Журнал The Atlantic выпустил материал о последних неделях жизни Башара Асада в качестве президента Сирии. Его автор Роберт Уорт пообщался с десятками офицеров и людей, постоянно посещавших президентский дворец в Дамаске.
По их словам, власти нескольких государств, включая Россию, Турцию и Иран, пытались помочь ему сохранить власть даже в последние дни перед падением режима. Но Асад не брал трубку, предпочитая тяжелым разговорам игры на своем телефоне.
По словам сирийского журналиста Ибрагима Хамиди, разочарование сирийцев в Асаде связано не только с итогами его нахождения у власти, но и поведением политика в последние дни перед бегством. «До сих пор можно найти людей, которые верят в Муаммара Каддафи или в Саддама Хусейна. Сейчас никто не верит в Башара Асада, даже его брат», — отметил он.
Уорт отмечает, что Асад, пережив реальную опасность свержения в 2010-е годы, считал свою власть в стране устойчивой и рассчитывал на то, что никому из игроков в регионе не удастся нанести чувствительный удар по его режиму. «Иранцам я нужен. У русских нет выбора. Я — король», — так Асад описывал свое положение бывшему политическому деятелю движения «Хезболла».
При этом уже с 2019 года союзники Асада Россия и Иран начали оказывать на него давление, желая проведения в стране символических реформ, которые смогли бы позволить облегчить положение Сирии за счет ослабления экономических санкций со стороны западных стран. Асад начал лгать союзникам и затягивать начало процесса, что привело к еще большему ухудшению ситуации после одобрения новых ограничений со стороны США уже в 2020 году.
Это привело к тому, что даже члены гвардии, которые охраняли семью Асада, в 2021 году в свободное время были вынуждены торговать фруктами и сигаретами на улице. Сам глава Сирии в этот момент был занят мыслями о внедрении в стране «инструментов монархии».
Уверенный в том, что его свержение невозможно, Асад год игнорировал просьбы о встрече со стороны президента Турции Реджепа Эрдогана. Он, по данным Atlantic, хотел попросить у Сирии относительно «скромные» вещи — объявить политическое примерение, которое позволит заключить соглашение о возвращении домой сирийских беженцев.
Асад же потребовал у Эрдогана сначала вывести турецкие войска из Сирии, после чего Анкара, вероятно, дала свое согласие на поддержку действий повстанцев, которыми руководил нынешний временный президент Сирии Ахмед аш-Шараа. Уорт отмечает, что Турция воспринимала операцию подконтрольных ему войск как способ склонить Асада к переговорам, а не свергнуть его режим.
Но повстанцы начали уверенно продвигаться, а во время падения Алеппо Асад находился в России. Он обратился за помощью к Владимиру Путину, который уже однажды спас сирийского политика от поражения в войне. В этот раз Путин заявил Асаду, что его единственная надежда — разговор с Эрдоганом и заключение сделки, отмечается в материале.
Однако Асад не сделал этого и попытался объявить, что заплатит большие деньги добровольцам, способным быстро собрать отряды, которые победят его противников. Этим он еще больше разгневал солдат регулярной армии.
7 декабря главы МИД Катара, Саудовской Аравии, Иордании, Египта, Ирака, Ирана, Турции и России заявили о намерении прекратить боевые действия в Сирии и перейти к политическим методам преодоления кризиса. Для запуска механизма им нужно было согласие Асада, но он не взял трубку, поскольку его телефон, вероятно, был выключен.
Уже через несколько часов Асад принял решение бежать из страны, возложив ответственность за падение режима на своих сторонников. Сам же он вместо попыток решить проблемы предпочитал играть в Candy Crush на своем телефоне, отмечает Уорт.
