Наследники писательницы Туве Янссон запретили использовать образы муми-троллей в России. Об этом стало известно после отмены детского «Весеннего фестиваля муми-троллей», который должен был пройти в Москве с 24 марта по 2 апреля. Оказалось, что финская компания Moomin Characters — ей управляют члены семьи Янссон — из-за санкций и «собственной позиции» больше не будет выдавать лицензии на образы знаменитых сказочных существ в России или продлевать действующие соглашения. При этом в российских издательствах, которые выпускают книги о муми-троллях, заявили, что пока их лицензии еще действуют, а значит, они все еще имеют право продавать и выпускать книги о муми-троллях. Писательница, автор серии детских книг «Зверский детектив» Анна Старобинец считает, что решение наследников Янссон противоречит главной идее Муми-дола. Вот почему.
Муми-тролли покидают Россию. Я сама ее уже год как покинула, но эта новость меня так задела, будто это они меня лично покинули, отвергли, оставили. Ну или не меня, а моего внутреннего ребенка — какая разница. И мой внутренний ребенок, обожавший их в восемь лет, прямо хочет их окликнуть: «Куда же вы, Муми-мама и Муми-папа? Вернитесь, останьтесь!»
Но мой взрослый, на 36 лет старше того ребенка, да к тому же еще и писатель, понимает, что муми-тролли ничего не решают. А решают наследники Туве Янссон, владеющие правами, — и они запретили использование образов муми-троллей в России, такая у них морально-этическая позиция.
Зло должно быть посрамлено и наказано, а неправильные второсортные дети, родившиеся в неправильной второсортной стране, должны быть изгнаны из уютного и теплого Муми-дола с его абсолютным материнским принятием. Пусть читают «Морозко»: «Тепло ли тебе, девица, тепло ли тебе, красная?» Пусть учатся отвечать, что тепло, даже если у них обморожение третьей степени. Это Спарта.
Я с трудом могу представить что-то более несоответствующее духу историй про муми-троллей, чем их уход из России — как раз сейчас, когда они там больше всего нужны. Муми-тролли, добрые и мудрые зверьки-пацифисты, изначально были придуманы Туве Янссон как мирная антитеза фашистской пропаганде в Финляндии. В первый раз муми-существо появилось на обложке журнала Garm в 1944 году: оно пряталось от Гитлера за большой буквой «М».
Первые сказки — про наводнение, про комету — были не просто про уютный быт муми-троллей, они были еще и про тревожное ожидание катаклизма, войны, беды, апокалипсиса. И комета — никакая, конечно же, не комета, а отголосок атомной бомбы.
Муми-тролли пережидали апокалипсис в Муми-доле под крылом заботливой Муми-мамы, размещающей в своем доме и кормящей обедом всех, кто в этом нуждается. Это было тотальное принятие любого, кому нужно убежище, — в пику идеологической ли, социальной ли, генетической ли сегрегации. Эта мама под присмотром Туве Янссон «контейнировала», как принято сейчас говорить, и героев книг, и, главное, их читателей.
Муми-дол — это пространство, организованное как шелтер. Безопасное место, где можно честно и спокойно поговорить о добре и зле. Территория чистого эскапизма, игровое фантазийное пространство для детей, в котором автор волен установить свои собственные, гуманные и правильные законы, когда вокруг летают кометы.
Как писатель, как автор «Зверского детектива» я очень хорошо понимаю, как устроено это пространство. По такому же принципу устроен мой Дальний Лес с его барсуками полиции. Дальний Лес и Муми-дол — это миры, которые появляются, когда реальный мир становится злым, неправильным местом для живущего в нем ребенка. Это миры, в которых можно укрыться. От уроков о важном. От свастики. От буквы Z. От стукачей, которые заявляют в полицию на ребенка за антивоенный рисунок. От палачей, которые отбирают этого ребенка у отца и отдают в детский дом. От ядерного гриба. От кометы.
Муми-тролль, который боится кометы, — это прямо сейчас мой сын Лева, который боится атомной бомбы. Вот я вывезла его из России — и что, теперь ему положено муми-убежище и утешение, особенно если он научится читать по-английски, а тем, другим, таким же напуганным, что остались там, не положено?
Не положено, потому что не в коня корм — так полагают некоторые в «правильном мире», и я это лично слышала. Ну, читали вы этих «Муми-троллей» и прочее доброе, светлое — и где результат? Все равно не помогло, все равно страна-агрессор, все равно покорное стадо, все равно раздули из серой мушки дрозофилы тирана. Что на это сказать? Я скажу: настоящие муми-тролли не мыслят стадами, а мыслят отдельными овцами. И приблудных овец никогда из Муми-дола не прогоняют. Может быть, если бы в мои восемь лет у меня не было книжки про муми-троллей, я была бы сейчас за Путина. Может быть, если бы у моих друзей-«иноагентов» не было бы в детстве правильных книжек, они бы сейчас завоевывали Донбасс, а не собирали пожертвования для тех, кто оттуда спасся.
Зло — оно есть всегда, и если Муми-дол захватили монстры и перерезают электропровода, чтобы стало совсем темно, нельзя гасить фонари в тех местах, где им пока что удается светить: кто-то все еще может пойти на этот свет и спастись.
Я покинула Россию. Но Барсук и Барсукот из моего «Зверского детектива» ее не покинут — по крайней мере по моей воле. Дальний Лес пусть навсегда останется там — будем считать это меморандумом для моих правообладателей, наследников и потомков. Пусть границы Дальнего Леса будут открыты для всех, кто захочет уйти в него из авторитарных, тоталитарных, агрессивных, несправедливо устроенных государств. Объявляю безвизовый режим для любого ребенка (включая и внутреннего), рожденного в «неправильном» месте. Дальний Лес предоставляет убежище любому, кто в нем нуждается. Как и Муми-дол, без которого бы, наверное, не было Дальнего Леса.
______
Подписывайтесь на творческий телеграм-канал Анны Старобинец «Зверский Квакаунт» с писательскими лайфхаками, конкурсами, а также новостями, отрывками, иллюстрациями и придумками из вселенной «Зверского детектива».
Мнение автора может не совпадать с мнением редакции.
