На Beat Film Festival, который открывается в Москве 7 июня, покажут фильм Евгения Милых «Артем и Ева» — документальный хит, уже пошумевший на международных фестивалях. «Артем и Ева» рассказывает о паре российских студентов, которые решили заниматься любительским порно. Ева из названия — это суперзвезда порноиндустрии Ева Эльфи, в которую превращается скромная девушка Юля из Омска. Артем — ее партнер, он сам придумал для них это занятие, но, кажется, не ожидал, что все зайдет настолько далеко. По просьбе «Холода» кинокритик Константин Шавловский поговорил с Евгением Милых о фильме и его героях.
Почему ты решил снимать фильм про порнолюбителей?
— Для меня все началось с вопроса «А что такое любовь?». Собственно, у меня все фильмы начинаются с этого вопроса. Я подумал: «А как живут люди в семьях, где кто-то участвует в съемках порно? Например, он сидит с ребенком, жена возвращается домой, они ужинают — и что они обсуждают, как это все выглядит?» И я начал искать русскоговорящие актерские пары в социальных сетях. Думал, что у меня будет такой альманах про порносемьи.
А им зачем это было нужно?
— Я говорил героям: «Ребята, это шанс войти в вечность».
Что, вот так прямо и говорил? «У вас есть шанс войти в вечность благодаря мне»?
— Ну нет, конечно, не так. Я говорил, что если получится фильм, то он переживет и меня, и вас. И что у вас будет бесплатный человек, который будет вас снимать, и вы увидите себя со стороны. Но ты же понимаешь, что любые мои уговоры — это манипуляция с моей стороны.
Как в фильме оказалась Юля — будущая Ева Эльфи?
— Я просто не был до конца уверен в тех героях, которые уже согласились, поэтому продолжал искать и увидел в инстаграме Юлю. Написал ей, она ответила: «Прикольно, давай приезжай, у меня сегодня фотосессия, познакомимся». Сразу сказала, что у нее есть парень и мне нужно будет поговорить с ним. Мы встретились, пообщались, и довольно быстро я понял, что история про этих ребят мне интересней, чем про других.
Чем?
— Тем, что они были не типичными порноактерами, как я их себе представлял. Артем — больше Гарри Поттер, чем мачо-мэн. Знаешь, в фильме у меня есть Саша, порнорежиссер, и вот он такой, какими я себе и представлял людей из порноиндустрии. Он травит анекдоты, смеется, все время неуместно где-то присутствует. А Артем и Юля — интеллигентные застенчивые ребята. Он рассуждает о мировоззрении, она — такая египетская царица. И я подумал: «Блин, ну это интересней, конечно».
Когда ты начинал снимать, Ева Эльфи еще не была звездой?
— Если честно, я никогда и не воспринимал ее как звезду. Псевдоним Ева Эльфи у нее уже был, и какой-то ролик, по словам ребят, уже набрал около миллиона просмотров. Но номинаций на порнопремии и движняка по миру еще, конечно, не было. Это все довольно быстро закрутилось: приглашение на Pornhub Awards появилось через четыре-пять месяцев после начала съемок.
В фильме есть эпизод, снятый на даче у родителей Евы, под Омском. Как ты им объяснял, что рядом с их детьми делает бородатый мужик с камерой — притом что родители не знали ничего про Pornhub?
— Я первый раз увиделся с ними в Праге, и мы тогда придумали легенду, что я их знакомый, который учится в пражской киношколе, и мне нужно снять этюд. А потом, когда через полгода я появился уже в Омске, мы поменяли легенду: из киношколы меня якобы отчислили, но я продолжаю снимать про ребят кино. А в какой-то момент родители обо всем узнали и легенда стала не нужна. Но вначале я боялся, что могу их раскрыть. У нас же изначально был договор, что я не выпущу фильм, пока их родители не узнают, чем они занимаются.
Почему сцена, как родители обо всем узнают, не вошла в фильм — хотя там довольно много разговоров вокруг этого?
— Во-первых, я ее не снял. И не знаю, нужно ли, во-вторых. На самом деле, там же две пары родителей. И одна снята нормально, а вторая, условно, с опозданием в час. Но ожидание реакции, которое в фильме есть, было гораздо мощнее, чем сама реакция. Можно сказать, что ее не было.
Сколько ты их снимал?
— Два года, причем сначала очень плотно, каждый день. В каких-то командировках и путешествиях я просто жил с ними в одном пространстве. А к концу съемок это могла быть уже неделя в месяц.
Были моменты, когда они тебе говорили: «Старик, ну хватит уже»?
— Постоянно. По мнению Артема, я должен был закончить чуть ли не на следующий день после начала съемок. И это была проблема. И чем больше я делал паузу между съемками, тем сложнее мне было приходить снова. Грубо говоря, мы договариваемся, что я приду, а он просто не открывает дверь. Типа, «ты все уже снял». И поэтому, чтобы продолжать съемки, я должен был стать их лучшим другом, членом их семьи.
Ты сам не участвовал как оператор в их съемках?
— Когда у Евы появился канал на ютубе, я снимал для него серию роликов. По технике что-то советовал. Но все порноролики они снимали сами. Один раз они просили меня побыть телом в кадре — кажется, спиной посидеть к камере, как будто я ее папа. Но я отказался.
Ты понял, в чем феномен популярности Евы Эльфи? Ведь кажется, что такого аматерского контента на том же Pornhub довольно много.
