Лишили суверенитета, вернули суверенитет

Журналист Даниил Кислов — о том, как поправка в Конституцию чуть не взорвала Узбекистан

В начале июля в Республике Каракалпакстан, которая находится в Узбекистане, прошли массовые волнения и жесткие столкновения с милицией. Протестовали люди против проекта поправок к Конституции, согласно которому республика лишалась права на выход из состава страны. Во время протестов 18 человек погибли, сотни пострадали, 500 активистов были арестованы. Президент Узбекистана Шавкат Мирзиёев поправки отозвал, но ввел в регионе режим чрезвычайного положения. Журналист и эксперт по странам Центральной Азии Даниил Кислов рассказывает, что означают события в Каракалпакстане для Узбекистана.

Фото: Анна Артемьева

Подоплека случившегося в Каракалпакстане не до конца понятна. Возникает множество вопросов, несмотря на то, что Узбекистан сегодня куда более открыт информационно, чем в каримовские времена (бывший первый секретарь узбекского ЦК КПСС Ислам Каримов был президентом страны с 1991 года и до своей смерти в 2016-м. — Прим. «Холода»), и на то, что тысячи фото- и видеосвидетельств из столицы региона Нукуса в последние дни буквально наводнили социальные сети.

Вопрос первый. Почему среди множества предложенных поправок в Конституцию неожиданно оказались и те, что фактически ликвидируют суверенитет Республики Каракалпакстан и ее право выходить из состава Узбекистана? Неужели кому-то во властной верхушке показалось, что время для этого пришло именно сегодня?

Вопрос второй. Почему эти поправки так сильно возбудили население, за пару дней погрузив несколько городов Каракалпакстана в хаос массовых митингов и уличного противостояния с милицией, и привели в итоге к объявлению режима ЧП и комендантского часа?

И третий, и четвертый... Неужели президент Узбекистана не просчитал риски? Почему затем так стремительно эти поправки отменил? Дал слабину или наоборот — продемонстрировал благородство и уважение к каракалпакам?

Некоторые ответы дает нам история. Остальное — личные домыслы автора.

Каракалпакстан — потенциальный Крым?

У каракалпаков богатое прошлое. Много веков назад на этой земле располагался древний Хорезм, а в XIX веке каракалпаков вместе с Хивинским ханством присоединили к Российской империи. После распада СССР, уже в 1993 году, Республика Каракалпакстан подписала с Ташкентом двусторонний договор о добровольном вхождении в состав Узбекистана сроком на 20 лет (отмечу, что этнических каракалпаков в республике проживает хоть и 30 процентов, но все же меньшинство).

Срок этот истек в 2013 году — во времена глубокого «каримовского застоя», когда никто не мог и помышлять о том, чтобы возобновить обсуждение проблемы на официальном уровне. Вся политическая оппозиция, все инакомыслие в стране было вытоптано и истреблено, парламенты — и Узбекистана, и «суверенной» республики — прикормлены и вымуштрованы, пресса зацензурирована и раздавлена. Немногочисленные лидеры каракалпакского национализма оказались к тому времени в глубоком подполье или изгнании.

Но брожения на низовом уровне начались именно тогда, и не только в самой Республике Каракалпакстан, но и за рубежом. Уже весной 2014 года в некоторых регионах Каракалпакстана прошли митинги с требованиями о проведении референдума о пролонгации или прекращении того самого двадцатилетнего договора, впрочем, не замеченные прессой. А через полгода после аннексии Крыма Россией каракалпакская проблема была впервые представлена на совещании ОБСЕ по человеческому развитию в Варшаве. Выступивший там представитель каракалпакской диаспоры Кыргызстана призвал ОБСЕ «обеспечить условия для проведения под международным контролем гарантированного конституцией референдума о будущем республики».

В Ташкенте восприняли это выступление очень болезненно. Дело в том, что с 1930 по 1936 год Кара-Калпакская автономная область, а затем Каракалпакская Автономная Советская Социалистическая республика находилась в юрисдикции РСФСР. Печальный пример других бывших советских стран и их автономий или областей — Приднестровья, Южной Осетии, Абхазии и, совсем незадолго до этого, украинского Крыма — заставил официальный Ташкент серьезно беспокоиться.

К тому же некоторые российские медиа растиражировали заявления активиста Марипа Кунградского (псевдоним представителя оппозиционного движения «Алга, Каракалпакстан!»), не исключавшего воссоединения Каракалпакстана с Россией.

Тогдашний президент Ислам Каримов стал чаще летать в Нукус, разносить местных чиновников за то, что те не приструнили активистов и позволили им митинговать, а спецслужбисты начали еще более активно, чем раньше, сажать всех, кого только могли заподозрить в симпатиях к сепаратистам. Появились и свидетельства репрессий. На  очередном совещании в ОБСЕ, в 2018 году, оппозиционеры представили свои списки десятков «политических заключенных» Каракалпакстана.

