Экономика России испытывает нарастающее санкционное давление и может приблизиться к пределу устойчивости уже в ближайшее время. Такое мнение в интервью The Guardian высказал специальный посланник ЕС по санкциям Дэвид О’Салливан.
По его словам, санкции не являются «панацеей» и всегда сопровождаются попытками обхода, однако спустя четыре года после начала полномасштабного вторжения России в Украину их эффект становится все более заметным. Представитель ЕС отметил, что значительная часть российской экономики была переориентирована на обслуживание военных расходов в ущерб гражданскому сектору, а это неизбежно ведет к искажению экономических процессов.
«Возможно, в течение 2026 года мы приблизимся к моменту, когда вся эта система станет неустойчивой, поскольку значительная часть российской экономики была искажена из-за наращивания военной экономики в ущерб гражданскому сектору. Думаю, игнорировать законы экономической гравитации можно лишь ограниченное время», — подчеркнул он.
Заявления О’Салливана прозвучали на фоне продолжающихся российских ударов по энергетической инфраструктуре Украины. По его словам, украинская сторона сообщила, что в последние месяцы Россия запускала по территории страны вдвое больше ракет и беспилотников, чем в январе 2025 года. При этом наращивание военного производства и ведение боевых действий, отметил он, обходятся российской экономике все дороже.
По оценке спецпосланника ЕС, экономика России сейчас испытывает самое сильное давление с первых месяцев войны. Он указал на сокращение нефтяных доходов, инфляцию около 6% и ключевую ставку на уровне 16%. По данным Минфина России, поступления бюджета от нефти и газа в январе сократились вдвое и стали минимальными с июля 2020 года.
С начала полномасштабного вторжения в Украину ЕС ввел 19 пакетов санкций против России, затронувших более 2700 физических и юридических лиц и ключевые сектора экономики. О’Салливан отдельно подчеркнул, что Евросоюзу удалось усилить давление на так называемый «теневой флот» — суда, перевозящие российскую нефть в обход санкций, а также сократить реэкспорт критически важных товаров через третьи страны. При этом он признал, что полностью перекрыть схемы обхода санкций пока не удалось.
