«А там внезапно — вино, фрукты и разложенный диван»

21-летняя помощница обвинила директора Театра Виктюка Валерия Райкова в изнасиловании. О его приставаниях «Холоду» рассказали и другие бывшие подчиненные

21-летняя секретарь директора московского Театра Романа Виктюка, заслуженного работника культуры Валерия Райкова обвинила его в изнасиловании. Она обратилась в полицию в ночь на 23 июня, сообщив о том, что Райков пригласил ее домой, налил вина, от которого ей быстро стало плохо, и воспользовался тем, что она не могла сопротивляться. Валерий Райков назвал обвинение «чушью», основатель театра Роман Виктюк — «фантастической ложью девицы, которая была кем-то в театре всего 10 дней». «Холод» нашел других девушек, которые работали с Райковым на той же должности: по их словам, он использовал с ними «отработанную схему» — под разными предлогами приглашал их в свою квартиру, предлагал выпить и склонял к сексу.

Выдающийся, известный во всем мире режиссер

23 июня в московскую полицию обратилась 21-летняя девушка («Холод» не публикует ее имя из этических соображений), которая работала секретарем в Театре Романа Виктюка. Она заявила, что ее изнасиловал директор театра — Валерий Райков. Это случилось 22 июня в Москве в съемной квартире Райкова на Сокольническом валу. Девушка рассказала, что после ее первой недели работы начальник позвал ее туда на встречу, чтобы лучше познакомиться, а на месте предложил выпить вина. По ее словам, после двух бокалов она неожиданно почувствовала себя плохо, а Райков «воспользовался ситуацией». После случившегося директор, по словам девушки, отправил ее домой на такси. Оттуда она сразу же позвонила в скорую и в полицию. Врачи заподозрили, что на ее организм мог подействовать сильный противоэпилептический препарат. Пострадавшую отвезли в больницу на медицинскую экспертизу. После этого она поехала в отделение МВД. По данным телеграм-канала «112», медицинские эксперты подтвердили, что девушка была изнасилована, и сейчас правоохранительные органы проводят проверку.

Сам Райков на это обвинение отреагировал так: «Чушь какая-то. Понятия не имею, о чем речь». Роман Виктюк — режиссер и художественный руководитель театра — отказался верить, что Райков мог изнасиловать подчиненную. «Не знаю… Я с ним разговаривал только что, никаких объявлений ему не предъявлено. Все!» — сказал он. Другим журналистам Виктюк заявил: «Это вранье! У него жена!». (Валерий Райков женат, у него трое детей). В еще одном интервью режиссер сказал: «Это фантастическая ложь… девицы, которая была кем-то в театре всего 10 дней. Валерий Райков — я с ним работаю уже пять лет — хороший артист и директор. И как только людям не стыдно придумывать такие нелепые обвинения».

Валерий Райков с Владимиром Путиным. Фото: сайт саратовского ТЮЗа

Пресс-секретарь театра Ольга Ильина на вопросы «Холода» ответила: «Нет, комментариев нет. Это все звучит как абсурд. Но могу много рассказать о наших премьерах, онлайн-проектах, творческой жизни театра, которым руководит выдающийся, известный во всем мире режиссер. Это не интересует?». Помощница режиссера Людмила Исакович сказала «Холоду», что она «сейчас не в Москве и ничего не знает про Валерия Райкова». В пресс-службе департамента культуры Москвы на вопросы «Холода» оперативно ответить не смогли.

Между тем «Холод» поговорил с другими девушками, которые работали с Райковым: по их словам, они тоже столкнулись с сексуальными домогательствами с его стороны.

«Я пряталась в подсобку»

Первой помощнице Райкова Анне Карасевой было 26 лет, когда она устроилась на должность секретаря в Театр Виктюка, оставив работу в театре на Таганке. Спустя несколько месяцев после ее перехода, в июне 2015 года, директором театра был назначен Валерий Райков. Анна вспоминает, что в начале 2016 года, после новогодних праздников, она с директором поехала в театр посмотреть, как выглядят их отремонтированные кабинеты, — «надо было прикинуть, чем их оформить». «Походили, посмотрели, пошли в сторону метро — и [он говорит]: «Давай зайдем, может, что-то обсудим, какие-то идеи». Он пригласил в гости, он снимал [квартиру] недалеко от театра», — вспоминает Карасева.

