Аморальный, нарушающий нравственные нормы проступок

Истории россиян, лишившихся работы из-за антивоенной позиции

С конца марта в России работает Антивоенный фонд — он собирает кейсы людей, которые столкнулись с нарушением трудовых прав из-за антивоенной позиции, и помогает им добиваться справедливости. Антивоенный фонд — совместный проект Antijob (существует с 2004 года как сервис, помогающий людям в сложных ситуациях с работодателями), активисток из Феминистского Антивоенного Сопротивления и движения «Антивоенный больничный». К середине мая к ним уже обратились 62 человека. «Холод» рассказывает истории пятерых из них.

В Архангельске девушку заставляли писать посты с хэштегами #Zамир. Она уволилась

В конце апреля 22-летняя Людмила Печугина решила устроиться пресс-секретарем в штаб молодежных трудовых отрядов Архангельской области (это государственная организация, которая помогает молодым людям устраиваться на работу — на стройках, в сельском хозяйстве, школах и так далее). Собеседование прошло удачно — разве что в финале ее будущий руководитель Владимир Соболев уточнил, не пишет ли девушка «радикальные посты». «Еще мне сказали, что сотрудников иногда просят проявить гражданскую позицию. Например, сходить на выборы», – вспоминает Печугина. Людмилу эти требования не смутили: «На выборы я сама ходила, посты радикальные в соцсетях не писала». 21 апреля она вышла на работу. 

В первый же день Соболев пригласил ее обсудить ведение личных социальных сетей. Он спросил, почему она ничего не пишет во «ВКонтакте», и объяснил, что все сотрудники должны публиковать «позитивные» посты с хештегами #Zамир и #своихнебросаем: поскольку студенческие отряды сотрудничают с властями, «важно сохранять единство». Не ставить хештеги разрешили только тем, у кого есть родственники в Украине.

«Я ответила, что для меня буква Z – символ российской военной агрессии. Его наносят на ракеты, летящие на украинские дома. Мне будет стыдно перед друзьями, так как они знают, что я против войны», – говорит Печугина. Начальник ее позицию не понял и предложил ей на этом закончить сотрудничество, потому что их «корпоративные интересы не сходятся». Печугиной повезло – несмотря на то что в бухгалтерии не успели оформить ее документы, она получила деньги за первый рабочий день.

Профессор СПбГУП провел антивоенные разговоры со студентами. Сейчас он не может найти новую работу

53-летний профессор Вячеслав Корнев до марта этого года работал в Санкт-Петербургском гуманитарном университете профсоюзов (СПбГУП) на кафедре философии и культурологии. Там он преподавал философию и вел киноклуб. «Когда началась война, все руководство угодливо прогнулось под позицию государства, хотя официально университет должен быть вне политики. Студентам рассказывали, как нужно воспринимать [войну]», – говорит Корнев. 

Например, редактор государственного сайта «ИноСМИ»Дмитрий Бабич прочитал лекцию «Операция российских войск на Украине в зеркале мировых СМИ». В ней он рассказывал, «какие пропагандистские технологии западных СМИ используются при освещении событий на Украине». 

Также, по словам Корнева, на первом этаже вуза повесили телевизор, чтобы показывать КВН с «очень тупыми шуточками про украинцев» и выступления ректора Александра Запесоцкого (выступал в 2012 году доверенным лицом Владимира Путина на выборах президента), в которых он поддерживает российское вторжение в Украину. Вячеслава Корнева это не удивило – Запесоцкий регулярно попадает в скандалы. Например, в 2013 в ответ на жалобу о высоких ценах в столовой он заявил, что «ценами недовольны около десятка убогих», назвал таких студентов «беспомощными», «немощными» и «бесполезными стране». В 2014 году из СПбГУП массово отчислили 150 человек за «неспособность к поведению на уровне университетских стандартов». Ректор сказал, что это «мягкая форма избавления от балласта». А в 2019 году Комиссия РАН по противодействию фальсификации научных исследований не рекомендовала избирать Запесоцкого академиком РАН в связи с нарушениями академической этики.

Сообщения в преподавательском чате кафедры философии и культурологии

Вячеслав Корнев вспоминает, что 25 февраля студенты попросили его объяснить, что происходит в Украине. Другие преподаватели не отвечали на их вопросы. «На семинаре мы обсуждали, кто и что думает о случившемся. Некоторым курсам я предлагал написать анонимные сочинения. Мне было интересно, что у них в голове, как они это видят», – рассказывает профессор. 

После того разговора Корнева вызвали «на ковер» к ректору, но он туда не пошел, так как ему не о чем говорить с «человеком фашистских взглядов». В результате профессор написал заявление об увольнении по собственному желанию, потому что «не согласен с политикой руководства». Уволилась и его коллега, профессор Мария Рахманинова. Она тоже обсуждала войну со студентами. Профессор предполагает, что на него донес один из учеников: «В каждой группе наверняка есть пара человек, которые докладывают в деканат, что происходит на занятиях».

