Популярная в постсоветских странах еда стала объектом геополитических споров, а пространство бывшего СССР захватила новая волна «гастронационализма», пишет Bloomberg.
Колонку для агентства написала Полина Чеснакова, чья семья эмигрировала в США в сентябре 1992 года. Автор отметила, что в первые года после распада СССР эмигрантов не интересовал вопрос «происхождения» популярной в советском общепите еды — ее воспринимали в качестве части общего наследия. Но это изменилось через несколько десятков лет.
«Блюда часто существовали задолго до появления современных государственных границ», — так исследователь Аня фон Бремзен комментировала ситуацию со спором вокруг блюд в 2021 году. Еда, как отмечает автор статьи, становится политическим инструментом в спорах государств.
При этом во времена СССР кухни народов страны входили в общий рацион питания ее жителей и служили инструментом убеждения людей в том, что Советский Союз является «братством» всех населяющих его народов, отмечает Чеснакова.
Советский ГОСТ, устанавливавших стандарты приготовления блюд, гарантировал, что одна и та же еда будет приготовлена одинаково в различных частях страны. Это, по мнению Чеснаковой, создавало образ общности у жителей СССР. Он сохранился и в первые годы после исчезновения страны — эмигрантское сообщество не считало посещаемые ими церкви «русскими», любило и уважало кухню друг друга, а общение велом на русском языке.
Чеснакова отмечает, что в борьбу за «принадлежность» блюд включились Украина, Россия, Армения и Азербайджан — страны, соперничающие друг с другом в том числе и военными методами. Сталкиваются во время противоречий и Узбекистан с Таджикистаном — некоторые из споров разгораются еще сильнее после решений ЮНЕСКО.
При этом, как пишет Чеснакова, блюда являются частью общей памяти, а также культурного наследия народов бывшего СССР — и их потенциал к объединению людей остается таким же сильным, как и способность вызывать споры вокруг их происхождения.
