> ## Content Index
> Fetch the complete content index at: https://holod.media/llms.txt
> Use this file to discover other available public pages before exploring further.

# Я переехал в Лондон в 43 года
- URL: https://holod.media/2025/04/29/pereezd-v-london/
- Published: 2025-04-29T00:01:00.000Z
- Updated: 2026-10-14T09:30:51.000Z
- Description: Я был журналистом в Москве, дважды эмигрировал, а теперь учусь на психоаналитика
- Author: Карен Шаинян
- Tags: Общество, Мнения и интервью, #wp, #wp-post

Карен Шаинян, основатель квир-издания [Just Got Lucky](https://t.me/queerography?ref=holod.media) и ютуб-канала Straight Talk with Gay People, рассказал «[Холоду](https://holod.media/)», почему после 20 лет работы журналистом и продюсером он решил стать психоаналитиком.

В девятом классе подруга по имени Оля спросила меня, кем я хочу быть. Я сказал, смутившись: психологом. Она съязвила про славу Фрейда, которая якобы не дает мне покоя, я покраснел и похоронил эту идею. Почти на 30 лет.

Сейчас, когда я по утрам сажусь на велик и еду в клинику Tavistock and Portman в Лондоне, в которой я прохожу клинический тренинг по психоаналитической терапии, я проезжаю [дом-музей](https://www.freud.org.uk/?ref=holod.media) Фрейда. Я учусь там, где преподавали и работали последователи Фрейда. Жалею ли я о том, что не стал психологом раньше? Ни капли. Мне не приходилось жалеть о том, что я занялся журналистикой, но заканчиваю ей заниматься я также без тени сожаления.

Я понимаю теперь, что то подростковое смущение было связано не с ядовитым комментарием Оли, а с моим внутренним запросом: я хотел стать психологом, только чтобы решить свои внутренние проблемы, главная и самая стыдная из которых состояла в том, что я гей. Ни Оле, ни другим моим друзьям я сказать про такое не мог даже в страшном сне.

## Центр вселенной и начало больших перемен

Я вырос в иркутском Академгородке. Он был идеальным местом детства, из которого я быстро вырос. На биофаке Иркутского госуниверситета я отучился всего два года. В 18 лет в первый раз приехал в Москву и влюбился, сначала в сам город, потом в одного из его обитателей, с которым мы познакомились в популярном тогда гей-клубе «Шанс». После второго курса я забрал документы, собрал чемодан и уехал в Москву.

[Я сидела на мочегонныхБлагодаря им я всегда просыпалась красавицей. А теперь у меня поражение почек![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/441440768_1125484855392444_8229341901353059615_n-1.jpg)](https://holod.media/2025/04/28/ya-sidela-na-mochegonnyh/)

В Москве я учился биохимии во Втором меде, но довольно быстро стало ясно, что ученого из меня не выйдет — то, что издалека мне казалось познанием тайн человеческого мозга, в реальности оказалось тяжелой работой по массовому убийству лабораторных животных в жестокой академической иерархии — и все это за смехотворно мизерные деньги.

А деньги мне были очень нужны. Мы снимали квартиру с друзьями, очень хотелось есть, а также выпивать и особенно хотелось в ночной клуб — главный предмет моего интереса в 20 лет.

Когда я только переехал в Москву, я работал курьером, но на третьем курсе подружился с Аней, редакторкой из «Коммерсанта», начал писать свои первые неуклюжие заметки про медицину и здоровье. В 2005 году я кое-как окончил университет, но тройки меня мало волновали — я уже был старшим корреспондентом журнала «Коммерсантъ-Деньги».

![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/k5.jpg)

Фото: предоставлено Кареном

Через несколько лет работы в «Коммерсе» стало ясно, что либо я сопьюсь, либо надо увольняться. Тогда я впервые уехал из России: выиграл грант Edmund Muskie Foundation и в 2007 году отправился учиться в магистратуру по журналистике в США.

Многие участники той программы не возвращались в свои родные страны, но я очень хотел обратно в Москву. Там меня ждали мой партнер, мама, у которой обнаружили рак, мои друзья, которые мне были как вторая семья.

