В июле 2020 года пропажа восьмилетней Вики Тепляковой потрясла Сахалин. Девочка шла одна вдоль трассы и отказывалась садиться в машины к незнакомым мужчинам. Последнее, что о ней было известно, — она спросила дорогу у кондуктора автобуса. В поисках участвовали сотни волонтеров и полиция, использовали дроны и авиацию. Однако девочку нашли убитой. Кто ее похитил и как Сахалин заплатил страшную цену за нераскрытые преступления прошлых лет — в материале «Холода».
Утром 6 июля 2020 года восьмилетняя Вика Теплякова вместе с мамой и полуторагодовалым братом была в гостях у подруги матери в Ново-Александровске. Раньше это был отдельный рабочий поселок при совхозах, но со временем он фактически сросся с Южно-Сахалинском.
Семья Тепляковых — 29-летняя Ульяна, Вика и ее младший брат Ярослав — совсем недавно, весной, тоже обосновалась в Ново-Александровске, на 2-й Комсомольской улице. Они поселились в одной из комнат двухкомнатной квартиры у знакомой Ульяны по имени Екатерина.
До этого Тепляковы жили в шахтерском поселке Быков неподалеку. Оттуда они уехали из-за размолвки между Ульяной и хозяйкой съемного жилья — тоже ее знакомой. Вике пришлось оставить школу, где она окончила первый класс, и друзей, которых она успела завести.
Позже говорили, что Вике нравилось в школе. Ее директор рассказывал, что девочка всегда выглядела опрятно и вовремя делала уроки. Мать следила за ее учебой, регулярно приходила на родительские собрания, и признаков злоупотребления спиртным педагоги за ней не замечали. Екатерина говорила впоследствии про отношения Ульяны с алкоголем: «Было у нее как-то дело, но потом она с этим завязала».
Чем еще, помимо воспитания детей, занималась Ульяна в Быкове, неизвестно. Постоянной работы у нее не было, и к лету 2020 года семья существовала на детские пособия. Каких-либо достоверных сведений об отце Вики и ее брата — тоже нет. Екатерина, приютившая Тепляковых в Ново-Александровске, позже прямо говорила, что пустила их к себе из жалости к детям.
Версии того, что произошло утром 6 июля и почему восьмилетний ребенок один шел вдоль трассы в тот день, разнятся. Известно, что Ульяна с детьми были в гостях у ее подруги. Потом Ульяне позвонил 11-летний Костя — сын Екатерины, у которой они жили, — и попросил принести ключи, так как он собирался на тренировку и не мог закрыть дверь. Вика пошла домой, но вскоре вернулась расстроенной. Позже Ульяна утверждала, что в квартире на 2-й Комсомольской ее дочь поссорилась с Костей и прибежала пожаловаться. О ссоре рассказывал и сам мальчик.
Как бы то ни было, известно, что после этого Ульяна снова отправила дочь домой. И Вика пришла туда, но оставаться не стала. Позже Ульяна обратит внимание, что из ванной пропала детская зубная щетка. Эта деталь в сочетании с дальнейшим маршрутом Вики и показаниями свидетелей указывает, что девочка не просто ушла гулять без спроса — а решилась на побег.
Вика пропала
Неизвестно, во сколько Ульяна вернулась из гостей в квартиру на 2-й Комсомольской, но дочери дома она не нашла. Мать решила, что девочка все-таки ослушалась и пошла гулять, и поначалу тревогу не била. Но время шло, наступил вечер, а Вика так и не появилась.
Сначала Ульяна пыталась найти дочь сама, обходя окрестные дворы, и только когда стемнело, в районе 11 вечера, пришла в дежурную часть и написала заявление о пропаже. Первое сообщение об исчезновении ребенка появилось на местном портале АСТВ уже в 23:26.
«Мы сразу стали формировать группы, — рассказывала руководитель поискового отряда Евгения Тучкова. — К нам стало поступать большое количество звонков от неравнодушных людей, волонтеров. Объявили сбор. Собрались в Ново-Александровске, где сформировали четыре группы. В общей сложности было около 30 человек, может, чуть больше. Людей распределили по районам».
