«Золотого медведя» Берлинале в 2024 году получил документальный фильм «Дагомея», в котором наряду с французским звучит язык африканского народа фон. Это картина о возвращении сокровищ Бенина из Франции на родину. Ее постановщица Мати Диоп стала первым темнокожим режиссером, получившим главный приз этого фестиваля. На церемонии награждения она поддержала Палестину, а на пресс-конференции после премьеры много говорила об ответственности стран запада за колонизацию Африки. В тексте, открывающем Берлинале, кинокритик Зинаида Пронченко писала об ожиданиях от смотра. Теперь она рассказывает, оправдались ли они и какие фильмы фестиваля стоит ждать в прокате.
74-й Берлинале получился не хуже и не лучше прошлогоднего, или последнего довоенного, или пятилетней давности, или какого угодно: как обычно, нам показали несколько слабых фильмов сильных режиссеров, с десяток-другой политически ангажированных и социально ориентированных картин разной степени тягомотности, совсем чуть-чуть американского кино — ради звезд на пустой в этом смысле дорожке. 24 февраля жюри основного конкурса под предводительством актрисы Люпиты Ньонго раздало награды, отметившись в каждой номинации для кого-то, может, и возмутительными, но вообще-то довольно предсказуемыми решениями.
«Золотой медведь»
Главный приз достался «Дагомее», якобы поэтической документалке за авторством Мати Диоп, непо-бэйби франко-сенегальского происхождения, уже обласканной в Каннах. На это произведение критики возлагали большие надежды — увы, неоправдавшиеся.
История возвращения в Бенин украденных в XIX веке французскими колонизаторами королевских сокровищ рассказана с простотой, про которую хочется зло пошутить, что она хуже порицаемого в фильме воровства. Долгими планами сняты проводы статуэток и прочих сакральных предметов. Диоп не чурается очевидных сопоставлений в кадре — человека и тотема — вот равнодушный чернокожий смотритель, зевающий на стуле, а вот, под стеклом, возможно, его прародитель.
Неизбежны по прибытию ценного груза в Африку и туристические зарисовки — пританцовывающие на солнцепеке жители, нарядившиеся по такому случаю в цветастые традиционные одежды. Совсем нелепо выглядит беседа сокровищ между собой в трюме — да-да, Диоп решила наделить культурное наследие Бенина загробным голосом. Впрочем, сокровища обмениваются исключительными банальностями: как хорошо, что мы едем домой, нас там, наверное, заждались. И действительно — своего рода кульминацией становится оживленная дискуссия студентов местного университета, жалующихся друг другу, что французы вернули не все, что продолжают эксплуатировать нематериальное наследие Бенина — в виде песен и плясок, что до сих пор дети в Африке растут на мультфильмах студии «Дисней», на «Королях-львах», а значит, автохтонная культура по-прежнему в загоне и в опасности.
В отчетных материалах коллег, приехавших в Берлин из Москвы, можно было прочитать, что присуждение золотого медведя «Дагомее» — очередное ущемление белых цисгендерных режиссеров в их правах. Видимо, россияне обиделись за Виктора Косаковского, чей «Архитектон», тоже документальный (и монументальный) фильм о неравной схватке камня с бетоном, остался незамеченным.
За белых цисгендерных мужчин переживать если и стоит, то явно не на Берлинале: права этой группы граждан ущемляются в большей степени дома, в России, или в окопных просторах соседней Украины, нежели на Потсдамер-плац. Просто второй год подряд в Берлине побеждает док про людей, на которых кинематографисты слишком долго не обращали внимания — в 2023 году это были пациенты психиатрических лечебниц, возвращающиеся к свету через арт-терапию (обладатель прошлогоднего «Золотого медведя» — фильм «На Адаманте» французского режиссера Николя Филибера о психиатрической клинике в Париже. — Прим. «Холода»), в 2024-м — это жертвы колониальной политики, возвращающие себе причитающееся. Другое дело, что к искусству кино «Дагомея» имеет совсем опосредованное отношение.
Гран-при
Гран-при получила лента «Нужды путешественника» южнокорейского режиссера Хон Сан Су, третий раз за четыре года выигрывающего тот или иной приз в основном конкурсе. Это, кстати, второе для него гран-при. Хон Сан Су снимает с завидной частотой и почти всегда одно и то же — соотечественников, запивающих тоску по чему-то большему, чем «труды и дни» либо рисовым вином макколи, либо рисовой водкой соджу. Иногда место соотечественников занимает Изабель Юппер, идеальный другой, чья душа — потемки, а глаза — зеркало, позволяющее Хон Сан Су увидеть родину незамутненным взглядом.
В «Нуждах путешественника» Юппер преодолевает трудности перевода благодаря вышеупомянутым напиткам, а зритель наслаждается минутами наедине с великой актрисой, предоставленной самой себе — редкий случай в ее многостраничной фильмографии.
Приз жюри
Приз жюри ушел Бруно Дюмону и его ленивой пародии на «Звездные войны» под названием «Империя». Дюмон с годами все больше напоминает коллегу и земляка Квентина Дюпье: оба почти уподобились инженеру Птибурдукову (персонаж романа Ильфа и Петрова «Золотой теленок», любящий выпиливать лобзиком. — Прим. «Холода») и «выпиливают» свои фильмы из подручных материалов.