Вячеслав Корнев сейчас не может найти работу по специальности – он думает, что оказался в черном списке. «Скорее всего, многие кадровики отслеживают соцсети кандидатов. Я, например, активно выступаю против войны на Youtube. К тому же, в СПбГУП я вел киноклуб. Перед моим увольнением мы со студентами смотрели и обсуждали фильмы про фашизм: “Хиросима, любовь моя” и “Обыкновенный фашизм”», – рассказывает Корнев.

Врача пытались уволить за то, что она попросила релокацию и высказалась против войны. Она подала в суд на работодателей

Врачу Марии Лазебной 46 лет, пять из которых она работает в филиале французской компании Europ Assistance. Там она занималась организацией медицинской помощи туристам – общалась с клиентами, страховыми компаниями, проводила экспертизы. 24 февраля один из коллег Марии написал ей: «Добрый день, Маша». Она ответила, что началась война, поэтому нельзя сказать, что день добрый. На это собеседник сказал: «Я все это понимаю, но там же нацисты». Тогда Мария уже не сдержалась: «Иди выпей галоперидол. Если тебе нацисты мерещатся, то пора уже принимать медицинские меры». Эту беседу она решила быстро прекратить из-за «бесперспективности». 

В начале марта коллега Марии Дарья Соколова, с которой они поддерживали дружеские отношения, предложила написать европейскому руководству холдинга. В письме женщины рассказали, что не поддерживают войну, поэтому хотят узнать, есть ли возможность переместиться в другую страну, чтобы продолжить работать в холдинге.

«К сожалению, Даша ошиблась, и сообщение упало в общую папку. Его увидели российские менеджеры, и через три минуты нас отключили от учетных записей без объяснения причин. Руководство только сказало: ”Что вы творите?”», — рассказывает Лазебная. Из-за отсутствия доступа она не могла связаться с клиентами, проводить экспертизу, общаться с коллегами, проверить свое расписание и посмотреть должностные инструкции. Даже извещение об отпуске она получила «Почтой России».

На следующий день Лазебная и Соколова пришли в офис. Их учетные записи были по-прежнему отключены. Тогда они решили, что нужно обратиться к юристам по трудовому праву. По их советам они составили претензию к руководству. «Мы написали, что расцениваем их действия как принуждение к увольнению и предлагаем разойтись по соглашению сторон», – рассказывает Мария. По ее словам, руководство претензию не приняло, хотя корпоративные юристы советовали пойти менеджерам на предложение сотрудников.

Лазебная предполагает, что конфликт возник из-за разногласия в политических позициях с заместителем генерального директора Ольгой Гуркиной. По словам Марии, это стало ясно из их разговора: «Гуркина говорит: “Ну ладно, Маша, про тебя все понятно, ты в соцсетях постоянно пишешь, что против [нашей] власти. Но Даша, тебя-то я хочу спросить — ну ты-то неужели тоже? Ты пишешь в письме, что с 2012 года против. Ты-то что, тоже? Это было так смешно. Если бы мы не ругались в это время, то я бы расхохоталась». 

47 дней подряд Мария Лазебная приходила в офис, чтобы не получить прогул, и просто смотрела в компьютер: «Колл-центр – шум, крик, звонки, активная работа, – и посреди всего этого сидит человек, который смотрит кино. Степень безумия просто зашкаливала». Вместе с ней в компании работала оператором колл-центра ее 16-летняя дочь Екатерина. Ее учетную запись тоже отключили. 

В начале мая учетную запись Марии все же восстановили, однако она уже подала несколько исков в Симоновский районный суд Москвы. В одном из исков она указала, что ее дочь работала в компании неофициально, без уплаты налогов. В другом – пожаловалась на нарушение трудовых прав. Лазебная предполагает, что из-за того, что вместе с коллегой они подали претензию к руководству и обратить в суд, их пока не уволили; они продолжают получать зарплату.

«После конфликта я подумала, что, наверное, это знак судьбы – вставай и иди дальше. Будем искать что-то за границей, – говорит она. – Но суд займет еще три-четыре месяца, и мы не сможем никуда уехать из-за него. Да и у нас нет ни одной визы, толком нет денег. Строить планы сложно. То ли к ядерной зиме готовиться, то ли к чему». Из европейского офиса на просьбу о релокации Марии и Дарье так и не ответили. Лазебная рассчитывает, что суд признает, что их трудовые права были нарушены. 

Госслужащий не поддержал войну и остался без работы. Теперь он хочет стать правозащитником 

52-летний Сергей (попросил не указывать свою фамилию) с 2011 года работал в Москве начальником юридического отдела в учреждении, подведомственном управделами президента – занимался жилыми и нежилыми помещениями. «С 2019 года у меня появились очень серьезные протестные настроения. Начальник знал о моей позиции, но не одобрял ее, – рассказывает Сергей. – 24 февраля я понял, что мы скатываемся в фашизм, и нельзя молчать».

По словам Сергея, он продолжал работать на государство по ряду причин: «Я терпел, потому что моя жена работает в этом же учреждении, но в другом филиале, и еще у нас есть служебное жилье».