До четырех часов утра волонтеры совместно с патрульными нарядами ППС и кинологами осматривали дворы Ново-Александровска, проверяли открытые подвалы, лестничные площадки, чердаки, теплотрассы, гаражи и территорию вдоль железнодорожных путей. Поисковые собаки след взять не смогли. Девочку в районе обнаружить не удалось.
Уже в половине девятого утра 7 июля в своем телеграм-канале о поисках Вики написал губернатор Сахалинской области Валерий Лимаренко. Он опубликовал ориентировку и сообщение от полиции, в котором силовики обращались ко всем водителям, чьи автомобили были оборудованы видеорегистраторами.
Максим Мартемьянов
Через губернатора полиция просила автомобилистов отсмотреть записи за 6 июля в двух временных интервалах: с полудня до двух часов дня в районе заправки «Роснефть», между микрорайоном Луговое и Ново-Александровском, а также с часу дня до пяти вечера — на улице Лесной и проспекте Мира, у поворота на базу «Тепличный».
К тому моменту полицейские уже знали, в каком направлении двигалась Вика. Понять это они смогли с помощью камер наблюдения и неравнодушных граждан.
«Вы едете до Долинска?»
Одним из первых, кто обратился в полицию, увидев ориентировки вечером 6 июля, был водитель грузовика-манипулятора — 35-летний Алексей П. Как он позже рассказывал в суде, днем 6 июля он вез груз из Новой Деревни в Октябрьское. Его маршрут лежал как раз через микрорайон Луговое. В какой-то момент он бросил взгляд в зеркало заднего вида и заметил техническую неполадку своего грузовика. Алексей припарковался у обочины, вышел из кабины — и увидел одиноко идущую девочку. Она шла по краю дороги в сторону Южно-Сахалинска.
Ее волосы были собраны в хвост, на ней была футболка и джинсовые шорты, а вокруг пояса было завязано что-то синее. Позже установят, что это были спортивные штаны — видимо, Вика предполагала, что вечером может похолодать. В ориентировках также появятся другие детали: сережки-кольца и небольшой кулон со знаком зодиака — Рак, — висевший у нее на шее.
Алексей закончил устранение неполадки, сел за руль и вскоре обогнал девочку уже возле заправки «Роснефть» на улице Дружбы. «Вечером услышал, что разыскивают девочку, — рассказывал он. — По фото ее узнал. Сообщил всю информацию в полицию. Точное время удалось зафиксировать, так как в это время звонил заказчик».
Тимофей Астахов
Вторым человеком, который встретил Вику в тот день, был курьер Артур С. Неизвестно, когда именно он обратился в полицию с рассказом об этой встрече, но позже в суде детально восстановил ее обстоятельства.
Он спешил к часу дня с доставкой в Ново-Александровск. Проезжая по улице Дружбы в районе Лугового, он заметил девочку, которая шла по левой стороне дороги и пыталась останавливать попутные машины. Отдав заказ, на обратном пути — в районе все той же заправки «Роснефть», где Вику видел Алексей, — Артур заметил ее снова и решил притормозить.
«Я заинтересовался, куда она идет, спросил, откуда она и где родители, — вспоминал он. — Сказала, что все в Долинске, а она была в гостях. Предложил позвонить им по телефону, но она сказала, что не знает ни одного номера. Я предложил подкинуть ее до остановки и посадить на автобус, она отказалась. Показал ей правильную остановку на маршрут № 112. Спросил, есть ли деньги. Сказала, что нет. Дал ей 150 рублей».
Артур рассказывал, что Вика держалась совершенно спокойно: на его вопросы отвечала с легкой улыбкой, а по возрасту напомнила ему собственную семилетнюю дочь. Сама девочка у него ничего не просила — деньги курьер протянул по своей инициативе, а Вика лишь спросила, нет ли у него с собой защитной маски. Когда Артур оставил ребенка и тронулся с места, в зеркало заднего вида он заметил, что попутки девочка больше не тормозила.
