Россиянка Светлана Савельева познакомилась с украинцем Александром Чечоткой в интернете. Больше года они ежедневно общались, влюбились друг в друга и ждали встречи. Но увидеться так и не получилось: когда Светлана попыталась нелегально пересечь границу России с Украиной, ее поймали сотрудники ФСБ. По словам матери, ее избивали и пытали, а 1 апреля 2026 года приговорили к 15 годам колонии. Мать Светланы боится, что дочь может не дожить до выхода на свободу. Срок за любовь — в материале «Холода».
В декабре 2024 года Людмила Афанасьева ждала свою 38-летнюю дочь Светлану у ворот курского спецприемника. Когда Светлана вышла, ее состояние шокировало Людмилу: волосы дочери поседели, она сильно исхудала, а «кукольное личико», как говорит Людмила, было в грязи и с «бороздками от слез». Она едва шла.
В тот день Светлану должны были отпустить на свободу после череды «карусельных» арестов якобы за административные нарушения. Но у выхода ее снова ждали сотрудники ФСБ. Они сообщили Людмиле, что против ее дочери выдвинули новое обвинение — в покушении на государственную измену.
Светлану завели в машину ФСБ, но перед расставанием Людмиле удалось с ней поговорить. Светлана сложила руки у уха матери и нашептала, что в заключении мужчины в балаклавах избивали ее. «Били ее кулаками, по лицу. <…>. Током [били], душили, [раздевали] догола…» — рассказывала Людмила в разговоре с «Холодом». С тех пор она не видела дочь.
«Я ее теряю»
До 2024 года Светлана Савельева жила в Иркутской области вместе со своей матерью. По словам Людмилы, с детства ее дочь была доброй, заботливой и внимательной — и к людям, и к животным. Особенно она любила собак.
Один эпизод мать запомнила особенно хорошо. Когда Светлане было восемь или девять лет, она узнала в музее, что часть денег от продажи картин идет на помощь бездомным животным. Вскоре после этого она вместе с другими детьми сама начала рисовать и продавать рисунки прохожим. Если кто-то соглашался, дети сразу покупали корм для дворовых кошек и собак. «Она такая чудесная. Она очень добрая девочка. Сердечная, нежная, очень начитанная», — говорит Людмила.
По словам матери, уже будучи взрослой, Светлана продолжила помогать бездомным животным и последние годы до заключения поддерживала местный приют. «Она столько сил отдавала этому», — говорит мать.
Также у Светланы с детства был талант к изучению языков: «Она сразу подхватывает. Французские песенки в детстве сразу схватывала. Бразильские сериалы шли — она начинала говорить по-португальски», — говорит мать Светланы. По ее словам, в последние годы дочь зарабатывала техническими переводами в сферах IT и фармацевтики («Холоду» не удалось подтвердить эту информацию).
Арест дочери стал для Людмилы большим ударом. «Я места себе не нахожу. Я дышать не могу, есть не могу. Я ничего не могу. Я ее теряю», — говорит она в интервью с «Холодом».
Рок, «Рыжик» и собаки
В 2023 году Светлана периодически общалась с людьми в «Чат-рулетке» — онлайн-сервисе для видеочатов, где система автоматически соединяет для разговора незнакомых людей. В один из таких дней «Чат» соединил ее с Александром Чечоткой — военнослужащим украинской армии.
Как вспоминает сам Александр в разговоре с «Холодом», их первая онлайн-встреча со Светланой длилась недолго и совсем не воспринималась как начало долгих отношений: «Наверное, полчаса, может, меньше, может, больше… поразговаривали просто, и все», — говорит он. Но вдруг связь оборвалась.
После того дня Александр и Светлана потеряли друг друга, но через три-четыре месяца алгоритм чат-рулетки снова свел их вместе. В этот раз они обменялись контактами и стали переписываться в соцсетях.
Вскоре, по словам Александра, общение стало постоянным: «Не было такого дня, чтобы мы не переписывались», — признается он. Каждый день они со Светланой обсуждали книги, фильмы и прочее. Оказалось, что они оба слушали рок-музыку, обожали собак и в детстве любили одну и ту же книгу: повесть о беспризорниках «Рыжик» Алексея Свирского. «Она очень интересный человек, она начитана… с ней много о чем можно было поговорить», — рассказывает Александр.
По его словам, они со Светланой мечтали жить вместе. В будущем он хотел жениться на ней и уехать в небольшой город — подальше от суеты и шума. «Хочется тишины и спокойствия», — говорит он.