Кроме того, в первые годы медведевского срока Москва казалась идеальным местом для журналиста: только открылся «Сноб» (куда я пошел работать), запускались «Дождь» и Slon.ru (где я работал позже). «Красный октябрь» (*арт-кластер с офисами в центре Москвы. — Прим. «Холода»*), где днем мы работали, а вечером отправлялись по барам, казался центром вселенной и началом больших перемен. Эта иллюзия закончилась так же быстро, как к власти в третий раз пришел Путин.

## На прекрасном, но не своем месте

Первый раз мы с друзьями начали говорить об отъезде после аннексии Крыма и принятия закона о «пропаганде среди несовершеннолетних» (*имеется в виду закон о запрете пропаганды нетрадиционных сексуальных отношений среди несовершеннолетних,* [*принятый*](https://rg.ru/documents/2013/06/30/deti-site-dok.html?ref=holod.media) *в июне 2013 года. — Прим. «Холода»*). Многие уезжали в то время.

[На дне колодца12-летняя девочка ушла из дома и не вернулась. Ранее ее изнасиловали соседские мальчики, но семье отказали в помощи![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/derevnya-kopiya2-2.jpg)](https://holod.media/2025/04/27/na-dne-kolodcza/)

2016 год я встречал в Австралии. Я влюбился в страну и думал про переезд, но, вернувшись в Москву, уволился отовсюду и запустил с партнером бизнес — креативную студию «История Будущего». Мы сделали «[Проект 1917](https://project1917.ru/?ref=holod.media)» — такой фейсбук русской революции. Потом выпустили документальный сериал для мобильных телефонов «1968» и еще много исторических проектов с игровыми механиками.

Работа генеральным директором креативной студии для меня была резким разворотом: я полностью переключился из журналистики в продюсирование — готовил презентации для спонсоров, планировал и сводил финансовую отчетность, нанимал и увольнял сотрудников, улаживал конфликты в команде и почти не притрагивался к созданию содержания проектов.

![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/k4.jpg)

Фото: предоставлено Кареном

Мы работали над тремя-четырьмя проектами одновременно в среднем по 14 часов в день, часто без выходных. Это было очень счастливое время, которое закончилось моим депрессивным состоянием. Так я узнал цену, которую платит психика, когда ты находишься на прекрасном, но не своем месте.

Я одновременно ушел из студии и завершил отношения, в которых тогда состоял, — что совокупно составляло ровно 100% смысла моего существования. На дворе стоял 2019 год: Путин зашел на свой четвертый срок и готовился переписать конституцию, разговоров про «гей-пропаганду» в пропагандистских СМИ стало столько, что я подумал: пора ею заняться.

## Три каминаута

Зимой 2020 года я запустил ютуб-канал [Straight Talk with Gay People](https://www.youtube.com/channel/UCKIiotHeAU8JK5YLspo1-9w?ref=holod.media), и это было мое последнее возвращение в журналистику. Я брал интервью у открытых ЛГБТК-людей. Идея была в том, чтобы начать с американских звезд, до которых мне удалось дотянуться, а потом убедить и российских квиров, что говорить о себе — это нормально и [нужно](https://holod.media/2023/02/07/karpova-football-interview/), и это единственный способ победить гомофобию.

> Берлин оказался сравнительно недорогим городом: студия обошлась мне в 1200 евро

О собственной ориентации я впервые рассказал нескольким близким друзьям в 17 лет. Меня просто распирало от радости, когда у меня случился первый секс с парнем, а друзья тогда мне были ближе родных. С родными было тяжелее — мама сама все поняла, и разговор с ней состоялся накануне отъезда в Москву из Иркутска. Это было чудовищно: она рыдала, я хотел провалиться сквозь землю. В ту ночь я не мог представить, что уже через пару лет она будет принимать меня и моих партнеров, приглашать их на свои дни рождения.