В те времена, впрочем, как и сегодня, никто профессионально не измерял уровень «сепаратистских» настроений в каракалпакском обществе: у серьезных исследователей-социологов не было и до сих пор нет таких возможностей. Однако можно с уверенностью говорить, что эти настроения, хоть поначалу и слабые, все же существовали и год от года усиливались. Несмотря на то, что сегодня имидж России изрядно подпорчен, по моим данным, сторонники «россиизации» Каракалпакстана в среде национальных активистов все еще существуют.

На самом деле, никакой особой связи у Каракалпакстана с Россией и нет. В позапрошлом веке каракалпаки находились в составе Российской империи — да. Потом в составе СССР — да. Упрямо пишут до сих пор на кириллице (как ранее была кириллической и письменность узбекского языка) — да. Тысячи трудовых мигрантов-каракалпаков регулярно отправляются на заработки в Россию, как и прочие центральноазиаты, — да. Но не более.

Отравляющий Арал и «узбекизация»

Главные претензии каракалпаков к Ташкенту — в усиливающейся деградации огромного, пустынного и отдаленного от «метрополии» региона, в высокой безработице, снижающемся уровне жизни и насаждении узбекского языка.

Огромная незаживающая рана на карте Узбекистана находится именно в Каракалпакстане. Это известное всем на планете Аральское море: в советское время воды рек Амударья и Сырдарья, впадающих в Арал, начали активно использовать для орошения хлопковых полей. Озеро стало мелеть, это в свою очередь привело к тому, что вода в нем стала испаряться все быстрее, затем произошло засоление, приведшее к гибели рыбы. Сегодня Аральское море почти полностью высохло, и со дна бывшего моря по всей Центральной Азии — вплоть до ледников Памира — разлетаются миллионы тонн пыли.

Кладбище кораблей в бывшем портовом городе Муйнак на Аральском море, Узбекистан. Фото: Matyas Rehak / Shutterstock.com

«В Каракалпакстане вода наполнена ядовитой солью, которая выпадает сгустками на дно чайной чашки и вызывает у каждого приезжего диарею, а местных тихо и долго убивает, — рассказывает мне журналист Мансур Мировалев, много лет работавший в регионе. — По заболеваемости туберкулезом Каракалпакстан еще в 1990-е встал на первое место в бывшем соцлагере. Видов рака там больше, чем сортов рыбы из дельты Амударьи. Малокровие у женщин и детей — по умолчанию, а чего еще ожидать, когда на бывшем побережье моря не растет ничего, кроме колючки, а у тощих коров молоко горчит, как пьяная рвота. Каракалпаки — коллективная кровавая жертва, принесенная во имя советской мечты о превращении пустыни в сад, во имя взрывного роста населения всей Средней Азии, белого хлопка, рубиновой черешни, медового винограда и вечной струйки воды в узбекском дворе, текущей просто ради прохлады» 

В обзоре исследований, который опубликован в журнале Норвежской медицинской ассоциации и посвящен исчезновению Аральского моря, говорится, что содержание солей в местных подземных водах в шесть раз превышает дозу, которую ВОЗ считает безопасной. Самые большие проблемы в районе Аральского моря — это высокое распространение туберкулеза, гепатита А, респираторных и диарейных заболеваний. В конце 1990-х младенческая смертность от диареи здесь была в два раза выше, чем в приграничных районах. Однако неизвестно, какую роль в этом играет загрязнение воды и воздуха токсичными веществами — причиной может быть антисанитария (небезопасное хранение питьевой воды, плохая гигиена). При этом доказано, что местные жители более подвержены раковым заболеваниям, чем население восточных регионов Казахстана. Например, в 1980-е годы заболеваемость раком печени здесь выросла вдвое.

Очевидно, что здесь все хуже, чем во многих других узбекских регионах: и климат, и медицина, и качество продуктов питания. Работы нет, доходы не растут. Официальный Ташкент докладывает о многомиллиардных инвестициях, росте валового регионального продукта и увеличении количества рабочих мест, о посаженных на дне высохшего Арала деревьях и пустынных растениях. Но тяжелое позднесоветское и раннеузбекистанское экономическое наследие легко не изживается: объективные причины не позволят превратить регион вокруг бывшего Аральского моря в цветущий сад еще долгие, долгие годы.

Если старания центральной власти в области экономического развития в Каракалпакстане местные жители не особо замечают, то на любые проявления языковой или образовательной политики реагируют очень остро. В июле прошлого года в городе Ходжейли, одном из районных центров Республики Каракалпакстан, прошли протесты, также переросшие в столкновения с милицией. Как писал независимый ташкентский информационный проект AsiaTerra, гражданские акции были вызваны, в первую очередь, решением руководителей Узбекистана о скорейшем, с опережением графика, переходе на латинский алфавит, в том числе переводе на него и письменности каракалпаков.

Несмотря на то, что переход на латинскую письменность начался в Узбекистане еще в каримовскую эпоху, каракалпаки до сих пор используют преимущественно кириллицу — в том числе в вывесках на улицах, названиях организаций и фирм, улиц и городов. И любые изменения в этой области этнические каракалпаки воспринимают как посягательство на национальную идентичность.