Почти год Александр и Светлана общались по телефону, и с каждым днем, по его словам, желание встретиться вживую становилось все сильнее. Александр не мог выехать за границу из-за службы (украинские военнослужащие могут выезжать за границу в отпуск с разрешения руководителя воинского подразделения. Но, чтобы получить его, необходимо подтвердить документами цель поездки — обычно это встреча с семьей). Поэтому Светлана решила добраться к нему сама.
«Я думал, ее нет в живых»
По словам Александра, сначала Светлана пыталась попасть в Украину легально. В первые месяцы полномасштабной войны россияне еще могли въезжать туда свободно, но с 1 июля 2022 года Украина ввела для россиян визы. Их не оформляют в России, но подать документы можно через третьи страны, например, в Казахстане, Грузии или Молдове. Большинству россиян в таких визах отказывают (за первые полгода визового режима разрешение на въезд получили 12 россиян). Но Светлана все равно надеялась, что ей повезет.
Шли месяцы визовых процедур. По словам Александра, Светлана подробно объясняла свою ситуацию сотрудникам визовых центров, подолгу ждала ответа, но снова и снова получала отказы. Ей приходилось нарушать сроки пребывания в других странах и платить штрафы. Александр поддерживал ее как мог — словами и деньгами. Так продолжалось до августа 2024 года — пока ВСУ не вошли в Курскую область.
Тогда у Светланы появилась другая, куда более рискованная идея. Она решила добраться до позиций украинских военных в Курской области и попросить у них помощи во встрече с любимым.
По словам Александра, он не раз пытался ее отговорить и предупреждал об опасности, но Светлана его не слушала: желание увидеться было сильнее. Кроме того, идею подпитывали разные слухи: «Кто-то ей сказал, что за деньги можно пройти линию фронта», — вспоминает он.
Вскоре Савельева нашла таксиста, который пообещал провезти ее через приграничную зону. «Я ей говорил: ну, бросай этого таксиста… Не надо!» — вспоминает Александр. Но Светлана, по его словам, была настроена решительно.
В 4 часа утра 16 октября, как вспоминает Александр, Светлана позвонила ему и сказала, что выезжает. До последнего он уговаривал ее не ехать — вспоминает, что, даже когда Светлана погрузила чемодан в багажник такси, он просил ее бросить все и уйти, лишь бы она сама не садилась в машину. Но Светлана решила рискнуть. «Если меня задержат, значит, все», — сказала она. Вскоре, по словам Александра, связь с ней оборвалась.
Александр звонил и писал, но Светлана больше не отвечала. «Я вообще думал, что ее нет в живых. Она вышла на связь где-то через неделю, или полторы, или две», — признается он. Уже с первого звонка Александр понял, что Светлана в опасности.
«Зуб на зуб у нее не попадал»
Людмила была близка со своей дочерью — та рассказывала ей о том, что происходит в ее жизни, об Александре, даже когда была в разъездах. «Мы все время были на связи, все время», — говорит Людмила.
Когда 16 октября Светлана перестала ей отвечать, Людмила сразу почувствовала неладное. По ее словам, она немедленно подала заявление о пропаже дочери, но помощи не получила — сотрудники разных розыскных служб «бросали трубки», а некоторые поисковые структуры «на связь не выходили вообще». «Я была в ужасе», — вспоминает Людмила. Больше недели она не знала, жива ли ее дочь.
Лишь через 10 дней, в конце октября, Светлана наконец позвонила матери. Однако, по словам Людмилы, дочь едва могла говорить: «Зуб на зуб у нее не попадал», — вспоминает она. Светлана рассказала Людмиле, что ее раздели догола и избили. В тот момент Савельева уже находилась под контролем силовиков: «Ей давали трубку, чтобы она рассказывала, как над ней издеваются».
Людмила не знала, где искать дочь, и не находила себе места. Но уже через сутки раздался новый звонок. На этот раз Людмиле позвонил неизвестный мужчина. «[Он] сказал: если хотите найти вашу дочку — поезжайте в ФСБ города Курска», — рассказывает она. Мужчина не представился, поэтому Людмиле не было понятно, правду ли ей говорят.
Вскоре, с 1 ноября, с Людмилой начал регулярно связываться конкретный сотрудник ФСБ. Как она утверждает, его звали Баздырев Станислав Юрьевич. Именно он, по ее словам, пытал Светлану. В январе 2026 года Центр защиты прав человека «Мемориал», ссылаясь на собственный источник, сообщил, что Баздырев применял пытки и к жительнице Курской области Светлане Толкачевой, которую также подозревают в госизмене.