Девушка говорит, что Райков вел себя с подчиненными как «самодур — что хочу, то выполняйте», и она надеялась, что разговор в неформальной обстановке поможет наладить с ним более спокойные рабочие отношения. «Я подумала, сейчас зайду, чайку с ним попью, побеседуем, может, отношения станут подружественней, и он перестанет прессовать, — рассказывает она. — По дороге мы даже за тортиком зашли, пришли к нему домой. [Была] такая домашняя обстановка — «нарежь сыра», все такое. Потом на столике появилось вино. Тут, понятно, две мысли: «Ага, сейчас расслабимся и поговорим по душам» и «Что-то тут не так». Надо было верить второй мысли».

То, что произошло дальше, очень похоже на описанное девушкой, заявившей об изнасиловании, говорит Анна. Они с Райковым выпили пару бокалов вина, говорили о театральных делах, смотрели фильм «Страна 03» — и в какой-то момент начальник, по словам девушки, подсел к ней поближе и обнял ее — стал вести себя «не как директор с подчиненной, а как мужчина с женщиной». «Потом у нас был поцелуй, это я точно помню, — говорит она. — После него Валерий Николаевич отстраняется, и я говорю: «Что вы творите, вы что, нельзя, не надо», — и он включает любимую шарманку, мол, а что такого, ты женщина, я мужчина, мы все свободны». Поцелуй произошел как бы «исподтишка», вспоминает она: «Когда [мужчина] все ближе и ближе подсаживается, и вдруг неожиданно ты в объятиях, и тебя целуют. А потом [думаешь]: «Сама виновата, повелась»… Это самая большая беда».

Анна вспоминает, что сразу же сказала начальнику, что «это вообще неуставные отношения» и она этого не хочет. «Целоваться мне с ним совершенно не хотелось, я не нахожу его привлекательным мужчиной — нет, нисколько», — подчеркивает она. Райков, по словам девушки, стал уговаривать ее, «как кот»: говорил, что все в порядке, и предлагал расслабиться. Карасева рассказывает, что ей все же удалось вырваться из квартиры. «Помню возню, помню, что Валерий Райков пытался преградить мне выход, но руками не трогал. Пока это происходило, я поглядывала на свои ботинки — схватила их, выбежала из квартиры, вскочила в лифт. Он на лестничную площадку вышел, крикнул что-то мне вслед вроде «Подожди, я тебя провожу» — он обходительный. Но я уехала, прежде чем он успел меня догнать».

У подъезда Анну ждало служебное такси. «[Водитель] меня быстро в машину посадил, сделал вид, что не заметил своего начальника, подбегающего к автомобилю, — вспоминает она. — Я помню, что в такси зашнуровывала ботинки, называла Райкова козлом и говорила, что с людьми, тем более с девушками, так не поступают. Прямым текстом я водителю не говорила, что произошло, — но думаю, он и сам все понял».

Роман Виктюк и Валерий Райков (справа). Фото: сайт Театра Виктюка

Уже в машине Анна приняла решение, что подаст заявление об увольнении: «В выходные я еще помучилась совестью — все-таки работа, деньги… Было ощущение, что человек может испортить мне жизнь, говорить [про меня] гадости». Когда она принесла заявление Райкову на подпись, «его реакция была такой: «Да ладно, что ты делаешь, передумай»…». «Я сказала «нет». Прямым текстом причину увольнения я ему не говорила. Я все-таки, не знаю, скромная девушка, — объясняет Анна. — Сложно сказать: «Валера, ты поступил со мной не по-джентельменски, увольняй меня». Нет, я намекала — «Вы должны понимать, что за ситуация… Разве вы не понимаете». Человек, конечно, знает и понимает. По нему видно. Но его поведение: «Хлоп-хлоп [глазами], я не знаю, о чем речь», — как он и сказал в своем интервью последнем [по поводу обвинений в изнасиловании]».

