В Санкт-Петербурге мужчина убил жившую с ним подругу, а затем до 23 января скрывал преступление, переписываясь с родственниками женщины в мессенджерах. Убийство произошло в новогоднюю ночь, сообщило петербургское управление Следственного комитета со ссылкой на показания задержанного.
Убийство произошло в центральном Адмиралтейской районе Петербурга, на Можайской улице. Единственный подозреваемый сам обратился к силовикам, позвонив и назвав свой адрес, уточнили в СК. По этому адресу следователи нашли тело погибшей женщины. Оно пролежало в квартире с момента убийства.
Мужчине 36 лет, он уроженец Волгограда и занимается ремонтом обуви. Квартиру на Можайской он снимал вместе со своей 28-летней сожительницей, сообщило петербургское издание «Фонтанка». В новогоднюю ночь мужчина ударил девушку по голове деревянным молотком, киянкой, а затем задушил галстуком, рассказали изданию источники в силовых органах.
Когда родственники убитой писали ей в мессенджерах, убийца отвечал, притворяясь своей жертвой, рассказали журналисты.
54-летний отец девушки попытался 20 января ей позвонить, но на звонок никто не ответил. Ночью ему пришло сообщение от имени дочери, что та спала весь день, выключив звук телефона, и готова пообщаться завтра. Однако и на следующий день отец не сумел дозвониться до дочери. Тогда он позвонил ее сожителю. Тот ответил, что подруга заболела и перезвонит, как только вернется домой.
22 числа поздно вечером отец подал заявление в полицию о пропаже дочери. Примерно через три часа в полицию позвонил адвокат сожителя погибшей и заявил, что его доверитель готов написать явку с повинной, рассказала «Фонтанка».
Юриста зовут Никита Леонтьев и в разговоре с изданием «78.РУ» он назвался другом своего клиента, а преступление — совершенным на почве бытового конфликта. Адвокат рассказал, что друг позвонил ему и в подробностях рассказал о ссоре с девушкой. «Вот такая у меня тут достоевщина. Человек начал себя изнутри есть и в конце концов пришел к признанию. То есть совесть замучила», — сказал Леонтьев и добавил, что убийство стало для его клиента «психологической травмой».