Терпение у Сергея кончилось, когда его начальник – генерал-лейтенант в отставке, «человек авторитарный, маленький Путин» – в разговоре с ним поддержал войну и отметил, что «нациков надо мочить до конца». «Я озвучил все, что думаю про “спецоперацию” и внешнюю политику России. Сказал, что у нынешнего режима руки по локоть в крови, и те, кто его поддерживают, тоже кровью вымазаны», – рассказывает Сергей. После этого начальник предложил ему написать заявление об увольнении по собственному желанию. Мужчина отказался, и ему заблокировали пропуск на работу. 

Два дня он не мог попасть в офис, а на третий встретил начальника и договорился об отпуске за свой счет и увольнении по соглашению сторон. По словам Сергея, из служебной квартиры его с женой и двумя несовершеннолетними детьми могут выселить только через суд и не раньше, чем через полгода-год. 

Сейчас он хочет устроиться в правозащитную организацию, чтобы применить свою юридические знания для помощи людям. В какой-то момент Сергею стало казаться, что «вокруг одни фашисты» – даже его близкие родственники поддерживают войну. Несколько раз Сергей выходил на одиночные пикеты, за которые на него составили протокол по статье о дискредитации российской армии. После задержания Сергей связался с «ОВД-Инфо», а после того, как организация о нем написала, с ним познакомился районный активист. Теперь, по словам Сергея, он нашел единомышленников: периодически они с другими активистами встречаются и стараются друг друга поддержать.

Доцента ВолГУ уволили за антивоенные посты и составили протокол за распространение фейков. Он подозревает, что на него могут завести уголовное дело

В первые дни войны 49-летний кандидат юридических наук, доцент и ведущий научный сотрудник Волгоградского государственного университета (ВолГУ) Роман Мельниченко разместил в соцсетях видео под названием «Разгром кадыровцев под Киевом». Мельниченко тяжело переживал ситуацию, так как его пожилые родители находятся в Украине. Он не мог поверить в то, что Россия напала на Украину. Спустя полторы недели Мельниченко позвонила заведующая кафедрой конституционного и муниципального права Марина Давыдова и сказала, что деканат попросил его удалить посты. «Я все удалил. Но поскольку я юрист, то знаю, что не писал ничего противоречащего законодательству», – рассказывает Роман Мельниченко.

В конце марта Мельниченко еще раз позвонили из вуза и сообщили, что им пришло постановление из прокуратуры, в котором сказано, что он распространяет недостоверную информацию. Его попросили сдать объяснительную. В ней Мельниченко написал, что выкладывал посты не в рамках преподавательской деятельности, и указал на «академическую свободу». Так же он добавил, что его родители находятся в Украине.

31 марта его вызвали на этическую комиссию. Там Мельниченко выяснил, что до него на комиссии были три других преподавателя. Их тоже вызывали из-за антивоенных публикаций в соцсетях. «Представитель вуза сказал, что завтра приезжает прокуратура, будут большие разборки и меня нужно наказать, иначе могут сменить ректора, ввести внешнее управление», – рассказывает преподаватель.

На комиссии решили, что Мельниченко нарушил этические нормы. Сразу же после этого доцента задержали трое полицейских и отвезли в местное РОВД. На него составили протоколы по двум статьям – за распространение фейков, а также за нарушение паспортного режима. В регионе с февраля введен режим повышенной готовности, при котором жители должны иметь при себе паспорт, а Мельниченко оставил папку со своими документами в университете.

18 апреля Роман узнал, что его увольняют за «аморальный, нарушающий нравственные и моральные нормы, дисциплинарный проступок» в виде размещения «недостоверной общественно-значимой информации в социальных сетях». Сейчас мужчина предполагает, что на него могу завести уголовное дело из-за антивоенной позиции. Он уже собрал две сумки – на случай эмиграции и для СИЗО. 

Приказ об увольнении Романа Мельниченко

«Полицейские обходили моих соседей, узнавали о моих политических взглядах. Один раз я вышел из квартиры, а соседка спросила меня: “Ромочка, Ромочка, как твои родители?”. Я ответил, что они сейчас в Украине, в театре военных действий. Потом меня встретили другие соседи и предупредили: “Больше с ней не общайся, она рассказала полицейскому, что ты занимаешься бандеровской пропагандой”, – рассказывает Мельниченко. – Я чувствую, как вокруг все сжимается, но пока вижу, что принесу больше пользы в России, чем за границей. Сейчас не время бежать».

«Холод» благодарит Антивоенный фонд за помощь в подготовке материала. Если вы столкнулись с нарушением трудовых прав, то можете получить бесплатную юридическую помощь. Для этого нужно заполнить специальную форму по ссылке.

Фото на обложке
MiH / Alamy / Vida Press
Сюжет
Поддержите тех, кому доверяете
«Холод» — свободное СМИ без цензуры.
Мы работаем благодаря вашей поддержке.
Для платежей с иностранных карт
Поддержать
Владельцы российских карт могут поддержать нас здесь.
Поддержите тех, кому доверяете
«Холод» — свободное СМИ без цензуры. Мы работаем благодаря вашей поддержке
«Холод» — свободное СМИ без цензуры. Мы работаем благодаря вашей поддержке