Последние рабочие дни Анна, по ее словам, пряталась от директора в подсобном помещении. «Сидела в подсобке по полдня. Водитель, когда подвозил директора, писал смс — «Везу». И по сигналу я пряталась в подсобку. Было паническое состояние, было страшновато — а скорее, стыдно и мерзко».

«Я объясняла, почему ненормально целовать в губы свою секретаршу»

Певица Виктория Заиченко (выступает под сценическим псевдонимом Вика Гранд) пришла на должность секретаря Валерия Райкова в 2016 году — вскоре после увольнения Анны Карасевой. Ей тоже в тот момент было 26 лет, она училась в ГИТИСе и хотела пройти в театре практику. Виктория говорит, что ничего предосудительного о будущем начальнике не слышала — знакомых в театральной среде у нее было мало. Однако уже во время собеседования девушка насторожилась: Райков, помимо прочего, поинтересовался, есть ли у нее муж или парень.

«Я говорю: а какое это имеет значение? — вспоминает она. — Он настаивает: есть или нет? Говорю: нет. Он отвечает: это очень хорошо — не будете отвлекаться от работы. Мне это, конечно, показалось странным».

Сразу после того, как Заиченко вышла на работу, она стала получать комплименты от директора, — по ее воспоминаниям, они звучали постоянно. «Все началось с чрезмерного какого-то внимания. Я понимала, как женщина чувствовала, что со мной флиртуют. Кофе, например, несу, и он: «Блин, как же ты красиво несешь кофе, всем бы твою грацию»», — приводит пример она.

Виктория Заиченко в Театре Виктюка. Фото: личный архив

На собеседовании Райков сразу предупредил Заиченко, что ей придется задерживаться на работе. Поэтому она не жаловалась, когда приходилось сидеть в приемной до 10 вечера. Но некоторые поручения директора, которые он давал ей в вечернее время, ее смущали.

«По вечерам Валерий Николаевич часто играл со своим помощником в шахматы. Говорил, мол, ты такая красивая, просто побудь, посиди, пока мы играем в шахматы. Уже поздно, 10 вечера, я хочу домой, а он — «Посиди»», — вспоминает она. Однажды вечером директор, по словам девушки, отправил ее в магазин за вином, а когда она принесла бутылку, предложил вместе выпить. «Я говорю: «Я не пью». А он: «Давай немножко». Отвечаю: «Нет, я не пью». Он все равно: «Давай чай». Говорю: «Я не хочу». Я просто не понимала, злилась, почему нахожусь на рабочем месте. Но я, конечно, делала вид, что все нормально, я подожду. Когда я говорила, — может, вы меня отпустите? — он отвечал: «Пока я не уйду, никто не уйдет»».

Виктория говорит, что первые несколько дней улыбалась в ответ на комплименты, чтобы наладить отношения с новым начальником: «Поначалу, когда он когда флиртовал со мной, я такая — «Ой, спасибо», а сама думаю: «Блин, что за жесть»». Но вскоре девушка, по ее словам, стала тщательно следить за своим внешним видом — старалась «не провоцировать»: «Пыталась одеваться вообще без декольте — водолазки, пиджаки, брюки. Не дай бог надену юбку и каблуки — тогда и начинаются комплименты».

Комплиментами дело не ограничилось: вскоре Райков стал приглашать ее поужинать, вспоминает Виктория. «Ситуация стала меня напрягать, я стала просить — «Не могли бы вы, пожалуйста, не говорить таких вещей, соблюдать субординацию». Говорила, что мне не очень комфортно. А он: «Ну и что, ты красивая женщина, что в этом такого». Смеялся, умилялся, не воспринимал всерьез», — рассказывает она.

Ситуация, которая заставила ее уволиться из театра Виктюка, произошла под конец третьей недели работы. «В тот вечер я, как всегда, задержалась. У него [Райкова] было хорошее настроение. И я улыбалась — такая все-все — лишь бы быстрее уйти домой. И зашла в кабинет директора сказать, что ухожу. Он такой: «Да, ты молодец. До свидания. Нет, стой, подожди». И берет меня за плечи, прижимает к себе сильно. Я уворачиваю лицо — и он целует меня в губы», — вспоминает Виктория.

