Французские депутаты одобрили законопроект, которым впервые вводится понятие согласия в юридическое определение изнасилования. Его принятию сопутствовало громкое дело об изнасиловании Жизель Пелико. Об этом пишет Politico.
По данным издания, документ был одобрен в среду, 29 октября. Согласно новому закону, теперь любое сексуализированное действие без согласия является сексуализированным насилием. Кроме того, согласие должно быть «свободным и осознанным», дано на конкретное действие и может быть отозвано в любой момент. Закон также прямо указывает на то, что молчание или отсутствие реакции человека не может считаться согласием.
До сих пор французское законодательство определяло сексуализированное насилие, включая изнасилование, как действия, совершенные посредством «насилия, принуждения, угроз или неожиданности». По данным издания, этим пользовались некоторые адвокаты обвиняемых, которые заявляли в суде, что их клиенты «считали происходящее ролевой игрой».
Politico отмечает, что такого закона во Франции правозащитники добивались много лет. Однако поворотным моментом стал громкий судебный процесс, по итогам которого которого 51 мужчина был обвинен в изнасиловании Жизель Пелико, за которым стоял ее уже бывший муж Доминик Пелико.
Комментируя принятие закона, депутат от центристской партии, соавтор законопроекта и автор доклада по этому вопросу в 2023 году Вероник Риоттон заявила, что это «позитивный момент» на фоне политического тупика, в котором оказалась Франция. По ее словам, парламент доказал, что может продвигаться вперед по важным для граждан вопросам.
В последние годы несколько законодателей пытались принять аналогичный закон, но до дела Пелико этот вопрос оставался практически незамеченным, отмечает издание. В 2022 году предложение Европейской комиссии обязать все страны классифицировать любой сексуализированный акт без согласия как изнасилование было исключено из масштабного законопроекта о насилии в отношении женщин из-за сопротивления ряда стран, включая Францию.
Президент Франции Эмманюэль Макрон позже пояснил, что он поддерживает пересмотр законодательства, но не считает это прерогативой Европы.