Когда его позже спросили, почему он не обратился в органы сразу после встречи с Викой — все же совсем маленький ребенок в одиночку пытался добраться в другой город, — он пояснил, что ситуация показалась ему обычной, к тому же в прошлом у него был негативный опыт общения с полицией.
Тимофей Астахов
Артур сказал, что указал Вике на остановку 112-го маршрута автобуса. От нее до Долинска Вика доехала бы меньше чем за час. Но чтобы сесть в общественный транспорт во времена коронавирусных ограничений, девочке нужна была маска. И ее она купила в супермаркете «Столичный», там же — возле остановки. В 13:58 уличная камера зафиксировала Вику у входа в магазин, а позже кассир опознала девочку по записям наблюдения.
Выйдя из магазина уже в маске, Вика подошла к остановке. Вскоре к ней подъехал автобус № 10, и девочка заглянула в салон.
«Ко мне забегала девочка на остановке совхоза “Комсомолец” со словами: “Вы едете до Долинска?” — рассказывала кондуктор Анна А. — Мы ее отправили в противоположную сторону на вокзал. Сказали, по какому маршруту ехать».
Анна вспоминала, что девочка выглядела спокойной и показалась кондуктору чуть старше своих восьми лет. Как и Артура, Анну позже спросили, почему ее не насторожило, что маленький ребенок один собирается ехать в другой город. На это Анна ответила: на остановке стояло много людей, а школьники уточняют маршруты практически каждый день.
7 июля, увидев ориентировку в новостях и узнав пропавшего ребенка, Анна сразу связалась с начальником охраны своего предприятия, чтобы тот по камерам проверил, верно ли ее предположение. На кадрах из автобуса действительно была Вика.
Подключив камеры других рейсовых автобусов, проезжавших Луговое в этот промежуток времени, полиции удалось восстановить дальнейший путь Вики: куда именно она пошла после остановки и в какой момент пропала из поля зрения.
Тимофей Астахов
В открытых источниках точный маршрут Вики не раскрывался. Но, опираясь на сообщение губернатора, можно предположить, что она двинулась в сторону проспекта Мира — то есть трассы, идущей до Долинска.
В своем сообщении губернатор написал: «Проверьте записи регистраторов, если вчера с 13:00 до 17:00 вы проезжали по улице Лесной и проспекту Мира, где поворот на базу “Тепличный”».
Поворот, о котором писал губернатор, — это еще около трех километров пути от остановки «Комсомолец», и совсем не в сторону столицы региона. Почему Вика пошла туда, неизвестно. Кондуктор Анна А. так и осталась в истории последним человеком, которому довелось разговаривать с Викой Тепляковой.
Сотни волонтеров и авиация
К утру 8 июля поисковые мероприятия переросли в операцию невиданных для региона масштабов — позже сахалинские журналисты называли эти поиски крупнейшими за всю историю острова.
Поисково-спасательный отряд «Сова» развернул штаб в Луговом — на парковке возле магазина «Странник» на улице Дружбы, в 500 метрах от остановки «Комсомолец», где Вика заглядывала в салон автобуса маршрута № 10.
Стоянка у «Странника» в дни поисков была заставлена машинами добровольцев и спецтехникой МЧС, Росгвардии и полиции. Со всего юга Сахалина съезжались сотни людей: жители окрестных домов привозили в штаб горячую еду, добровольцы обеспечивали группы рациями, фонарями и батарейками.
Рая Хачатрян
Только за первый день работы штаба координаторы внесли в журнал 400 добровольцев, на вторые сутки — еще 320. Волонтеров делили на мобильные группы по пять-семь человек во главе с опытными старшими, выдавали им карты и отправляли прочесывать местность. Цепи добровольцев и силовиков обследовали пойму реки Сусуи, мелиоративные каналы, лесополосы вдоль железнодорожной ветки и промзоны. Отдельные наряды параллельно проверяли Ново-Александровск, поселок Сокол и даже Долинск. В самом Южно-Сахалинске работники управляющих компаний вместе с полицией осматривали чердаки и подвалы жилых домов.