У Дюпье в ход идет абсолютно все — от гигантских мух до оленьих шкур, у Дюмона — повально деклассированное население французского севера, с которым он разыгрывает домашний, а иногда и крепостной театр. В «Империи» Дюмон опять устроил парад уродов, лишь отдаленно напоминающих людей (или детей) — каждый из них время от времени преклоняет колено перед силами света, возглавляемыми Королевой Единиц, и силами тьмы под предводительством Короля Нулей. Данная пантомима призвана символизировать то самое звездное небо, которому на всех плевать, и тот самый нравственный закон, который давно помер внутри половины из нас.
Лучший режиссер и актеры
За режиссуру отметили Нельсона Карло Де Лос Сантоса Ариаса, решившего выпендриться с фильмом «Пепе» — историей злоключений когда-то принадлежавшего Пабло Эскобару одноименного бегемота, рассказанной им самим, но с того света. Собственно, вся картина сводится к приему — наделению субъектностью животного. В каких целях, кроме пижонских, — непонятно, в отличие от «Гунды» (фильм Виктора Косаковского 2020 года, в котором главным персонажем была свинья. — Прим. «Холода»), интересы Пепе в фильме никак не объяснены и не защищены.
За лучшую роль первого плана наградили Себастьяна Стэна, сыгравшего жертву тяжелого генетического заболевания в картине «Другой человек» — постмодернистском бодихорроре, авторы которого изо всех сил раскланиваются перед Дэвидом Кроненбергом, а больше ничего ни городу, ни миру сообщить не имеют.
Лучшая роль второго плана, по версии уважаемого жюри, оказалась у Эмили Уотсон, исполнившей жестокую и лицемерную монашку в фильме открытия «Такие мелочи», снятом автором «Острых козырьков» Тимом Милантсом. «Такие мелочи» — очередное умильное кино о том, как важно быть порядочным и стремиться всегда говорить правду, по непонятным причинам спродюсированное Мэттом Дэймоном и Беном Аффлеком, от которых мы привыкли ждать большего.
Текст и образ
Лучшим сценарием признали «Умирать» («Смерть») Маттиаса Гласснера — тяжеловесную трехчасовую семейную драмедию, смахивающую по тональности на произведения главного конъюнктурщика современного кинематографа Рубена Эстлунда (режиссер фильмов «Квадрат» и «Треугольник печали», побеждавших на Каннском кинофестивале. — Прим. «Холода»), безуспешно равняющегося, в свою очередь, на Михаэля Ханеке.
Так, в одной из сцен мы снова наблюдаем фонтан рвоты — видимо, человеческие выделения по-прежнему самая модная метафора. Гласснер пытается шутить на табуированные темы (онкологии и деменции) и смеяться над несмешным (старением и умиранием). Местами он достигает успеха, но не уровня, допустим, Рикки Жервейса, снявшего на ту же тему целый сериал «Жизнь после смерти».
Наконец, в загадочной номинации «за выдающийся художественный вклад» победила картина «Баня дьявола» о страдающих от депрессии в XVIII веке австрийцах. Баней дьявола в то время называли меланхолию, жертвы которой, не желая тяготиться и далее пустотой и бессмысленностью экзистенции, намеренно совершали тяжелое преступление, чтобы затем сложить голову на плахе. Автор «Бани дьявола» — Вероника Франц, жена и давняя соавторка Ульриха Зайдля, знаменитого своим бессердечием к роду людскому документалиста. Примерно с такой же долей эмпатии в «Бане дьявола» показаны все персонажи, включая и тех, кто страдает, а не причиняет страдания.
Если не брать в расчет яростное выступление Мати Диоп со сцены в поддержку Палестины (в октябре 2023 года Диоп подписала открытое письмо с требованием прекратить огонь в секторе Газа. — Прим. «Холода»), может показаться, что политика, считающаяся коньком Берлинале, мало затронула основной конкурс. Большая часть картин-победителей интересовалась душой человека, а не его местом в обществе или на карте мира.
Украинские фильмы
Самыми смелыми и интересными в плане политических высказываний оказались два фильма из Украины. Документальный «Перехвачено» Оксаны Карпович — исчерпывающий, хоть и не лишенный спекуляции, образ длящейся два года войны.
На фоне разрушенных городов и деревень Украины мы слышим перехваченные разговоры солдат российской армии с родственниками: обсуждаются будни на фронте, где быстры не только танки, но и насильники с мародерами. Иммерсивный спектакль расчеловечивания, в некоторые мизансцены которого не хочется верить даже радикально настроенному по отношению к действиям России зрителю.
«Редакция» Романа Бондарчука переносит нас от ужасов войны к комизму мирной жизни, ибо действие разворачивается незадолго до начала вторжения и сразу после поражения интервентов. Эта самокритичная юмореска о недостатках Украины как государства и украинского народа как гражданского общества понятийно и стилистически существует где-то между «Донбассом» Сергея Лозницы и поздней Кирой Муратовой, не приближаясь, правда, ни к одному из мэтров даже на почтительное расстояние.
Увы, с художественной точки зрения «Редакция» слишком карикатурна и многословна, ставит перед собой совсем легкие цели, отчасти мухлюя и срезая углы. Украинская пресса осталась Бондарчуком недовольна, рассудив, что настолько некомплиментарный портрет родины в минуты опасности неуместен и даже вреден. Однако «Редакция» — чуть ли не первый фильм, рассуждающий о генезисе этой войны с позиций жертвы, которую интересует не только возмездие — на этот счет сомнений никаких, — но и прорабатывание детских травм и даже психоанализ.
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.
