У Байкала можно будет строить?

Законопроект о строительстве в заповедниках принят в третьем чтении. Объясняем, что в нем изменилось

В конце марта 2022 года правительство внесло в Госдуму законопроект о строительстве на особо охраняемых природных территориях (ООПТ). Его первая редакция предполагала возможность строительства в заповедниках, заказниках и национальных парках без экологической экспертизы. Это вызвало большой резонанс: Greenpeace призвал отправлять отзывы на законопроект в комитет Госдумы по экологии, который выступил против проекта. 20 апреля Госдума приняла закон в третьем чтении — но с существенными поправками. «Холод» рассказывает, как менялся проект и что представляет собой теперь.

В каком виде законопроект прошел первое чтение?

В законопроекте были поправки в Градостроительный кодекс, законы об экологической экспертизе, об охране озера Байкал и другие акты. Он позволял до 31 декабря 2024 года строить на особо охраняемых природных территориях объекты «по модернизации и расширению транспортной, промышленной и иной инфраструктуры» без проведения государственной экологической экспертизы. То есть в заповедниках, в том числе в районе озера Байкал, фактически разрешалось вырубать лес и строить все что угодно — перечень объектов был неограниченным.

Необходимость этого закона правительство объясняло повышением «устойчивости строительной отрасли в связи с макроэкономической и внешнеполитической ситуацией». Некоторые комитеты Госдумы раскритиковали эту инициативу. Экологический комитет заключил, что «большинство особо охраняемых природных территорий будут подвергнуты серьезному негативному воздействию от промышленной деятельности, ущерб от которой будет невосполним». А комитет по аграрным вопросам не согласился с положением о том, что для строительства не потребуется согласование с Росрыболовством, Минсельхозом, Минприроды и региональными властями.

Что изменилось во втором чтении?

  • Экологическая экспертиза остается обязательной при строительстве на особо охраняемых природных территориях, но с исключением: для магистральной инфраструктуры, например, дорог, она будет не нужна.
  • Из законопроекта убрали формулировку «и иной инфраструктуры», которая делала список возможных объектов строительства неопределенным. Вместо этого строительство ограничили «приоритетными проектами», которые реализуются в соответствии со стратегиями социально-экономического и пространственного развития России, а также инфраструктурными объектами. 

Перечень таких объектов четко определен. В него уже входили автомобильные и железные дороги, порты и аэродромы, но поправки, принятые во втором чтении, добавили к нему:

  1. магистральные газопроводы, нефтепроводы, нефтепродуктоводы и другие магистральные объекты, строительство которых идет по комплексному плану модернизации и расширения магистральной инфраструктуры;
  1. социальную инфраструктуру, то есть школы, больницы, поликлиники — если в регионе есть дефицит таких объектов и их строительство финансируется из бюджета или за счет компаний, в которых государству принадлежит не менее 50% от уставного капитала;
  1. промышленные объекты, которые строятся для «внедрения и развития импортозамещающих, ресурсосберегающих, экологически безопасных технологий, производства продукции, не имеющей российских аналогов, производства инновационных, энергоэффективных строительных материалов»;
  • При этом, согласно поправкам, запрещено строить социальные и промышленные объекты на сельскохозяйственных угодьях, мелиорируемых землях (то есть таких, чьи свойства улучшают с помощью орошения, осушения и других работ), а также на землях защитных лесов и особо охраняемых природных территорий.
  • На Байкале можно строить только объекты, которые нужны для увеличения пропускной способности Байкало-Амурской и Транссибирской железнодорожных магистралей. Фактически эта поправка закрепляет уже существующее положение: такое исключение внесли в федеральный закон об охране озера Байкал еще в 2020 году.

Что будет после того, как закон вступит в силу?

По словам эксперта Greenpeace по особо охраняемым природным территориям Михаила Крейндлина, с принятием закона ситуация станет «не хуже, чем было». «Запрет строительства промышленных объектов на землях особо охраняемых природных территорий (ООПТ) даже более строгий, чем был раньше. Раньше именно в законе прямого запрета не было», — сказал Крейндлин «Холоду». При этом он уточняет, что под это положение попадают в основном ООПТ федерального значения, такие как заповедники и национальные парки. Региональные ООПТ могут относиться к землям другой категории, например, лесного фонда или населенных пунктов. В этом случае строительство будет регулироваться их режимом. 

«Проблема, которая появилась в законе, — это то, что для магистральных объектов не требуется государственная экологическая экспертиза. По ним экологическая экспертиза не проводится даже на федеральных ООПТ, если они там законно строятся», — объясняет Крейндлин. Он предполагает, что некоторые опасные проекты, такие как строительство газопровода «Сила Сибири 2» через Тункинский национальный парк, будут реализованы без экоэкспертизы. Газопровод разделит парк пополам, и его строительство приведет к вырубке лесов и изменению ареалов обитания животных. 

Фото на обложке
Raimond Klavins, Unsplash
Поддержите тех, кому доверяете
«Холод» — свободное СМИ без цензуры. Мы работаем благодаря вашей поддержке
Только для платежей с иностранных карт
Поддержите тех, кому доверяете
«Холод» — свободное СМИ без цензуры. Мы работаем благодаря вашей поддержке
«Холод» — свободное СМИ без цензуры. Мы работаем благодаря вашей поддержке