Гибель верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи в результате израильского авианалета стала болезненным ударом для Владимира Путина, но прагматизм и стремление добиться своих целей в Украине взяли верх над чувствами. Об этом пишет американское издание Politico, ссылаясь на мнения политологов.
Многие из них сравнили реакцию Путина на убийство Хаменеи с реакцией на смерть на смерть другого дружественного Москве диктатора — правителя Ливии Муаммара Каддафи, убитого в 2011 году. «Они показали всему миру, как его убили, всего в крови. Разве это демократия?» — возмущался тогда Путин.
По словам старшего научного сотрудника Центра Карнеги в Берлине Александра Баунова, именно смерть Каддафи «стала поворотным моментом в российской политике — как внешней, так и внутренней».
Комментируя смерть Хаменеи, Путин назвал его циничным убийством в нарушение всех норм международного права. Вслед за ним российские чиновники и пропагандисты нарушили негласное правило — воздерживаться от критики президента США Дональда Трампа и его администрации ради помощи в склонении Украины к заключению невыгодного для нее мира мира.
Сначала экс-президент России Дмитрий Медведев заявил, что, напав на Иран, США показали свое «истинное лицо». Затем пропагандист Владимир Соловьев обвинил США в том, что они ведут себя «как хищники», используя дипломатию, чтобы «заманить свою жертву в ловушку и заставить ее ослабить бдительность, прежде чем вцепиться ей в глотку». «Понимаем ли мы, что разговор об Иране — это также разговор о России?» — задал он риторический вопрос своим зрителям.
Однако официальный спикер Кремля Дмитрий Песков сформулировал его позицию гораздо более дипломатично — выразив «глубокое разочарование» по поводу провала переговоров США с Ираном, но в то же время поблагодарив США за усилия по достижению мира в Украине.
«Путин не собирается рисковать своей личной безопасностью, безопасностью своего режима или своим видением национальной безопасности России, чтобы рисковать своей жизнью, помогая иранцам, северокорейцам, китайцам или кому-либо еще», — сказал профессор российской политики в Королевском колледже Лондона Сэм Грин.
При этом он напомнил, что удары по Ирану дают Москве и ряд преимуществ, в частности, рост цен на нефть, усиление разногласий между США и Европой, а также отвлечение внимания Вашингтона от войны в Украине. Кроме того, у Путина есть то, чего не было ни у одного из его свергнутых или убитых союзников — ядерное оружие.
В то же время, отмечает эксперт, даже огромный ядерный арсенал не обеспечивает защиты от внутренних угроз. По его словам, рост опасений Путина за собственную безопасность, скорее всего, будет связан «не столько с ракетами НАТО, сколько с дворцовыми интригами».
Грин подчеркнул, что Путин «как никто другой» знает, что диктаторы, сосредоточившие в своих руках столько власти и удерживающие ее так долго, как он, как правило, уходят со своего поста лишь одним из двух способов — «либо под арестом, либо в гробу».