К поискам привлекли авиацию: вертолет сахалинского звена МЧС осматривал с воздуха открытые поля, русла рек и леса. В темное время суток над пригородными районами поднимали дроны с тепловизорами.
В эти же дни оперативники уголовного розыска и следователи СК обходили магазины, автосервисы, склады и частные постройки вдоль трассы и отсматривали терабайты видеозаписей.
Максим Мартемьянов
В информационном пространстве региона тем временем нарастало напряжение. Недостаток официальных сведений привел к появлению слухов в социальных сетях и чатах. 9 июля в региональных группах начала распространяться фотография 23-летнего жителя Корсаковского района с утверждениями о том, что это он похитил Вику. Ему стали поступать угрозы, а возле его дома начали собираться агрессивно настроенные местные жители. Следственный комитет даже был вынужден выпустить официальное заявление о полной непричастности этого человека к делу и напомнить, что за распространение заведомо ложных сведений предусмотрена уголовная ответственность.
О непричастности молодого человека говорили, потому что в это время уже знали, кто и где похитил Вику Теплякову. Не знали только одного — жива ли она или добровольцы теперь ищут ее тело.
Holod Media
Ответ они получили уже ночью, а утром 10 июля и весь остров узнал — Вика Теплякова найдена мертвой. Ее тело нашли в глухих лесах Холмского района Сахалина, недалеко от полузаброшенного села Ожидаево. Найти ее у волонтеров не было шансов — Ожидаево было совершенно в другом направлении от зон поисков.
Вику нашли на берегу небольшой реки. Ее голова была опущена в воду, а само тело было прикрыто ветками. Она не заблудилась и не свернула не туда. К берегу реки ее отвезли те, кто ее убил. Они же и показали, где искать тело.
«Восьмилетнюю Вику Теплякову, которую на Сахалине искали несколько дней, нашли мертвой. Ее тело обнаружили в Холмском районе недалеко от села Ожидаево. Девочку убили. Главные подозреваемые — мужчина и женщина. Их нашли раньше, чем ребенка», — рассказали в тот же день в новостях местного телеканала.
Подвальные жители
На следующий день после обнаружения тела к матери девочки приехали репортеры издания Life News. Ульяна Теплякова призналась им, что держится только на сильных успокоительных — тело дочери на тот момент она еще не видела и говорила, что не представляет, как выдержит предстоящие похороны. Она рассказывала, что Вика хорошо училась, легко сходилась с другими детьми, а незадолго до гибели увлеклась футболом.
12 июля — в день, когда Вике должно было исполниться девять лет, — по всему Сахалину прошли стихийные акции памяти. За четверо суток поисков тысячи людей на острове успели запомнить бойкую девочку с видео, где она шла вдоль обочины, напевая и пританцовывая.
В Южно-Сахалинске, Долинске, Корсакове и Холмске люди выходили на площади, зажигали лампады, несли цветы и мягкие игрушки к стихийным мемориалам. Сахалинские автомобилисты провели свою акцию: на парковке десятки машин выстроили так, чтобы сложилось имя «Виктория», а фонариками выложили слово «Скорбим».
Региональные паблики заполнились соболезнованиями и гневными постами. «Мы, сахалинцы, боимся детей пускать в поход, в лесозону — ведь медведи вышли. А оказывается, еще страшнее выпускать на людную улицу — потому что среди людей ребенок не сможет распознать, кто друг, а кто... Нет в УК РФ статьи для этих мразей», — написала сахалинская певица Ульяна Ми.
Софико Арифджанова
13 июля состоялись похороны. К дому на 2-й Комсомольской в Ново-Александровске, откуда Вика вышла неделю назад, пришли сотни людей. Жители острова собрали деньги на погребение и помогали семье, но одновременно с сочувствием в адрес Ульяны в соцсетях начали звучать и жесткие вопросы: почему восьмилетний ребенок часами находился на загородной трассе один и почему мать обратилась в полицию лишь поздней ночью. Однако главным вопросом для всего острова оставалось другое: кто именно похитил Вику и как силовикам удалось выйти на след убийц.
