Августовским вечером 2006 года к проходной завода в подмосковном Домодедове прибежал местный рабочий с криком, что в лесу по соседству произошло двойное убийство. Приехавшая на вызов милиция не нашла никаких тел. Однако уже на следующий день к охране завода приполз окровавленный человек с проломленной головой, а в лесу оперативники обнаружили тело жестоко убитой женщины. За это убийство задержали двух местных рабочих. Они отсидели пять лет и сидели бы и дальше, если бы в Подмосковье не произошло убийство с очень похожим почерком. Как жизнь двух человек пошла под откос из-за халатности и преступных действий милиции и как удалось поймать настоящего убийцу — в материале «Холода».
В 2011 году беларус Сергей Хитрик сидел на койке в закрытой больничной палате минского тубдиспансера. Его диагноз был «инфильтративный туберкулез верхней доли левого легкого, фаза распада». К нему никого не допускали, сам он не мог никуда выходить. Сергей пять лет не видел родных. Его сыну на тот момент исполнилось тринадцать лет, и теперь он называл «папой» совершенно чужого человека.
Но эти пять лет Хитрик провел не в больнице. Он сидел в колонии строгого режима в Саратове. Его обвинили в том, что в 2006 году в лесопарке «Городской лес» он жестоко убил и изнасиловал женщину. На следствии он свою вину признал. Потом, на суде, отказался от своих слов, но суд в его невиновность не поверил, и его приговорили к 15,5 лет заключения.
В колонии Хитрик заразился туберкулезом и заболел эпилепсией. А потом, в 2011 году, его выпустили, выдав на руки постановление: дело прекращено за непричастностью. Но Сергей не смог выйти на свободу: из колонии он отправился в тубдиспансер Саратова, а потом Минска. Он жаловался журналистам, что с его диагнозом невозможно найти работу. От его прошлой жизни не осталось ничего. А государство выплатило ему компенсацию — 800 тысяч рублей.
«Беларусы насилуют и убивают людей»
26 августа 2006 года охранники одного из заводов в подмосковном Домодедове, как обычно, несли службу. Вдруг к ним подбежал подвыпивший местный рабочий с криком: «Мужики, вызывайте ментов! Там беларусы насилуют и убивают людей! Сам видел, два трупа! Муж и жена!»
342 механический завод, где это произошло, встроен в промышленный пояс вокруг Домодедово: рядом склады, базы стройматериалов, логистические компании. На этом заводе и работал Сергей Хитрик, которому в 2006 году был 31 год. Он приехал в Россию из Минска в начале 2000-х годов и работал на подмосковных заводах грузчиком, отправляя деньги сыну и пожилой матери в Беларусь.
На работе у Сергея были товарищи. Один — 45-летний Вячеслав Белевич, который тоже приехал в Россию на заработки. Второй — 40-летний разнорабочий Василий Хилецкий, родом из Крыма. В 1990-е годы он переехал оттуда в Подмосковье, где у него жили родственники.
В субботу, 26 августа, около восьми вечера, когда смена уже закончилась, Хитрик, Белевич и Хилецкий собрались в рабочей бытовке выпить. Согласно данным уголовного дела, они просидели там несколько часов, пока запасы спиртного не иссякли.
Рабочие решили пойти за добавкой в ближайший магазин. Двое из них отправились за спиртным, один остался в бытовке. Правда о том, что произошло по пути в магазин и обратно, была скрыта на протяжении пяти лет.
Явка с повинной
В тот вечер охранники завода спокойно работали в свою смену. Никаких происшествий не было. Но вдруг к ним прибежал рабочий с криками о том, что произошло убийство. Этим рабочим был Василий Хилецкий.
Он объяснил, что убитых было двое: мужчина и женщина, а преступление произошло в лесопарке «Городской лес», находившемся рядом с заводом. Он также сказал, что после убийства Хитрик и Белевич вернулись в бытовку пить. Пока охранники вызывали милицию, свидетель, сообщивший о преступлении, скрылся.
Тимофей Астахов
Прибывшие вскоре сотрудники милиции трижды прошлись по опушке леса, но так и не нашли ни одного тела. Они решили опросить подозреваемых, но те совершенно не понимали, что происходит. На этом расследование в ту ночь и закончилось: нет тела — нет дела. Оперативники угрозыска сели в служебный УАЗ и уехали.