Баздырев в разговорах с Людмилой утверждал, что «никакой вины у дочки [Людмилы] нет» и что ее якобы задерживают по административным статьям. Формально в судебных записях все так и выглядело: 21 октября 2024 года Ленинский районный суд Курска сообщал, что Светлану арестовали на 10 суток за «неповиновение полиции». В материалах дела написали, что у нее были «признаки опьянения»: «шаткая походка, невнятная речь, запах алкоголя изо рта, плохо ориентировалась на местности, неадекватное поведение, неопрятный внешний вид». А 1 ноября Светлану якобы снова задержали — на этот раз за «неповиновение сотруднику органов ФСБ».
Людмила не поверила звонившему. По ее словам, причины задержаний показались ей абсурдными. Она стала звонить в спецприемник Курска, но там это подтвердили.
Светлану подвергали «карусельным арестам» — как утверждает Людмила, ее снова и снова задерживали по надуманным поводам, после чего выпускали на несколько часов и тут же арестовывали заново, каждый раз оформляя новое административное дело, чтобы не отпускать ее на свободу и держать в изоляции месяцами.
Вскоре Людмиле позвонили с еще одного незнакомого номера. В этот раз говорила женщина: «[Она] сказала: срочно приезжайте, вашу дочку мучают, она едва ходит». По словам звонившей женщины, Светлана должна была выйти на свободу 16 декабря 2024 года. Людмила немедленно купила билет и прилетела в Курск.
«Привязывали на ночь гирю»
Александру тоже звонили сотрудники ФСБ. По его словам, спустя одну-две недели после первого задержания Светланы она неожиданно позвонила с незнакомого номера. Александр вспоминает, что внешне все выглядело так, будто ничего не случилось — Светлана показывала гостиницу, в которой она якобы остановилась, и говорила, что «нормально [себя] чувствует». Однако жестами, по словам Александра, Савельева показывала, что «она уже не на свободе».
«Я уже понял, что там ситуация не очень, — вспоминает Александр. — Я ей писал на листке вопрос, и она головой просто махала, потому что [ее] слушали. Ну, хорошо, что никто не присутствовал, а просто слушали. Спрашиваю: “Бьют?” Она вот показывает кровать, наручники, двери, синие ноги. <…> Над ней издевались, душили, на шее у нее было… И губы потресканные, и следы на ногах и на руках. Она жестами показывала и говорила, что привязывали на ночь гирю, гирю к ноге и к койке».
Также, по словам Александра, силовики заставляли Светлану читать разные тексты на камеру. Он заподозрил это, когда во время одного из звонков Савельева вдруг начала говорить, что хочет пойти воевать на стороне Украины. «Ну это бред. Мы никогда об этом и не говорили. <…> Подводили ее под статью, понимаете?» — рассказывает он.
В другие созвоны сами сотрудники ФСБ разговаривали с Александром: «Вот, если ты там начнешь сдавать позиции украинских военных, мы там сократим до минимума срок, — вспоминает он их слова. — Я же на такое в жизни не пойду. Конечно же, отказал».
Александр утверждает, что Светлану задержали по надуманным поводам. «Да, конечно, этого не может быть, — говорит он. — Ну, блин, я ж столько общался, Бог ты мой, я же знаю человека… <…> Разные ситуации были, то денег не было, то помогал [Светлане] через эту знакомую… О спецподготовке вообще никакой речи не может идти, и вообще о военных действиях, она никогда в жизни об этом не говорила. Это просто встреча, [она ехала] чтобы встретиться»
«Сейчас преступление — полюбить украинца»
16 декабря у ворот курского спецприемника Людмила ждала дочь в назначенное время. «Волосы у нее были седые, она была худая-прехудая», — вспоминает мать.
Тут же, по ее словам, из стоящей рядом машины выскочили двое молодых мужчин — это были сотрудники ФСБ. Людмила вспоминает, что один из мужчин «все время ржал». Он представился и заявил, что Светлану обвиняют по 275-й статье УК РФ — госизмена.
По словам Людмилы, обвинение утверждало, что, пока Светлана находилась в Казахстане, она якобы проходила «военную подготовку», чтобы присоединиться к ВСУ и воевать с Россией на стороне Украины. В качестве главного «доказательства» этого, как говорит Людмила, в деле привели переводы денег Светлане со счета некого гражданина Казахстана (журналистка «Холода» выяснила, кто он, и попыталась с ним связаться, но он не ответил на запрос).
