Представители российских элитных групп, сложившихся до начала полномасштабного вторжения России в Украину, живут в состоянии постоянной паранойи из-за изменения поведения Владимира Путина, пишет The Economist.
До 2022 года правила вхождения в элиту и «выживания» в ее составе были предсказуемыми и понятными. Составляющие ее люди не были однородны по своим взглядам и происхождению, однако могли заниматься вопросами распределения ресурсов при их соблюдении.
«Члены элиты не разговаривают друг с другом на важные темы и не налаживают связи без президента. Это слишком опасно», — рассказал журналистам политолог Михаил Комин. Владимир Путин, который ранее старался поддерживать баланс между различными группами, сегодня предпочитает учитывать один фактор — способность помочь ему выиграть войну.
Люди, которых Путин подозревает в неспособности помочь ему в решении этой задачи, или те, кого он может обвинить в неудачах российской армии, обнаружили, что никто не может помочь им удержать свой статус, отмечает The Economist. Из-за этого чиновники и предприниматели создают себе образ «патриотов», даже если это предполагает отказ от части активов.
Чувство страха усиливается из-за того, что сам Путин становится все более закрытым, перестает прислушиваться к советам, принимая решения единолично. Из-за этого входящие в российские элиты люди пытаются угадать, что он хочет — в материале это сравнивается с попыткой выиграть в азартную игру.
Чиновники и предприниматели с тревогой оценивают свое будущее и после окончания войны — они опасаются «встряски» элиты, которую Путин может провести, чтобы освободить место для новых людей. Именно их вхождение в элитные группы, а также действия проводящих ренационализацию и поиск компрометирующих данных силовиков вызывают у «старых кланов» раздражение, являющееся следствием ощущения незащищенности.