Виктория Заиченко. Фото: личный архив

Девушка оттолкнула начальника: «Я растерялась. Говорю: «Что вы делаете? Зачем вы сейчас это сделали?»». В кабинете Валерия Райкова, по ее словам, как раз только что сделали ремонт и поставили камеры. «И я его спрашиваю: «А камеры работают?» И он говорит: «Нет». Они и правда не работали, я уточнила. Я сказала: «Все, до свидания». И просто убежала».

Виктория говорит, что сильно разозлилась из-за случившегося: «Это насилие. Я на насилие реагирую [остро]. Хорошо, что я его еще не [ударила], извиняюсь. Просто потому что он пенсионер, уже пожилой человек. Я на агрессоров реагирую очень жестко. Я могу прямо реально начать драться, если ко мне применяется насилие. Только из-за возраста я его не наказала. Ему просто повезло, что он старше гораздо, и я боялась как-то его [повредить]».

Всю ночь девушка проплакала. «Изначально мне даже казалось, что я [сама виновата, потому что] флиртовала в ответ. Я вообще такой человек — очень общительная, всем улыбаюсь, — но это, конечно же, не повод что-то со мной делать», — говорит она. Девушка рассказала о случившемся близким — и те убедили ее немедленно уволиться.

«Он спросил: «Какая причина?» Отвечаю: «Причина в том, что вы не соблюдаете субординацию в отношениях со мной. Вы считаете нормальным меня целовать в губы?». А он: «Да ладно, что ты там придумала, все нормально! Ты точно хочешь уйти? Что ты придумываешь? Все же нормально!» — рассказывает она. — Вел себя так, будто это бред, не причина уходить. То есть я взрослому человеку объясняла, почему ненормально целовать в губы свою секретаршу, которая на много лет его моложе». Подписав заявление, Райков, по воспоминаниям Виктории, весело сказал ей: «Ну, мы теперь не коллеги, так что можно и поужинать!».

«Ты что, не хочешь меня узнать как мужчину?»

И Анне Карасевой, и Виктории Заиченко Валерий Райков, по их словам, продолжал писать сообщения и звонить даже после их увольнения. Виктория, по ее словам, как-то обратилась к нему, когда писала научную работу в институте — ей нужны были данные о работе театра: «Первый раз я пришла [за нужными данными] прямо к Валерию Райкову, он что-то мне прокомментировал и отправил к помощнику. Проходит время, снова мне нужна помощь. Я написала Райкову, и он ответил — ну, вот встретишься со мной на ужин, и я тебе помогу. Я ответила — «Нет-нет, спасибо, я сама»». После этого директор продолжил писать ей сообщения, утверждает Виктория.

Анну Карасеву после увольнения Валерий Райков тоже звал на ужин — и девушка решила пойти, чтобы убедить его изменить поведение. «Пойти заставила наивность — что сейчас я объясню, что он не прав, и он перестанет звонить и писать, поймет, что я без пяти минут замужняя женщина, — рассказывает она. — Я попыталась по старинке решить все разговором. [Но] из ресторана я в какой-то момент просто встала и ушла. Он вел себя как обычно: он считает, что ничего плохого не сделал. Была даже пара-тройка шуток, что, может, это не он пытался меня совратить, а я его. И я — опа, раз такой разговор, то и говорить не о чем, он для меня стена».

Анна утверждает, что звонки и сообщения от Райкова получала вплоть до весны 2020 года (переписку девушка, по ее словам, удалила). «Я думала: «Я все еще у него в голове?!» — поражается Анна. — Был момент — я работала в другом театре — он дозвонился, мол, возвращайся, иди ко мне работать. К тому моменту я перешла с ним на «ты» — решила, что должна возвыситься над своим абьюзером. До этого, понятно, ко мне на «ты» обращался он. Он просил меня — вернись. Я говорю — нет. И вечером в тот день он написал, что не смог дозвониться моему начальству, но обязательно дозвонится и договорится, чтобы меня уволили и я к нему смогла перейти. Меня потряхивало, но я напоминала себе, что это просто запугивание и ложь».