Людмила и Александр объясняют, что эти деньги Светлане переводил Александр через знакомого, поскольку напрямую сделать перевод с украинской карты на российскую нельзя. «А вот у этих ФСБшников своя интерпретация, — говорит Людмила. — Они придумали, что якобы моя дочка, она такая тоненькая, такая изящная, миниатюрная, вот косточки тоненькие, <…> что якобы она проходила там военную подготовку на каких-то таких установках. <…> Если военная, там вот эти вот жилеты и прочее, как говорится, [Светлану] к земле придавит».
Позже, как рассказывает Людмила, ФСБ направило официальный запрос в Казахстан: они проверяли, проходила ли Светлана какую-либо подготовку и имел ли к этому отношение казахстанец, переводивший ей деньги. По словам матери, казахстанская сторона официально ответила, что «ничего этого не было, это не подтвердилось».
«Этот свидетель с Казахстана, — говорит Александр. — Они [сотрудники ФСБ] же накатали бумагу, что там она [Светлана] проходила. Это все суд принимает. Прокурор одобряет. Оттуда [из Казахстана] пришло официальное, что такого ничего не было. Это даже во внимание не берут. Вот что страшно. Как работает система. Свидетельство от человека, официальные документы с подписями, со штампами из Казахстана, что такого не было. Что это не какой-то майор в отставке — это простой гражданин, таким даже не занимался. <…> Это не интересует».
В итоге суд счел доказанным, что весной 2024 года Светлана Савельева «при содействии военнослужащего Украины» прошла военную подготовку, чтобы потом воевать на стороне Украины. Она якобы также получила «поддельные документы на имя уроженки Украины».
По словам Людмилы, силовики называли ей и другую причину преследования. «Они сказали, что сейчас преступление — полюбить украинца с противоборствующей стороны», — пересказывает она их слова.
Вечером 16 декабря Людмила и Светлана прощались в машине ФСБ. «Когда люди видят этот автобусик, у них дрожь в коленях. А я в нем была со своей дочерью. Ну как это пережить спокойно», — вспоминает Людмила. Боясь, что их услышат, Светлана шепотом рассказала матери, что с ней происходило в заключении. По словам Людмилы, дочь говорила о побоях, унижениях, пытках током и удушениях — так от нее добивались признания вины в госизмене.
После повторного задержания Светлану отправили в курское СИЗО. Но, по словам Людмилы, издевательства на этом не закончились. В редких телефонных разговорах, когда Светлану вывозили на допросы, она рассказывала матери, что у нее отбирают еду и даже гигиенические прокладки. Людмила вспоминает, что когда дочь тяжело заболела, ей не оказали никакой помощи. «Она болела сильно, а они говорили: “Да чтоб ты сдохла”», — вспоминает мать.
Вскоре Людмила вернулась в Иркутск. Там она продолжила посылать Светлане передачи, а еще решила сделать себе загранпаспорт. 20 февраля 2025 года к ней пришли с обыском. Чтобы обезопасить себя, на следующий день Людмила забрала загранпаспорт и вскоре покинула Россию. Сейчас она находится за границей.
Просьбы о помощи
Александр пытался добиться помощи Светлане в Украине. Он рассказал «Холоду», что обращался в Координационный штаб по вопросам обращения с военнопленными, неоднократно связывался с разными структурами и звонил в учреждения, занимающиеся обменом украинцев на россиян, но каждый раз упирался в отказы: «граждан Украины — да, а она гражданка Российской Федерации». По его словам, ему прямо давали понять: «есть граждане Украины, есть военные — это приоритеты».
Могут ли Светлану обменять
Списки освобожденных из плена и списки заключенных в России украинцев не разглашаются Координационным штабом по соображениям безопасности. Штаб занимается делами военнослужащих, которые находятся в плену или считаются пропавшими без вести. Реже проводят обмены гражданских лиц, граждан Украины.
Источник «Холода» сообщил, что в Координационном штабе известно об обращениях матери и возлюбленного Светланы Савельевой. Однако никаких дополнительных деталей по ее делу по состоянию на март 2026 там сообщить не смогли.