Но утром произошло то, из-за чего им пришлось вернуться. К тем же охранникам приполз мужчина. У него была проломлена голова, и, добравшись до завода, он сразу потерял сознание и впал в кому. Ошарашенные охранники снова набрали 02. Милиционеры на этот раз уже более тщательно обыскали лесопарк — и в этот раз они нашли тело женщины.
Позже выяснится, что убитой была Галина Гошовская — сотрудница одной из фирм, расположенных на территории завода. А мужчиной, который дополз до охранников, был ее коллега и гражданский муж Виктор Шароваров.
Галину убили жестоко: били тяжелым предметом по лицу. Судмедэкспертиза показала, что до этого ее еще и изнасиловали. Впрочем, были и другие улики, которые указывали на это: преступник оставил рядом с ее телом использованный презерватив.
Юлия Дудкина
Уже после того как нашли тело Гошовской, милиционеры вернулись за Сергеем Хитриком и Вячеславом Белевичем и увезли их в отделение милиции. Поначалу они отпирались, но через три дня Хитрик сделал явку с повинной, где сознался, что действительно они с Белевичем причастны к этому преступлению. Белевич свою вину отрицал. Он продолжал твердить, что не знает, о чем идет речь, но это ни на что не повлияло: он проходил как пособник Хитрика, а тот — как инициатор и основной исполнитель преступления.
Предварительное следствие шло своим чередом, однако не хватало протоколов допроса свидетелей. Тогда милиционеры решили опросить того самого пьяного рабочего, Василия Хилецкого, который все видел своими глазами.
Хилецкий тем временем решил уехать на родину в Крым, где у него были друзья и родные. Когда милиционеры сняли его прямо с поезда, он насторожился, но его убедили, что нужно всего-то оформить показания. Хилецкий подтвердил сказанное ранее, и его отпустили. Его показания, а также признание Хитрика легли в основу дела.
Софико Арифджанова
Был еще один вещдок — презерватив, который нашли рядом с телом Галины. Генетическую экспертизу по нему не провели. По сперме проверили только группу крови насильника — и она совпала с группой крови Хитрика. В итоге суд вынес приговор: за изнасилование и убийство женщины и причинение тяжких телесных повреждений ее спутнику Хитрик получил 15,5 лет лишения свободы, Белевич — 15 лет.
И, возможно, они бы отсидели полные сроки. Если бы в 2009 году настоящий убийца не дал о себе знать снова.
Использованный презерватив
Осенью 2009 года в частном коттедже на окраине Подольска зарубили топором 55-летнюю хозяйку и ее 25-летнюю дочь. В доме был еще младенец — его оставили в живых. Молодую девушку убийца, перед тем как с ней покончить, еще и изнасиловал.
«Когда после звонка соседей о криках в дом приехали милиционеры, они увидели такую картину. Одна женщина, постарше, лежала на полу, вторая, с кровавым месивом вместо лица, — на кровати. Рядом с ней захлебывалась плачем 4-месячная малышка. У двери валялся использованный презерватив», — писала об этом преступлении «Комсомольская правда».
Это дело раскрыли не сразу, а только когда в 2011 году в Подмосковье задержали за очередной грабеж гражданина Молдовы Игора Одаджиу. На первом же допросе он стал говорить о прошлых преступлениях и признался, что в 2009 году был в том подольском доме. Однако он утверждал, что зарубил хозяйку дома и ее дочь не он, а его напарник — некий Василий Хилецкий.
Узнав об аресте подельника, Хилецкий пустился в бега. Тем временем делом занялся следователь по особо важным делам Главного следственного управления Следственного комитета Станислав Антонов. За семьей Хилецкого в Подмосковье установили слежку, сделали запросы по месту его рождения в Крым. Ответ удивил оперативников.
«Сделали запрос в Крым, где Хилецкий родился и прожил много лет. Украинские коллеги перезвонили: у них Хилецкий проходил по двум убийствам, но доказать его вину не смогли», — рассказывал Антонов.
После этого оперативникам удалось выйти на родную сестру Хилецкого, которая жила в Москве. Именно во время беседы с ней произошел перелом в расследовании. Женщина держалась вызывающе, хамила следователям — но дала им зацепку.
«Женщина нам заявила: “Все равно ничего не докажете. В 2006 году на него в Домодедове вешали убийство, но ничего ему не было”», — пересказывал ее слова Антонов.