О поведении Райкова Анна, по ее словам, рассказала нескольким коллегам. «Кто-то мне посоветовал, что надо донести высшему руководству, в департамент культуры Москвы. Но я посидела, подумала — кто меня будет слушать? Скажут — девочка, развернись, закрой за собой дверь. «Ну не порть ты карты, ну нормальный директор сидит», — такое я себе представляла. Я понимаю прекрасно, что слово простой девочки-секретаря, недавно устроившейся на работу, [слабее] слова директора, у которого есть звание, опыт и связи. Даже если поверят — а скорее всего, кто-то поверит, женская солидарность [все же существует], — не будут выносить сор из избы, это ненужный шум. Такое замалчивают», — рассуждает она. Публично рассказать о случившемся ей помешало и то, что насилие со стороны Райкова, с ее точки зрения, было не физическим, а «моральным». «Что мне скажут? «Ну, сама виновата». Меня же никто не принуждал [идти к нему в квартиру]. А сегодня, когда я узнаю, что девушек типа меня не одна и не две, — я считаю, что этот человек должен получить по жопе, не говоря уж о правосудии».

Знали сотрудники театра Виктюка и о произошедшем с Викторией Заиченко — она рассказала об этом четверым коллегам: двум мужчинам и двум женщинам. «Как они отреагировали? «Ну, пипец, козел». Ну, это девушки так отреагировали — а парни, я не помню, что-то незначительное сказали», — вспоминает она. Выносить историю в публичное пространство она тоже не стала — опасалась, что директор театра может испортить ей карьеру. Однако теперь, узнав об изнасиловании другой девушки, Виктория записала видео о том, что с ней произошло, чтобы ее поддержать. «Может, если бы я поделилась раньше, его бы уволили, а девочку не изнасиловали. Мне очень жаль. Я была растеряна. Плачу и очень переживаю за нее», — написала она.

Виктория Заиченко. Фото: личный архив

«Все правда, — прокомментировала пост одна из подписчиц певицы. — Работала год с 2018 по 2019. За этот год была смена большого количества секретарей (в кандидаты отбирали только молоденьких и свободных). Причина увольнения у всех одинаковая. Пошлые намеки, приставания, а также расспросы про личную жизнь касались всего состава женской части коллектива».

24-летняя Анна Нудикова уволилась с должности секретаря директора театра Виктюка по собственному желанию в апреле этого года. Ситуация, которую она описала в своем инстаграме, похожа на рассказы ее предшественниц, — по выражению самой Анны, Валерий Райков применял «отработанную схему пожилого казановы». «Мне тоже выпала честь в числе всех красавиц-секретарш побывать в этой квартире на Сокольническом валу. К слову, я не знала, куда и зачем еду. Со мной были документы, которые я «по поручению начальника» везла на подпись. А там внезапно — вино, фрукты и разложенный диван, — написала она. — После провальных попыток меня поцеловать и уложить на роскошный диван последовал супер-вопрос: «Ты что, не хочешь меня узнать как мужчину?». Я ответила отрицательно. Он отстал».

Анна собрала подписанные документы, вызвала такси и уехала, был уже поздний вечер. «Я рассказала эту историю только самым близким, потому что мне казалось, что о таком не говорят. Конечно же, ругала себя. Считала, что сама спровоцировала такое отношение. Ведь во всем виноваты мои платья, каблуки и красивые глаза», — написала она. Девушка считает, что никаких последствий для Валерия Райкова не будет и теперь: «[Он] абсолютно не боится своих 20-летних секретарш. Потому что ни мне, ни Вике Гранд, ни той девочке, [которая заявила об изнасиловании], не поверят. Либо кому-то просто хорошо заплатят, и вопрос иссякнет».

Не было бы счастья, да несчастье помогло

Райков стал директором театра Виктюка в июне 2015 года. Сам основатель театра Роман Виктюк назвал его назначение на этот пост уникальным случаем, потому что его кандидатура «была не назначена сверху, а рекомендована профессиональным сообществом — Советом директоров московских театров». Райков пришел руководить театром Виктюка через три месяца после окончания масштабной реставрации здания, которая длилась три года. На торжественном открытии обновленного здания театра выступал мэр Москвы Сергей Собянин, объявивший, что теперь помещения театра оснащены самым современным оборудованием.