Людмила тоже писала обращения в разные инстанции: уполномоченной по правам человека Татьяне Москальковой, уполномоченному по правам человека в Курской области и местную прокуратуру, министру обороны Украины и даже напрямую Владимиру Зеленскому. Она отправляла заявления с описанием пыток и фамилиями сотрудников, которые издевались над ее дочерью (документы есть в распоряжении «Холода»).
Помощи, однако, Людмила не получила. По ее словам, ей говорили, что Светлана «не подлежит какой-то конвенции» и не является военнопленной.
Параллельно, уже находясь за границей, Людмила обратилась за помощью к волонтерам. Благодаря их работе о деле узнали СМИ и правозащитники, а «Мемориал» признал Светлану Савельеву политической заключенной.
Кроме того, информацию о Савельевой передали европейским структурам, а ее имя вошло в доклад ООН о нарушениях прав человека в России. «Сотрудники ФСБ перевозили Савельеву из одного гостиничного номера или квартиры в другую и пытали ее в течение двух месяцев. Пытки включали в себя избиения, применение методов удушения и электрошока, унижения, угрозы убийством и сексуальным насилием», — написала в своем докладе спецдокладчица ООН по правам человека в России Мариана Кацарова.
«Она в ужасном состоянии»
Пока Светлана была в СИЗО, Людмила могла общаться с ней только посредством писем. «Она очень за меня волнуется, за мое здоровье волнуется. Я за ее здоровье волнуюсь, потому что она болеет, вес потеряла», — говорит Людмила. Из-за тюремной цензуры Светлана не могла прямо писать о пытках и издевательствах, но даже так из ее слов понятно, что ей очень тяжело. «В камере сыро, и голод, и холод. В общем, она в ужасном состоянии», — говорит мать.
Людмила рассказывает, что в СИЗО у Светланы начались серьезные проблемы со здоровьем. По ее словам, Светлану заставляют подолгу стоять, поэтому у той развился варикоз. После того как ей повредили шею во время избиения, начались сильные головные боли, а от постоянной сырости у Светланы болят почки. «Она в таком состоянии ужасном. Вот как украинцы из плена возвращаются — скелеты, кожа оттянута, аналогичная [ситуация] с моей дочкой. <…> Нормальный человек такие пытки, издевательства, ну, больше года выдержать не может», — говорит Людмила.
Александр признается, что после ареста Светланы постоянно винит себя. «Я допустил, что она туда поехала. Надо было [сильнее] ее отговаривать», — говорит он. Сейчас он помогает Людмиле деньгами и продолжает бороться за освобождение Светланы.
Суд над ней начался 10 февраля и прошел в закрытом режиме. Хотя по закону она должна была находиться в наручниках только по дороге из изолятора в суд, Савельеву оставляли в них даже во время судебных заседаний. Людмила Афанасьева обращалась в МВД с просьбой соблюдать закон, но в ответ ей сказали, что нарушений нет.
Кроме Савельевой уголовное дело завели и на таксиста Игоря Сандуляка, который обещал довезти ее до линии фронта. Однако его суд лишь оштрафовал за пособничество на 150 тысяч рублей.
По словам ее матери, 10 декабря 2025 года Савельеву вызывали к начальнику СИЗО. Там ее уже ждали тюремный врач и психолог. Они вместе пытались заставить Светлану подписать бумаги о том, что она якобы хочет причинить себе вред или покончить с собой, но Светлана отказалась что-либо подписывать. Если бы им удалось надавить на Савельеву, ее могли бы принудительно отправить в психиатрический стационар — а там отрезать от общения с родными и применять к ней так называемые «принудительные медицинские меры».
1 апреля Светлане дали 15 лет в колонии общего режима с дополнительным ограничением свободы сроком на 1,5 года и назначили штраф в 400 тысяч рублей. Это даже больше, чем просил прокурор — он требовал 14 лет. Людмиле остается надеяться, что Светлану амнистируют или все же включат в списки на обмен.
Поддержать Светлану
Светлане Савельевой можно написать письмо. Это поможет ей чуть легче переживать заключение и покажет, что о ней помнят на свободе. О том, как и о чем писать, «Холод» подробно объяснял здесь:
На момент публикации материала приговор Светлане еще не вступил в законную силу — отправить ей письмо можно в СИЗО по адресу:
305016, г. Курск, ул. Пирогова, д. 1, ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Курской области, Савельева Светлана Игоревна , 1986 г. р. Можно написать через zt.ru, f-pismo.ru
После вступления приговора в силу Светлану этапируют. Перед отправлением письма проверьте ее актуальное местоположение на сайте «Мемориала» (экстремистская организация).