Точного ответа на второй вопрос в открытых источниках нет, но, вероятно, на какой-то из записей с регистраторов полицейские все же увидели, как Вика садится в одну из машин. Потому что они очень быстро стали искать конкретный автомобиль. На появившихся в СМИ кадрах виден праворульный серебристый микроавтобус Toyota. За рулем — мужчина, на пассажирском сиденье — женщина. Она повернута в салон. В момент, когда был сделан этот снимок, она, видимо, о чем-то говорила с Викой.
Найти владельца микроавтобуса оказалось нелегко. Проверив номера по базе данных ГИБДД, сотрудники полиции столкнулись с типичной схемой теневого авторынка: юридический собственник машины пояснил, что продал старый японский микроавтобус несколько лет назад по обычному рукописному договору купли-продажи и понятия не имеет, у кого он сейчас.
Сотрудникам уголовного розыска пришлось раскручивать всю цепочку неформальных сделок, опрашивая посредников и прежних покупателей. Только к 9 июля удалось установить личность фактического владельца микроавтобуса. При этом по адресу постоянной регистрации мужчина не проживал: он и его жена давно лишились жилья и ютились в подвале многоквартирного дома, где когда-то жила его семья. Именно там — в подвале — их с женой и задержали.
Сваливали друг на друга
Задержанными оказались 45-летний Игорь Дворников и его 31-летняя жена Кристина. В день, когда на берегу реки нашли погибшую девочку, снимки супругов с первых допросов утекли в сеть. На Сахалине поднялась волна ярости: особое возмущение людей вызывало то, что в расправе над восьмилетним ребенком участвовала женщина.
На первом допросе Дворниковы утверждали, что подобрали на дороге совсем другого ребенка, не похожего на Вику, и высадили в черте города — на Украинской улице. Но эта версия быстро была опровергнута, и в тот же день Кристина Дворникова заговорила. Она подтвердила, что в микроавтобусе была именно Вика, и указала сотрудникам Следственного комитета место в лесу, где лежало тело.
В своем признании Кристина выставила себя исключительно свидетельницей и жертвой обстоятельств. По ее версии, днем 6 июля они с мужем купили алкоголь и направлялись к морю. Заметив на обочине ребенка, Игорь якобы решил остановиться, сказав жене, что девочке опасно находиться у трассы одной. О том, что муж задумал преступление, Кристина якобы догадалась только тогда, когда микроавтобус свернул в глухой лес в Холмском районе.
Кристина утверждала, что стала спрашивать, куда они едут, но Игорь приказал ей замолчать, а затем и вовсе высадил ее из машины. Что происходило дальше, Кристина, по ее словам, не видела. Но при этом на допросе она в деталях описала следователям, как муж надругался над Викой и задушил ее пакетом, отнес тело к лесной реке и забросал ветками и травой.
Дарья Волошина
После этого он якобы пригрозил Кристине убить ее саму, если она проговорится, и из страха за свою жизнь она молчала четверо суток.
Однако следствие восстановило совсем другую картину событий. В окончательном обвинении Кристине вменили не только похищение, но и подстрекательство мужа к изнасилованию и убийству малолетней. По версии СК, именно Кристина подтолкнула мужа к расправе. И вот как события развивались на самом деле.
6 июля Игорь Дворников был за рулем пьяным. Вместе с Кристиной они действительно ехали на пляж в район Холмска. Когда их микроавтобус поравнялся с Викой, именно присутствие Кристины в салоне усыпило бдительность ребенка: Вика поверила женщине и села в машину. Супруги пообещали подвезти ее, но вместо этого увезли в холмские сопки. Там над ребенком надругались, после чего Игорь Дворников надел девочке на голову полиэтиленовый пакет и удерживал, пока она не перестала дышать. Смерть Вики, как установили судмедэксперты, наступила в день похищения, спустя несколько часов после того, как она попрощалась с кондуктором Анной А.