Поговорить с отцом у меня хватило духу только через 10 лет и только потому, что у меня уже должен был появиться первый ребенок. «У тебя, папа, скоро будет внук, а еще я гей», — примерно так я пытался застраховаться от риска отвержения.

![Переезд в Лондон в 43 года. Карен Шаинян рассказал «Холоду», почему после 20 лет работы журналистом и продюсером он решил стать психоаналитиком.](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/shainyan.jpg)

[Straight Talk with Gay People](https://www.youtube.com/channel/UCKIiotHeAU8JK5YLspo1-9w?ref=holod.media). Кадр: [Карен Шаинян](https://www.youtube.com/@KarenS?ref=holod.media) / Youtube

Сейчас, 15 лет спустя, я веду группу поддержки для геев, которые испытывают сложности с родителями, и понимаю, какое гигантское место в психике каждого из нас занимает принятие или отвержение родителями. И в моих интервью с голливудскими селебами, и в сериале «Квирография» про жизнь ЛГБТК-людей в дальних концах России, разговор всегда вращался вокруг принятия, страха отвержения, радости и [рисков](https://holod.media/2022/10/02/lgbt-v-armii/) каминг-аута.

Почти сразу после запуска канала началась пандемия. После очередных съемок мы летели в полупустом самолете в Москву, на следующий день начался локдаун. Кроме серии интервью с Синтией Никсон, Билли Портером, Машей Гессен и другими, я привез из Нью-Йорка ковид.

## Отнесутся к тебе по-человечески

Два года спустя пандемия плавно перетекла в полномасштабное вторжение в Украину. В первые дни войны мне еще удалось распечатать в типографии рядом с домом пачку листовок с надписью «Нет войне!» Каждый день мы ходили с ними на улицы первую неделю. А потом я зашел в гости к друзьям — там была большая компания и все обсуждали, кто, куда и когда летит. Я вернулся домой и забронировал билеты себе и своему парню в Ереван.

[Мужская таблетка против беременностиУченые придумали противозачаточный препарат для мужчин, эффективный на 99%. Он безопасен?![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/shutterstock_2456162649.jpg)](https://holod.media/2025/04/26/muzhskaya-tabletka-protiv-beremennosti/)

Месяц спустя я прилетел в Берлин. Маша Макеева, которая тогда возглавляла телеканал OstWest, предложила мне делать вместе программу, и я согласился. Каждую неделю я записывал от трех до 20 интервью, и мы монтировали программу о том, как меняется жизнь и картина мира людей, оставшихся в России и уехавших из нее.

Конечно, эмиграция — это дауншифтинг. Вместо любимой квартиры в Москве началась череда переездов, съемных комнат и квартир, но у меня почти всегда была работа, и это — гигантская привилегия. К счастью, Берлин оказался сравнительно недорогим городом: студия в Пренцлауэр-Берге обходилась мне в 1200 евро.

![Переезд в Лондон в 43 года. Карен Шаинян рассказал «Холоду», почему после 20 лет работы журналистом и продюсером он решил стать психоаналитиком.](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/fionn-grosse-urwfccbhlnw-unsplash.jpg)

Пренцлауэр-Берг, Берлин. Фото: Unsplash

В [Германии](https://holod.media/2025/03/06/ya-pereehala-v-germaniyu/) много бюрократии, но она человечная — без коррупции и ненависти. Если у тебя не получается записаться в какие-то государственные учреждения на прием, можно прийти туда и сказать: «Простите, я не смог записаться. Может быть, у вас есть живая очередь?» Тебе ответят: «Конечно, посидите немного», и через 15 минут позовут.

Я встречал в Берлине только отзывчивых людей. Хотя они не станут с тобой сразу сближаться и дружить, зато точно отнесутся к тебе по-человечески. Я очень благодарен Германии и Берлину, который был милосерден ко мне и вообще к эмигрантам из России.