— Я думаю, что секрет ее популярности — в Артеме. Это он придумал ее имидж, он занимается продвижением, даже ее речью. Он режиссер всех видео, которые они снимают. Ну и, конечно, внешность Евы: есть в ней что-то эльфийское. Думаю, все это вместе.
Правильно ли я понял название: Юля превратилась в Еву, а Артем так и не стал Адамом?
— В роликах его зовут Адам Оцелот, это его псевдоним. Но в моем представлении — да, он остается Артемом, а она стала Евой, откликается на это имя, раздает автографы на улицах. Она хочет быть Евой, и ей комфортно в этом.
У тебя очень деликатно показаны съемки порно — это твое художественное решение, продюсерские ограничения или требование героев?
— У меня не было никаких продюсерских ограничений, а герои даже не знали, что и как я снимаю, поэтому не могли меня цензурировать. Я сам выбрал не показывать порно как порно, потому что для меня это не история порноартистов, а история взросления молодой пары, coming of age. Порно — ну а чего там снимать? Это же скучно.
Для меня эта история взросления — еще и про «некуда жить».
— Конечно. И она могла бы произойти где угодно.
При этом есть в твоем фильме какое-то щемящее ощущение, что жизнь в России 2019–2021 годов ничего не может этим молодым людям предложить и Pornhub — это их способ хакнуть систему, нежный бунт против мира, в котором для них будущего нет.
— Про это финал. Ева, кстати, по-моему, его не поняла. И мне очень трудно было объяснить ей, что кино вот про это. Она посмотрела фильм и спросила: «И чего вот мы тут на этом перекрестке стоим?»
Ты не удивлен, что они до сих пор вместе?
— А я не знаю, вместе ли они. После съемок мы общаемся редко, живем в разных странах, и я не знаю, что на данный момент происходит в их жизни.
Я заглянул на их страничку на Pornhub, и там два месяца назад был опубликован их совместный ролик.
— Какие внутри отношения у этой пары сейчас, я не знаю, но думаю, что сложные. Но я не удивлен, что они не разбежались окончательно, потому что я же наблюдал все это. Но мне интересно было бы узнать, будут ли они вместе через 10, 20 лет.
Весь фильм я ждал, что он закончится тем, что они разойдутся — точнее, что она его бросит.
— Мне каждую неделю так казалось. Это был мой идеальный финал. А потом, когда это произошло и они на какое-то время расходились, я это смонтировал и увидел — блин, это же так банально.
Не чувствовал себя таким стервятником: сидишь и ждешь, когда случится катастрофа в чужой жизни, потому что для фильма это хорошо?
— Периодически чувствовал, конечно.
Как справлялся с этим?
— Смотри, ты же входишь в документальное кино с изначальным знанием о том, что, скорее всего, все, что хорошо для фильма, не очень хорошо для героев. И если для тебя это неприемлемо, ты просто этим не занимаешься.
Ты почти на 20 лет старше своих героев. Разница в возрасте не сказывалась?
— Я ее не чувствовал. Но был один смешной случай, когда мы были у кого-то на дне рождения. Там много людей, все лежат в джакузи, пьют шампанское, а я все это снимаю. И вдруг кто-то говорит: «Прикиньте, сейчас заходит сюда уборщица и видит, что какой-то огромный лысый бородатый мужик снимает нас в джакузи». В этот момент я понял, что это все так на самом деле и выглядит. Но я делал все, чтобы ни я, ни они эту разницу не чувствовали. Ты должен стать своим чуваком для тех, кого ты снимаешь, иначе тебя никуда не пустят. И возраст в этот момент точно уходит в сторону.
Как ты понял, что все, съемки закончились?
— Я этого не понял. В какой-то момент просто события начали уже повторяться и все, что я себе фантазировал, как будто с ними произошло. У нас был уговор, что я снимаю до Нового года, и так я в 2021 году и закончил. В какой-то момент, уже в монтаже, мне показалось, что можно все-таки еще раз к ним съездить, но прошло слишком много времени, и они отказались. А я не стал настаивать.
Не было у тебя соблазна вернуться и доснять, что с ними произошло после 24 февраля 2022 года?
— Нет. Потому что очень много времени прошло с конца съемок, больше года, у меня уже был другой проект.
А титром хотя бы дать информацию о том, что произошло с героями? Этот же вопрос наверняка всех зрителей волнует.
— Всех, но не меня. Мне как раз очень не нравится этот вопрос. Ты в новостях можешь посмотреть, что с ними происходит, они же публичной жизнью живут.
Сложно было рвать такие близкие отношения?
— Да. Вот ты был их лучшим другом, а потом — все, конец, ты больше не приходишь к ним в гости. Но к концу съемок мы так устали друг от друга, что разрыв не был болезненным. Сейчас мы встречались в Париже, и был соблазн обняться, опять эту дистанцию сократить. Но ты сдерживаешься. Сейчас я знаю, что они увидели фильм и моя миссия выполнена. Наша совместная история закончилась.
Как они восприняли фильм?
— Я ездил показывать Еве предфинальный монтаж, а Артем тогда сказал, что смотреть этот фильм он не будет никогда. А мне как раз очень важно было, чтобы кино посмотрел Артем.
Почему?
— Потому что он бы мучился, не зная, что там внутри. И сейчас, на премьере в Париже, он все-таки пришел, сидел рядом со мной, его трясло, он закрывал глаза, отворачивался, смеялся. А когда все закончилось, мы вышли, он сказал: «Знаешь, во второй половине я даже кайфанул».
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.