В суде, который проходил летом 2021 года, Игорь Дворников заявил, что дело сфабриковано. Свои прежние признательные показания он объяснял тем, что оговорил себя, чтобы спасти жену. Он также утверждал, что пытался спасти Вику, делая ей искусственное дыхание.
«Он выдвинул версию по эпизодам, связанным с Викой Тепляковой, о своей непричастности. Заявил, что все преступления были совершены его супругой. Он на месте происшествия отсутствовал. Супруга же, напротив, выдвинула версию о том, что являлась жертвой домашнего насилия и никак не могла противостоять своему мужу», — описывала версии супругов гособвинитель Наталья Пильгуй. Защитник же Дворникова утверждала, что ее клиент признает только то, что посадил ребенка в салон.
Дела 20-летней давности
Игорь Дворников родился в 1975 году в селе Пятиречье Холмского района — в 15 километрах от Ожидаево, где нашли Вику. О его детстве и юности известно из показаний его матери и сестры, которые оглашали на суде. По словам матери, в детстве особых проблем с сыном у нее не было, разве что иногда он дрался с братом. Игорь рос, как говорила его мать, «всегда сам себе на уме». Как она вспоминала, в школе Игорь учился плохо и в итоге окончил ее со справкой. Потом отслужил в армии, а вернувшись, устроился работать механиком.
В начале 2000-х годов Дворников получил первые судимости. В марте 2000 года он вместе с братом и подельником угнал два автомобиля, а через год, в апреле 2001-го, участвовал в вооруженном налете на магазин в Южно-Сахалинске. В феврале 2002 года городской суд вынес ему приговор за кражи и разбой.
После колонии Дворников сошелся с женщиной, у них родились двое детей. По словам матери Игоря, после рождения сына он был «примерным отцом». В соцсетях сохранились его снимки тех лет: на них дети, сопки, дача, клубника, поделки из пластиковых цветов.
Неясно, когда именно Игорь познакомился с Кристиной, но известно, что в 2017-м, примерно за три года до убийства Вики, они поженились.
Судя по показаниям матери, родные новую избранницу Игоря не одобряли. В семье якобы даже слышали, что Кристина занимается «черной магией». После их женитьбы отношения Дворникова с семьей начали меняться, и он перестал общаться со своими детьми. По словам матери Дворникова, один из его сыновей рассказывал ей, что однажды пришел к отцу в гости, но Кристина накричала на него, а отец его выгнал. Постепенно Дворников отдалился и от остальных родственников. Его сестра видела Игоря последний раз в 2017 году.
Марина Кирюнина
О Кристине Дворниковой известно немного. Она родилась в Южно-Сахалинске в 1988 году, рано вышла замуж и родила двоих детей. О ее первом браке известно из показаний сестры Игоря Дворникова. По ее словам, муж Кристины пил, и она с ним развелась, а с Игорем они сблизились, потому что он хотел ее поддержать.
В одном из новостных сюжетов после убийства Вики прокурор рассказала об отношении Кристины к собственным детям: один по решению суда остался с отцом, второго она по сути бросила.
В подвал, где жили и были задержаны Дворниковы, они попали не случайно. Много лет назад мать Игоря продала квартиру в этой пятиэтажке, а деревянный дом, купленный им позже, сгорел. После этого Дворниковы самовольно заняли технический подвал в доме, где когда-то он жил с матерью. Соседи рассказывали, что со временем к подвальным жителям привыкли: здоровались, вызывали слесарей, когда подвал затапливало.
Несмотря на специфический выбор места для жизни, Дворниковы работали. Игорь был водителем мусоровоза в коммунальной компании «Экосити». Там же работала и Кристина — в каком качестве, неизвестно.
Никита Чернышов
Когда в 2021 году Следственный комитет объявил об окончании следствия, выяснилось, что судить Игоря Дворникова будут не только за убийство Вики — в уголовном деле оказалось еще три страшных эпизода: надругательство над 12-летней девочкой в 2018 году и два ранее нераскрытых убийства 20-летней давности.