## Письмо из Хогвартса

С моим иноагентством и уголовным [делом](https://holod.media/2023/08/18/shainyan/) (*в 2023 году в России против Карена Шаиняна возбудили уголовное дело, Росфинмониторинг внес его в «перечень террористов и экстремистов». — Прим. «Холода»*) стало понятно, что в Россию я не вернусь. И зачем тогда мне заниматься журналистикой? Когда начинается война, ты не можешь не снимать про это. Но проходит год, второй, цена твоих слов падает каждый день, смысл начинает ускользать.

> Сейчас я снимаю комнату, считаю деньги на еду и редко захожу в кафе и рестораны

Я полтора года делал программу на OstWest. Однажды зимой 2023 года я посмотрел на свою жизнь и подумал: мне за 40, я эмигрант, я делаю то, в чем не вижу смысла, и потихоньку начинаю [спиваться](https://holod.media/2024/11/19/mne-25-i-ya-alkogolik/). А впереди, при хорошем раскладе, у меня могут быть лет 30 полноценной счастливой жизни. Так я полностью [завязал](https://holod.media/2025/01/01/ot-alkogolya-atrofiruetsya-chast-mozga/) с алкоголем и решил снова поменять профессию.

К тому моменту я уже 11 лет был в аналитической терапии и понимал ее эффективность. Я начал читать про учебу. Оказалось, чтобы [стать](https://web.arbeitsagentur.de/berufenet/beruf/59100?ref=holod.media) психоаналитиком в Германии, нужно примерно 10 лет: сначала выучить немецкий до уровня С1–С2, потом [получить](https://web.arbeitsagentur.de/berufenet/beruf/59100?ref=holod.media#zugangAnforderungen%5FfachlicheAnforderungen%5FzugangZurWeiterbildung) степень в университете, пройти дополнительное обучение и сертификацию от государства.

![Переезд в Лондон в 43 года. Карен Шаинян рассказал «Холоду», почему после 20 лет работы журналистом и продюсером он решил стать психоаналитиком.](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/k8.jpg)

Фото: предоставлено Кареном

Потом я побывал на психоаналитической конференции в Лондоне, где и узнал про клинику Tavistock and Portman NHS. Весной подал заявку, резюме, мотивационное письмо, все документы. Экзамен на знание языка я не сдавал: у меня был американский диплом магистра. Мне удалось убедить комиссию, что мне не нужно пересдавать IELTS (*экзамен на уровень английского языка. — Прим. «Холода»*), потому что это долгий процесс.

Мое мотивационное письмо занимало всего полторы страницы, но меня все-таки позвали на собеседование. Удивительным образом я его прошел, и меня приняли. Это приглашение на учебу было для меня как письмо из Хогвартса — в новую жизнь.

## «Чувак, тебе скоро 44, куда ты лезешь?»

Моя программа — это четырехлетний клинический тренинг, в конце которого я получу магистерскую степень и сертификат психотерапевта. Первая сертификация должна быть через два года. Тогда, если все будет хорошо, я смогу принимать пациентов за деньги.

[Я переехала во Вьетнам и была в шокеТут много дешевых фруктов и море рядом, но летающие тараканы и фекалии на улицах портят все![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/photo_2025-04-25_21-28-05.jpg)](https://holod.media/2025/04/27/ya-pereehala-vo-vetnam-i-byla-v-shoke/)

Учеба вызывает у меня абсолютный восторг и восхищение — ничего интереснее со мной в жизни не происходило. Образование строится на работе с пациентами и постоянном обсуждении клинических кейсов — и это как в «[Черном зеркале](https://holod.media/2025/04/18/sozdateli-chernogo-zerkala/)», когда ты опрокидываешься внутрь головы другого человека и пытаешься понять его, себя и механику человеческой жизни.

При поступлении я переживал насчет возраста, думал: «Чувак, тебе скоро 44\. У тебя сын скоро поступает в университет, куда ты лезешь?» Но когда я пришел в октябре на семинар, увидел, что в группе из 30 человек только двое младше 30 лет. Большинство моих одногруппников — практикующие психологи, которые повышают квалификацию. Но есть такие же люди, как я, которые пришли сюда из другой сферы.