До прихода в театр Виктюка Валерий Райков три месяца работал художественным руководителем БДТ им. Товстоногова, а ранее, с ноября 2013 года по июнь 2014, был директором «Современника». Но дольше всего — 18 лет — Райков руководил Театром юного зрителя имени Киселева в Саратове, где начал работать еще в 1982 году рабочим сцены.

В 2012 году Счетная палата Саратовской области объявила о множестве финансовых нарушений, допущенных руководством ТЮЗа и лично Райковым. Так, ведомство выяснило, что экс-директор в 2011 году получал зарплату в 13 раз выше, чем актеры театра, — 136 тысяч рублей в месяц против 10 тысяч.

Валерий Райков. Фото: ВК-группа Театра Виктюка

Также выяснилось, что Райков выдавал себе денежные премии за отсутствие противопожарных нарушений в театре. При этом 2 октября 2012 года в ТЮЗе случился пожар, в результате которого крыша здания рухнула прямиком в зрительский зал. Зрители и сотрудники театра успели эвакуироваться. Оказалось, что управление МЧС России по Саратовской области регулярно фиксировало в театре нарушения пожарной безопасности. 4 октября Райкова отстранили от должности директора, а в начале января 2013 года его окончательно уволили.

Осенью 2013 года Райкова назначили директором московского театра «Современник». «Я ушел из Саратовского ТЮЗа 11 января. Это родной для меня коллектив, прекрасный этап — 18 лет работы. Но жизнь сложилась таким образом, что я вынужден был уйти. Надо двигаться дальше. Я стараюсь не касаться этой темы. Не было бы счастья, да несчастье помогло!» — заявлял он в интервью после назначения.

В то же время замглавы московского департамента культуры Евгения Шерменева заявила, что назначение Райкова — «это не поощрение и не награда»: «Всем известно, что за Райковым стоит некая история. Мы знаем за ним большие плюсы и большие минусы. Но, если у человека есть возможность реабилитироваться на крайне сложной работе, надо ее предоставить».

Как писали СМИ, спустя два месяца после пожара, в декабре 2012 года, несколько сотрудников ТЮЗа направили в московский «Центр противодействия коррупции в органах государственной власти» письмо — они требовали возбудить в отношении Райкова дело о мошенничестве. Авторы письма утверждали, что Райков якобы заставлял сотрудников театра бесплатно работать на своей даче, безотчетно брал деньги из кассы театра и за счет ТЮЗа отправлял за границу своих детей, которых устроил на работу администраторами. Подчиненные Райкова также сообщали, что он приобрел загородный дом стоимостью около 40 млн рублей. В феврале 2013 саратовское управление МВД начало проверку по изложенным фактам, но чем она закончилась, неизвестно.

Письмо сотрудников ТЮЗа. Фото: сайт «Общественное мнение»

Кроме того, в письме сотрудники утверждали, что в отношении Райкова уже возбуждалось дело о мошенничестве из-за того, что он сдавал в аренду помещение и крышу здания без согласования с собственником, но дело было приостановлено. В 2010 году прокуратура Саратова действительно возбудила уголовное дело о мошенничестве из-за незаконного использования здания ТЮЗа. Однако в пресс-релизе ведомства сам Райков не упоминался.

Также сотрудники утверждали, что рядом с ТЮЗом строили четырехэтажную гостиницу, но строительство так и не завершили. Местные СМИ писали, что объект не был согласован ни с министерством культуры, ни с региональной администрацией.

Бывший замдиректора ТЮЗа Алексей Голицын, который пришел работать в театр в 2017 году, сказал «Холоду», что никогда не слышал о домогательствах со стороны Райкова — но в театре обсуждались финансовые нарушения и любовь бывшего директора театра к алкоголю. «Пьяный Райков полез в собачью конуру, и пес откусил ему нос. Нос пришили обратно, но это заметно и сейчас», — изложил Голицын историю, которую услышал в кругу знакомых Райкова.

Бывшая актриса ТЮЗа Юлия Василенко, работавшая в театре с 2008 по 2011 год, сказала «Холоду», что считает Валерия Райкова отличным управленцем, а обвинения в домогательствах назвала «ложными и кому-то очень выгодными».