Следователь зацепился за эту фразу. Он поехал в архив и поднял уголовное дело пятилетней давности. Когда он прочитал материалы суда по Домодедово, пазл сложился: топор, множественные ранения головы и лица убитой, изнасилование женщины, брошенный на траве презерватив. И свидетель обвинения — разнорабочий Василий Хилецкий, который якобы случайно оказался рядом и сообщил об «убийцах-беларусах».
Дальше произошло событие, которое можно назвать редкой удачей. По закону вещественные доказательства по закрытому делу Хитрика и Белевича должны были быть уничтожены еще в 2007 году. Но из-за банальной небрежности картонная коробка с вещдоками так и осталась пылиться в Домодедовском УВД.
Дарья Волошина
Следователи вскрыли эту коробку, извлекли тот самый презерватив, пролежавший пять лет, и назначили молекулярно-генетическую экспертизу. В лаборатории эксперты сумели выделить ДНК из биоматериала 2006 года. Профиль совпал с генетическим образцом Василия Хилецкого на сто процентов.
«Рядом с трупом Гошовской в 2006 году был найден использованный презерватив, что, в принципе, вменялось в вину как раз Хитрику, что они с Белевичем насиловали эту Гошовскую, — рассказывал следователь Антонов. — Хилецкий дал показания, уличающие Хитрика и Белевича в совершении убийства Гошовской и Шароварова. При этом в 2006 году следователями Домодедовской прокуратуры Винокуровым и Баскаковым были отобраны образцы крови у всех трех фигурантов: у Хилецкого, Хитрика и Белевича — и назначена биологическая экспертиза, так как в презервативе, обнаруженном около трупа Гошовской, была обнаружена сперма. По результатам биологической экспертизы ситуация была такова, что у Хитрика и у Хилецкого одна группа крови».
Иными словами, группа крови из биоматериала, взятого из презерватива, совпала и с Хитриком, и с Хилецким. Но у следствия уже был подозреваемый, давший явку с повинной, и дальше копать не стали. Хитрика посадили, а Хилецкий после опроса как свидетель остался на свободе.
Выжившего после нападения Шароварова в 2006 году тоже никто не допросил. «Милиционеры довольствовались всего одним визитом в больницу, в первые дни, — рассказывал позже адвокат Хитрика Алексей Зубов. — Врачи выписали им бумагу, что пациент в таком состоянии не может давать показания. А потом в следствии про Шароварова... забыли!»
В результате Хилецкого задержали только после признания Одаджиу. За ним установили наблюдение и надели на него наручники в тот момент, когда он пришел на встречу с бывшей женой и дочерью в Подмосковье.
Роковой пикник
Иду короче я со школы на остановку вместе с Викой, вот мы разболтались тыры-пыры пока! И разошлись. Смотрю по сторонам вродибы нет никого! Вот села я на 34 поехала к Красногвардейскому бульвару.
Приехала, перехожу через дорогу, и вдруг вижу папка там мне махает привет! вместе с мамой. Вот мы втроем мама, папа, и я идем домой. Едва доходим до “пятерки” и вдруг из машины вылазиют 7 мента. Начали они руку заламывать, я начала заступаться, но…
Как утверждают журналисты «Московского комсомольца», это отрывок из сочинения 10-летней дочери Хилецкого, которое она написала в день ареста в школьной тетрадке. Потом милиционеры, как пишет «МК», нашли этот вырванный матерью листок во время обыска. Что там было после «но», и было ли что-то — неизвестно.
Хилецкого задержали, а следователь Антонов в поисках других доказательств отправился на родину пострадавшего в 2006 году в Домодедове Виктора Шароварова в Ростовскую область. Сам Шароваров к тому моменту уже умер, но Антонов нашел его родственников и друзей.
«Когда Шароваров более-менее оклемался, за ним приехали родственники и увезли его домой в Ростовскую область. Расследованием они особо не интересовались. У самого Шароварова из-за травмы возникли большие проблемы со здоровьем, пострадали голосовые связки, говорить он уже не мог», — так Антонов объяснял, почему никто из его предшественников не поехал опрашивать Шароварова, пока тот был жив.
Но из этой поездки Антонов все-таки вынес для себя ценную информацию. Оказалось, что перед смертью Шароваров записал на бумаге подробности той ночи: мимо них шли двое, один дал закурить и ушел, а второй остался с ними пить — и представился Васей.