![Переезд в Лондон в 43 года. Карен Шаинян рассказал «Холоду», почему после 20 лет работы журналистом и продюсером он решил стать психоаналитиком.](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/photo_2025-04-28-20-26-27.jpg)

Фото: предоставлено Кареном

Со мной учится мужчина, который возглавлял большое маркетинговое агентство, летал по всему миру первым классом и запускал рекламные кампании дорогих машин. Я спросил его: «Я — журналист-эмигрант, мне нечего было терять, а у тебя все в жизни было, ты-то почему пошел учиться?» А он ответил: «Мне 40 лет. Что я оставлю после себя и какой смысл в том, что я делаю? Продать побольше машин? Маловато для смысла жизни. Карьеру я уже сделал, а теперь мне хочется чего-то интересного». 

Вообще XXI век предполагает lifelong learning (*непрерывное образование. — Прим. «Холода»*). Мир и рынок труда меняются постоянно и быстро, профессии исчезают и появляются, короче, учиться — это теперь естественная часть работы.

Однако я перехожу из публичной профессии в очень закрытую — аналитики обычно нигде не светятся, у них нет открытых соцсетей. Потому что клиент рассказывает тебе самые разные вещи, и тебе нужно быть для него нейтральной фигурой. Когда ко мне во время учебной практики пришел мой первый пациент, он сказал: «Я вас погуглил», — а он ортодоксальный еврей. Я держал лицо, хотя понимал, что он там нагуглил.

[Я живу в Алжире на 40 тысяч рублей в месяцНам с мужем хватает этих денег на все. Мне очень нравится эта страна![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/shutterstock_1122730934-scaled.jpg)](https://holod.media/2025/04/26/alzhir-pereezd/)

В Википедии, например, [написано](https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A8%D0%B0%D0%B8%D0%BD%D1%8F%D0%BD,%5F%D0%9A%D0%B0%D1%80%D0%B5%D0%BD%5F%D0%91%D0%B0%D0%B3%D1%80%D0%B0%D1%82%D0%BE%D0%B2%D0%B8%D1%87?ref=holod.media), что я ЛГБТ-активист. А я, конечно, никакой не активист и никогда им не был. Я всегда работал в медиа и никогда не нарушал журналистских стандартов.

## Роскошь скромной жизни

Один учебный год стоит 12 тысяч фунтов. Кроме того, [обязательная](https://www.psychotherapy.org.uk/psychotherapy-training/train-as-a-psychotherapist/?ref=holod.media) часть этого образования — личная терапия у сертифицированного в Великобритании аналитика. Ходить на нее нужно минимум раз в неделю, а лучше — два. Помимо этого я должен буду платить за супервизии (*профессиональное сопровождение психолога другим опытным коллегой. — Прим. «Холода»).*

Я продолжаю совмещать учебу с работой. Я придумал проект, который неплохо взлетел: мы делаем материалы о жизни квир-людей для разных крупных медиа, и их хорошо читают. К тому же у меня остались деньги от продажи квартиры, и я получил грант на первый год учебы. Все, что я зарабатываю, и даже больше, я трачу на учебу.

> Мне страшно от мысли, что я не смогу приехать в Россию, если с моими близкими что-то случится

Поэтому сейчас я снимаю комнату, считаю деньги на еду и редко захожу в кафе и рестораны. Первые полгода я снимал небольшую квартиру вместе с коллегой примерно за три тысячи евро. Сейчас я снимаю комнату в квартире с тремя спальнями за 800 фунтов (*около 90 тысяч рублей. — Прим. «Холода»*) — это уникально низкая цена для Лондона.

Многие в Великобритании живут очень скромно. Деньги, которые мне удается заработать, считаются здесь неплохими. Московские представления о том, что такое успех и сколько для этого нужно тратить, быстро испарились.