Бунт: осмысленный, но беспощадно подавленный

Люди в Нукусе начали открыто протестовать вскоре после того, как проект поправок в Конституцию Узбекистана был опубликован для обсуждения. В соцсетях граждане жаловались на отсутствие обратной связи и, собственно, «всенародного обсуждения», а на улицах открыто требовали сохранения суверенитета.

В отсутствие серьезного оппозиционного или национального лидера предводительствовал всеми местный журналист, редактор газеты «Эл хызметинде» («На службе народа»), популярный блогер Даулетмурат Таджимуратов. Поначалу милиция его задержала, но потом отпустила. И за пару дней Даулетмурату удалось вывести на улицы несколько тысяч (по отдельным данным — десятки тысяч) человек.

Как-то повлиять на манифестантов, скандирующих лишь два слова: «Азатлык» («Свобода») и «Даулет» (имя лидера протеста, но также и «государство» в тюркских языках), местные власти оказались бессильны. Однако из Ташкента стали приходить сигналы о том, что готовится жесткое подавление бунта. Так оно и случилось. Телеграм-каналы заполнили кадры, запечатлевшие раненых, избитых и окровавленных манифестантов, пострадавших в стычках с ОМОНом.

Многие считают Даулетмурата Таджимуратова умеренным, «центристом», а не каким-то безбашенным радикалом. Однако именно на него и его сторонников сегодня заведено уголовное дело по множеству статей, самая тяжелая из которых — «посягательство на конституционный строй Республики Узбекистан». Вам покажется странным, да и мне тоже: человека, выступающего за сохранение положения Конституции о суверенитете, обвиняют в желании разрушить основной закон страны. Но факт остается фактом.

Официальная версия, озвученная вчера генпрокуратурой Узбекистана, содержит только так называемые отягчающие обстоятельства — «организацию незаконного митинга», нападение на военный пост и международный аэропорт, захват оружия, поджоги грузовиков. В ней не говорится о том, что Таджимуратов подавал официальную заявку на митинг, не объясняется, почему еще до введения режима ЧП в регионе был выключен интернет, почему диалога с протестующими не получилось, не рассказывается, при каких обстоятельствах милиция и ОМОН начали применять спецсредства и оружие против безоружной толпы.

Очень бы хотел ошибиться, но мне кажется, что в Ташкенте сознательно довели ситуацию до крайности. Не шли на переговоры, не пытались утихомирить людей, не задействовали — как это традиционно водится в Узбекистане — местных аксакалов и авторитетных управленцев. Ждали, что будет делать президент, как вмешается, какие отдаст команды.

И президент прилетел в Нукус, с ходу выступил перед каракалпакским парламентом и тут же отозвал из проекта поправки о лишении Каракалпакстана его суверенитета. Это прозвучало неожиданно, многих обрадовало, но уровень протестов моментально не снизило.

Вопрос главный, президентский

Если ситуация в Нукусе и не срежиссирована самим Шавкатом Мирзиёевым и его окружением, то выгоду для себя из «каракалпакского конфликта» ташкентская власть извлечет по полной. С одной стороны, Мирзиёев показал urbi et orbi свою приверженность «идеалам народных ценностей», убрав спорные поправки и обвинив депутатов каракалпакского парламента в том, что они якобы сами их и предложили. А с другой — чекисты и милиция принимают все имеющиеся в их распоряжении репрессивные меры для того, чтобы ликвидировать ячейки каракалпакских сепаратистов, а по сути — всех без разбору активных участников митингов и их неформальных лидеров, блогеров, журналистов и сочувствующих им фейсбучных краснобаев.

Зачистка Нукуса и окрестностей «по Мирзиёеву» должна снять «каракалпакский вопрос» раз и навсегда. Не то, мол, сегодня время, чтобы разводить диалоги с «провокаторами» (ведь именно так называют манифестантов в парламенте Каракалпакстана и в официальной прессе). Особенно, если это потенциально угрожает не чему-нибудь, а «конституционному строю Узбекистана». Ведь сегодня уже не Крым перед глазами, а война в Украине.

Формальный суверенитет Каракалпакстана в составе Узбекистана на словах сохранится. А в суровой реальности Ташкент сделает все, чтобы к вопросу о его фактическом осуществлении никто и никогда больше не возвращался.

Автор — независимый журналист, эксперт по Центральной Азии

Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.

Фото на обложке
телеграм-канал MAKAN.UZ
Поддержите тех, кому доверяете
«Холод» — свободное СМИ без цензуры.
Мы работаем благодаря вашей поддержке.
Для платежей с иностранных карт
Поддержать
Владельцы российских карт могут поддержать нас здесь.
Поддержите тех, кому доверяете
«Холод» — свободное СМИ без цензуры. Мы работаем благодаря вашей поддержке
«Холод» — свободное СМИ без цензуры. Мы работаем благодаря вашей поддержке