Holod Media
Информации о жертвах сохранилось немного. Они работали на одной из фирм на территории завода, но что именно они делали, как выглядели и даже сколько им было лет, нигде не указано.
Однако известно, что в тот роковой вечер в 2006 году Виктор Шароваров и Галина Гошовская устроили в парке по соседству с заводом пикник. Когда в бытовке у рабочих, которые в то же время выпивали после смены, закончилась водка, Сергей Хитрик и Василий Хилецкий вышли в магазин за добавкой. На опушке лесопарка они наткнулись на Шароварова с Гошовской.
Софико Арифджанова
Галина попросила закурить. Хитрик протянул пачку, дал ей сигарету и, не задерживаясь, зашагал дальше по тропинке в сторону магазина. А оттуда — обратно в бытовку к Белевичу.
Хилецкий же остался. Согласно материалам дела, он подсел к паре, выпил с ними и стал навязчиво домогаться Галины. Шароваров попытался осадить его и заступился за нее.
Вспыхнула драка. Поняв, что голыми руками Шароварова не одолеть, Хилецкий метнулся к заводскому забору, сорвал с пожарного щита топор и вернулся на поляну.
Тремя сокрушительными ударами обуха он проломил Шароварову череп. Решив, что тот мертв, Хилецкий, угрожая топором, изнасиловал Галину. После этого он нанес ей не менее шести ударов обухом и лезвием в область лица и головы. Гошовская погибла на месте.
После этого убийца оттащил тела к опоре высоковольтной линии, бросил рядом использованный презерватив, затем бросился на заводскую проходную и закричал охране, что беларусы устроили резню. А пока милиционеры задерживали ничего не понимавших Хитрика и Белевича, Хилецкий проник в их каптерку и выгреб все накопленные сбережения коллег. Затем он отправился в Крым.
Максим Мартемьянов
Кто знает, что происходило в его голове, когда его сняли с поезда в Белгородской области. Ведь на месте преступления остался презерватив с его биоматериалом. Но как бы то ни было, Хилецкий дал нужные следствию показания против коллег и вышел из кабинета свободным человеком.
В конце 2000-х годов он начал работать в транспортных компаниях в Подольске. Ну и воровал: проникал в частные дома и квартиры и выносил оттуда деньги. Напарниками Хилецкого были жители Молдовы Еуджениу Кушнир и Игор Одаджиу. Это они вместе с ним осенью 2009 года в частном коттедже на окраине Подольска зарубили топором 55-летнюю хозяйку и ее 25-летнюю дочь, забрав 300 тысяч рублей, которые нашли в доме.
«Били, не стесняя себя в силе»
Только когда причастность Хилецкого к убийству в Домодедове была доказана, открылась чудовищная изнанка «чистосердечного признания» Сергея Хитрика.
Выяснилось, что в августе 2006 года оперативники Домодедовского уголовного розыска истязали задержанных трое суток в спортзале ОВД.
Хитрика, по его словам, уложили на пол, поставили сверху табуретку, присоединяли к мочкам ушей клеммы и крутили ручку индуктора военно-полевого телефона, пуская электрический ток.
«Били, не стесняя себя в силе, и руками, и ногами. Оскорбления и брань лились как из ведра, угрожали, что убьют или сделают инвалидом, чередовали с пытками электрическим током, — рассказывал он “Московскому комсомольцу”. — В перерывах между избиениями меня запирали в помещении, в котором не было никакой мебели. Когда они уставали меня бить и восстанавливали силы, мне удавалось поспать на холодном полу. Про еду и говорить нечего — все это время меня не кормили…»
По словам Хитрика, опера открыто заявляли: если у него откажет сердце, труп вывезут за город и закопают в лесу. На третьи сутки непрерывных пыток Хитрик сломался и подписал составленный самими милиционерами текст явки с повинной.
«Я сразу тоже не признавался. Потом как начали, думал, меня... Пугали. Думал, убьют. Пугали: “Убьем, и никто тебя не найдет”, — рассказывал он в эфире программы “Свобода и справедливость” на Первом канале в 2013 году. — На третьи сутки я признался, потому что подумал о матери, что она больная, что сына отправила в Москву и не вернулся, и меня никто не найдет, найдут как бомжа, в лесопосадках за Домодедово».