В Англии я езжу на велосипеде. Метро здесь безумно [дорогое](https://tfl.gov.uk/fares/find-fares/tube-and-rail-fares?ref=holod.media), поэтому велик — самый доступный транспорт. Когда я еду по Лондону, думаю, какой это прекрасный город. С одной стороны, здесь бурлит жизнь — я живу на улице, на которой всегда толпы людей и куча магазинов, ресторанов и парикмахерских. Но стоит сделать два шага в сторону — и ты оказываешься в тихом месте с видом на сады, а на деревьях сидят попугаи. С одной стороны, Лондон гигантский, а с другой — очень соразмерный человеку и спокойный.

![Переезд в Лондон в 43 года. Карен Шаинян рассказал «Холоду», почему после 20 лет работы журналистом и продюсером он решил стать психоаналитиком.](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/photo_2025-04-28-20-26-33-1.jpg)

Фото: предоставлено Кареном

Я планирую остаться в Англии и работать здесь после окончания учебы. Это будет логично с тем образованием, которое я получу. Я бы мог поехать куда-то еще, но мне здесь очень нравится. К тому же Лондон соединен со всем миром. Например, отсюда я могу слетать Нью-Йорк к друзьям всего за 300 фунтов.

Впрочем, если что-то пойдет не по плану, у меня есть другие варианты. Если не получится с психоанализом, я выучусь на шеф-повара и пойду работать в веганский ресторан, а потом открою свой. Если и это почему-то не получится — освою профессию сантехника. Здесь за это хорошо платят, и ты, как и в первых двух случаях, делаешь что-то осмысленное и, кстати, вполне творческое. А вопросы статуса и престижа — это шелуха, которая облетает с тебя первой, как только ты пересекаешь российскую границу и отправляешься в открытый мир.

## Цена свободы

Главное, что оказалось непросто в этой второй эмиграции за три года — одиночество. В Берлине на третий год жизни у меня появился дом, круг друзей и ощущение близости — и вот я снова один. Вопрос не в физическом одиночестве, у меня тут нет проблем с общением. Но семья и близкие разбросаны по миру, и это не очень восполнимо.

[Проигравшая на Евровидении песня стала сигналом для португальской революцииС нее началось восстание, которое свергло диктатуру. Вот как это было![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/gettyimages-111071967.jpg)](https://holod.media/2025/04/25/portugaliya-nezavisimost/)

Я стараюсь не думать о том, что мое имя есть в списке «террористов и экстремистов». Терапия учит не обращать внимание на то, что не можешь исправить, потому что это пустая трата энергии. Но мне страшно от мысли, что я не смогу приехать в Россию, если с моими близкими что-то случится. Я думаю про это каждый день.

Из мелких неприятностей, мне [нельзя](https://meduza.io/feature/2024/03/13/kreml-sobiraetsya-presledovat-rossiyan-vystupayuschih-protiv-voyny-po-vsemu-miru-v-kakie-strany-luchshe-ne-ezdit-bolshoy-gid-meduzy?ref=holod.media) ездить во многие страны: Таиланд, Индонезия, некоторые страны Центральной Азии, Африки и Латинской Америки для меня зона риска (*из-за риска экстрадиции в Россию. — Прим. «Холода»*). По-настоящему крупная проблема — это невозможность летать в Россию и видеться с оставшимися там родными: семьей, моим младшим сыном. Это очень высокая цена за свободную жизнь, которую взяла с меня родина, точнее, «Российская Федерация».

![Переезд в Лондон в 43 года. Карен Шаинян рассказал «Холоду», почему после 20 лет работы журналистом и продюсером он решил стать психоаналитиком.](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2025/04/k7.jpg)

Фото: предоставлено Кареном

Не знаю, вернусь ли я туда, но я понимаю, что Россия, по которой я тоскую, незаметно растянулась на весь мир. Недавно я был в Нью-Йорке. И вот сижу я с Верой и Ильей на кухне, заходят Аня, Маша, еще какие-то люди, и у меня случается когнитивный диссонанс — Гарлем за окном больше всего становится похож на Сокольники.

Так что пока моя Россия вот на этих кухнях — ужасное эмигрантское клише, да, — а еще в телефонных трубках, в зумах, письмах и в той группе поддержки для геев, которую я начал делать, — что-то вроде морального налога на прибыль от свободной жизни.