и я откладывал деньги. Когда я накопил небольшую сумму, мы с приятелем поехали во Францию. Я сказал ему: «Когда мы еще в Европе окажемся? Надо обязательно увидеть Париж». Мы провели там полторы недели, и за это время я понял, что хочу там жить.
Вернувшись в Россию, я прекратил играть в хоккей и начал искать варианты снова поехать во Францию. Вскоре у компании L’Oreal открылись стажировки — на одну из них меня взяли, и я отправился в Париж.
Салон, куда меня определили, находился в 16-м округе — одном из самых буржуазных районов города, рядом была площадь Трокадеро, с которой открывается вид на Эйфелеву башню. В салоне работал водитель, который парковал автомобили клиентов — такого я даже представить себе не мог в Новосибирске.
Казалось, я попал в какой-то мюзикл: шикарный интерьер салона, люди вокруг улыбчивые и приветливые, все сотрудники опытные профессионалы. Я захотел работать в подобном месте.
Я провел в Париже два летних месяца между третьим и четвертым курсом. Я почти не знал французского, но за это время успел выучить базовые фразы для разговоров в магазине или с клиентами. К концу второго месяца в Париже я уже неплохо понимал местных жителей и мог немного общаться с людьми.
Бросил университет ради мечты
Во время стажировки я ходил на выставку парикмахерских академий и увидел в списке академию L’Oreal — кроме программ стажировок у компании есть отдельная школа для специалистов бьюти-сферы. Я подошел, спросил, как можно подать заявку на обучение. Мне выдали анкету и сказали отправить ее по почте. Я заполнил ее, подумал: получится — отлично, не получится — тоже ничего страшного.
В итоге меня пригласили на собеседование. Я скакал до потолка от радости: настолько я горел идеей остаться в Париже. Но я опасался, что меня срежут на собеседовании, ведь по-французски я изъяснялся только короткими фразами.
Собеседование должно было пройти через четыре недели — мне нужно было вернуться в Россию и сделать визу, потому что срок моей уже заканчивался. Я быстро получил новый шенген и прилетел во Францию в день собеседования. Я подготовился: выучил мотивационное письмо, ответы на возможные вопросы. Все прошло отлично, и меня взяли на учебу.
В этот момент в России у меня начинался четвертый курс, поэтому я взял академический отпуск. В январе 2020 года я начал учиться во Франции. Это была трехлетняя программа по специальности «Coiffeur entrepreneur» — то есть парикмахер и тот, кто управляет бизнесом в бьюти-сфере.
По учебной программе студенты три месяца углубленно изучают химию, техники стрижек и окрашиваний. Дальше девять месяцев стажируются в салоне как ассистент. Во второй и третий годы проходят предметы, связанные с бизнес-управлением.
Я по-другому увидел Париж
На тот момент у меня был очень скромный бюджет — только то, что я заработал в России. Денег должно было хватить на четыре-пять месяцев аренды дешевого жилья, а потом я должен был перейти на оплачиваемую стажировку в салоне. Но в марте 2020 года объявили карантин из-за пандемии коронавируса, и салоны красоты закрылись, а я остался без денег.
Мне повезло: владелец жилья пошел мне навстречу и снизил арендную плату, насколько было возможно, и показал социальные центры с бесплатной или очень дешевой едой.
Когда салоны открыли, академия уже не предоставляла место для стажировки, поэтому я искал ее самостоятельно. Мне повезло: я вернулся в тот же салон, в котором обучался, потому что у них была вакансия.
Когда учился, я был очень воодушевлен. Мне хотелось полноценно работать с клиентами, как я это делал в России. Но ученики не могут делать прически без присмотра, пока у них нет диплома. Мне вежливо намекнули, что в этом салоне я останусь ассистентом и мне нужно поумерить амбиции.
На второй год обучения я сменил салон на место «попроще», где мне уже разрешали стричь в присутствии дипломированного парикмахера. Там я наконец смог применять методики, которые изучал в академии. Салон находился в девятом округе Парижа: это интернациональное место, в котором ты чувствуешь энергию большого города.
Я по-другому увидел Париж. Оказалось, что округа города сильно отличаются друг от друга: на западе более комфортная и буржуазная жизнь, а на севере — рабочие и суровые районы. На востоке обычно живет средний класс, а на юге — большие азиатские кварталы, а рядом находится Сорбонна и живет местная интеллигенция.
Для завершения программы нам нужно было разработать бизнес-план собственного салона красоты. Это было непросто: из общего потока в 25 человек дипломы получили только девять, включая меня. Насколько я знаю, двое из них потом открыли свои салоны.
Бюрократический капкан
Я начал искать работу. После десятка собеседований я устроился в очень хороший салон, но я попал в бюрократический капкан. Мой вид на жительство закончился раньше, чем мне выдали диплом, а без диплома я не мог получить новый ВНЖ. К счастью, руководитель салона не побоялся взять на работу человека с просроченным документом.
Бюрократическая система во Франции оказалась запутанной, из-за этого процесс оформления документов затянулся на несколько месяцев. Я пытался получить новый вид на жительство как дипломированный специалист, который имеет право на поиск работы. Я часами висел на телефоне, чтобы записаться на прием в префектуру, но меня лишь переключали с одной инстанции на другую.
Когда у меня наконец получилось записаться, я объяснил чиновнику, что жил тут легально, но ВНЖ закончился раньше, чем нужно было. Он понял, что я не мог ничего сделать, и мне выписали временный вид на жительство с разрешением на работу. В начале 2025 года я наконец получил рабочий ВНЖ. Эта история потрепала мне нервы, но даже в этой бюроктической системе оказалось что-то человеческое.
Я уже третий год работаю в салоне в центре города. Правда, мне кажется, что московские стилисты живут немного лучше парижских, потому что получают проценты из суммы, заплаченной каждым клиентом. Хороший парикмахер во Франции может зарабатывать примерно 2300–2500 евро в месяц, но для этого нужно очень много работать. Зато у тебя всегда будет стабильная зарплата, и ты можешь уделять достаточно внимания каждому клиенту, а не стараться продать более «дорогие» услуги. В России люди чаще всего ходят к конкретному мастеру, а французы доверяют именно салону.
Во Франции у людей менее консервативные запросы на прическу: им можно предложить варианты, которые ты бы не осмелился предложить жителю Новосибирска. Здесь я чаще делаю прически под работу или стиль человека. Например, если клиент работает в бутике Chanel, то ему больше подойдет классика.
Сейчас я расту как профессионал и пробую разные форматы работы. Например, я несколько раз я участвовал в большом парикмахерском шоу. Я не жалею, что сменил спорт, которым занимался с детства, на бьюти-сферу. Думаю, мне никогда не надоест эта профессия.