Белевича тоже пытали. Его вывозили в лес, привязывали к стволу дерева, приставляли пистолет к голове, щелкали затвором и угрожали «опустить» на зоне. Но он выдержал и не подписал ничего. Однако для суда хватило и признания Хитрика.
«Я воспитывался, понимаете, в советской системе, — позже объяснял Белевич в эфире. — И как я могу признаться, если не совершал этой вины? Тем более, такие статьи, особо тяжкие, убийство и изнасилование».
От своих признательных показаний Хитрик на суде отказался. Его убедил Белевич. Но это ничего не изменило.
«Да, мы отказались от показаний, — впоследствии рассказывал он. — Судья Мишина сказала: “Если признаетесь, я вам дам по минимуму”. Я говорю: “Слава, чего делать будем?” Слава сказал: “Нет, не признаемся”. Я говорю: “Не признаемся”».
Пять лет они провели в разных колониях: Хитрик — в Саратове, Белевич — на родине в Беларуси. 27 сентября 2011 года Домодедовский городской суд вынес постановление: уголовное преследование Сергея Хитрика и Вячеслава Белевича полностью прекращено за непричастностью к совершенным преступлениям. Их освободили из-под стражи прямо в зале суда и признали за ними право на реабилитацию.
Признанные вещественными доказательствами и хранящиеся в камере хранения ГСУ СК РФ по Московской области: спортивную куртку Хитрика С. С., ботинки Хитрика С. С. черного цвета, спортивные брюки черного цвета Хитрика С. С, футболку серого цвета Хитрика С. С, замшевые туфли светло-коричневого цвета Белевича В. И., джинсы черного цвета Белевича В. И., футболку темно-синего цвета Белевича В. И., возвратить по принадлежности соответственно Хитрику С. С. и Белевичу В. И. как законным владельцам.
Когда изможденному Сергею Хитрику объявили, что истинный убийца — Хилецкий, он долго не мог в это поверить и с неподдельным ужасом переспросил: «Неужто Ваську так сильно били, что он тоже сознался во всем?»
«Виноваты там все»
К тому моменту, когда Хитрик и Белевич вышли из колонии, жизнь обоих была разрушена. Вячеслав Белевич в колонии перенес инсульт и стал совсем плох. А Сергей Хитрик вернулся в Минск с открытой формой туберкулеза. Жена ушла от него, сына воспитывал отчим, устроиться на работу с таким диагнозом было невозможно.
За пять лет, проведенных в колонии за преступление, которого он не совершал, государство присудило Хитрику компенсацию в 800 тысяч рублей. Белевичу — 600 тысяч. Позже, после скандала и апелляций, сумму подняли до двух миллионов рублей каждому.
Рая Хачатрян
«Их пытали током в спортзале. Ток не оставляет следов. Душили пакетом — надевали пакет на голову. В общем, применяли пытки в течение суток либо более, — говорил в программе “Свобода и справедливость” следователь Антонов, который распутал это дело. — Это делали для того, чтобы раскрыть преступление. Потому что совершено преступление в районе, женщина убита и изнасилована, мужчина фактически находился на тот момент при смерти. То есть это резонансное преступление, и любыми путями его необходимо было раскрыть. Виноваты там все — как следователи, так и оперативные сотрудники, и руководство УВД по Домодедовскому району. Одному из сотрудников, которые применяли пытки, было предъявлено обвинение. Второй скрылся, и в 2013 году местонахождение его еще не было установлено».
В 2013 году в отношении двух бывших сотрудников милиции, которые участвовали в пытках и фабрикации дела против Сергея Хитрика и Вячеслава Белевича, было возбуждено уголовное дело по статье «превышение должностных полномочий».
Однако одному из них удалось скрыться от следствия, а о судьбе второго (Евгения Бурыкина, фото которого показали в передаче «Свобода и справедливость») СМИ не сообщали. «Холоду» не удалось найти в открытых источниках информацию о том, дошло ли дело Бурыкина до суда и получилось ли у полицейских найти сбежавшего коллегу.