В конце мая 2001 года в окрестностях Южно-Сахалинска с разницей в четыре дня нашли два обезображенных тела. 23 мая местные мать с дочерью увидели на пустыре торчащую из кучи мусора посреди луж руку человека. Погибшей оказалась женщина, чью личность так и не установили. Она была задушена.
khachatryan
Спустя несколько дней, 27 мая, обнаружили еще одно тело — возле старой дороги на Холмск, за поселком Ёлочки. Погибшим оказался гражданин Китая, который торговал на рынке в Южно-Сахалинске. О том, как нашли его тело, в суде в 2021 году рассказывал бывший следователь прокуратуры Южно-Сахалинска Денис Мухортов, который в 2001-м выезжал на место преступления. Несмотря на то, что прошло 20 лет, Мухортов хорошо помнил, как сильно было изуродовано тело: «На коленях, головой вниз, руки за спиной, сидел мужчина. Голова у него как-то пуловером обвязана или что-то такое. Когда его вытащили из речки, сняли пуловер, я помню, что выпали зубы оттуда – из пуловера. Лицо было обезображено».
Оба этих убийства милиция раскрыла еще тогда, по горячим следам. В суде бывший оперативник уголовного розыска Руслан Круглов рассказал, что в ноябре 2001 года Дворников дал признательные показания и на следственном эксперименте показал места, где спрятал оба тела.
И он даже получил срок — но совершенно по другим статьям, за налет на магазин и кражу автомобилей. Обвинения в двойном убийстве с него сняли, а уголовное дело отправили в архив. В суде 2021 года это объяснили так: дело закрыли из-за «процессуальных накладок». В чем именно заключались эти накладки, следственные органы публично не объяснили до сих пор.
В результате, отбыв небольшой срок за имущественные преступления, Дворников продолжил нападать. В 2018 году он изнасиловал 12-летнюю девочку, но остался на свободе. Почему — неизвестно, так как эта часть суда в 2021 году проходила в закрытом режиме.
***
В июле 2021 года Сахалинский областной суд поставил точку в деле об убийстве Вики Тепляковой: Игоря Дворникова приговорили к пожизненному лишению свободы в колонии особого режима с принудительным лечением у психиатра-сексолога. Кристину Дворникову признали виновной в похищении и подстрекательстве к изнасилованию и убийству ребенка и отправили в колонию общего режима на 15 лет.
Из колонии Дворников пытается оспорить вердикт и судится с государством: требует многомиллионных компенсаций за якобы нарушенные права во время следствия и отсутствие приватности в санузле изолятора.
Мария Ефимова
Убийцы понесли наказание, но семью Тепляковых это не спасло. Первый удар случился уже через неделю после похорон Вики. 21 июля 2020 года новостные ленты сообщили: пропала Ульяна Теплякова. Она оставила своего полуторагодовалого сына Ярослава у знакомой и перестала отвечать на звонки. Знакомая в конце концов обратилась в органы опеки. Мальчика определили в больницу, а мать объявили в розыск.
Полицейские разыскали Ульяну очень быстро, буквально за несколько часов. Представитель полиции сухо пояснил, что она была «жива-здорова и просто решила заняться своими личными делами». В больницу к сыну она так и не пришла.
Ульяне пытались помочь. Дважды она жила в Доме милосердия, где ей предоставляли жилье, еду и одежду, но надолго там не задержалась. Где она сейчас и как сложилась ее дальнейшая жизнь, неизвестно.
Весной 2021 года суд официально лишил ее родительских прав, Ярослава перевели в Дом малютки. На открытых заседаниях суда по делу об убийстве дочери Ульяна не появилась ни разу.
Вику Теплякову помнят на Сахалине до сих пор. На ее могиле установили памятник, и ее навещают поисковики и обычные сахалинцы. Каждый год в годовщину гибели девочки по местному ТВ рассказывают историю Вики — как повод напомнить родителям о том, что нужно заботиться о безопасности их детей.