«Комсомольская правда» в 2013 году писала, что гособвинитель прокуратуры Домодедовского района Кирилл Наумчев через несколько лет после того процесса начал адвокатскую практику. В программе «Свобода и справедливость» он говорил, что не видит своей вины в этом деле. «Государственное обвинение ориентируется на материалы, которые уже сформированы органами следствия, — объяснял он. — Я же не могу, допустим, поменять как-то показания и так далее. Вызывается в суд свидетель, он допрашивается. Если он дает такие же показания, что и на следствии, какие основания сомневаться в их правдивости?»
На прямой вопрос корреспондента, считает ли он, что его вины в этом деле вообще нет, Наумчев ответил: «Моей — уж точно [нет]».
Тимофей Астахов
Судья Домодедовского суда Наталья Мишина в 2010 году ушла в отставку. В 2012 году она устроилась в Судебный департамент при Верховном суде РФ. Она работала там по крайней мере до 2020 года. На вопрос корреспондента в 2013 году, помнит ли она это дело, она ответила, что «вообще уже ничего не помнит», и отказалась это обсуждать.
У Рафика Аббасова, адвоката по назначению, который уговаривал Хитрика и Белевича подписывать все, что дают следователи, на 2026 год прекращен статус адвоката.
Два суда и пожизненное
Василию Хилецкому в ходе допросов предъявили обвинения не только в подольской резне и многочисленных квартирных кражах и разбое, но и в домодедовском преступлении 2006 года. Обвинение насчитывало три убийства, сопряженных с изнасилованиями.
Хилецкий наотрез отрицал вину по всем эпизодам. Даже когда перед ним положили неопровержимые результаты генетической экспертизы, он продолжал засыпать инстанции жалобами. Он утверждал, что все материалы сфабрикованы, а сам он — жертва заговора спецслужб, которые якобы давно ведут на него охоту как на «особо ценного свидетеля».
Судебно-психиатрическая экспертиза показала: несмотря на маниакальную жестокость и психопатические черты характера, Хилецкий полностью вменяем и отдавал отчет в каждом своем действии.
Судебных процессов было два. Сначала разбирали подольский эпизод: убийство двух женщин, изнасилование, кражи и разбой. В начале 2012 года Московский областной суд признал Василия Хилецкого виновным и назначил ему 25 лет лишения свободы в колонии строгого режима. Его сообщники Игор Одаджиу и Еуджениу Кушнир получили 14 и 7 лет соответственно. Верховный суд РФ отклонил апелляционные и кассационные жалобы осужденных.
Затем начался процесс по делу 2006 года в Домодедово. 12 ноября 2013 года суд признал Хилецкого виновным в убийстве Галины Гошовской, изнасиловании и покушении на жизнь Виктора Шароварова. По совокупности совершенных преступлений Московский областной суд вынес окончательный вердикт: пожизненное лишение свободы.
Максим Мартемьянов
Для отбывания наказания Хилецкого этапировали в колонию особого режима «Черный дельфин» в городе Соль-Илецке Оренбургской области.
Казалось, пожизненный приговор подвел итог криминальной биографии Хилецкого. Но в 2025 году следователи СК России и оперативники МВД в рамках системной работы над раскрытием преступлений прошлых лет подняли из архивов в аннексированном Крыму нераскрытое дело почти 30-летней давности.
Уже находясь в «Черном дельфине», 58-летний Хилецкий понял, что скрывать больше нечего, и дал подробные признательные показания на видеокамеру.
Он рассказал о том, что произошло в ночь на 11 августа 1997 года. В тот день в Крыму шел проливной дождь. Хилецкий ехал на машине со стороны поселка Черноморское в сторону Межводного (это всего около 15–16 километров).
На темной обочине Хилецкий заметил голосовавшую девушку и согласился подбросить ее до Раздольного (от Межводного до Раздольного еще 60 километров).
Проезжая мимо Черноморского канала, Хилецкий затормозил в безлюдном месте, напал на пассажирку и изнасиловал ее. Опасаясь, что она обратится в милицию, он задушил девушку прямо в кабине грузовика. Затем достал металлическую проволоку, привязал тело к обломку бетонного столба и сбросил в канал.
Дарья Волошина
Следователи вывезли Хилецкого на следственный эксперимент, где он под запись в деталях показал и описал, как совершил это убийство. Суд в Крыму признал его виновным по пункту «к» части 2 статьи 105 УК РФ, окончательно закрепив пожизненный срок.
Сейчас Хилецкому 59 лет, и остаток жизни он проведет в колонии «Черный дельфин».
