> ## Content Index
> Fetch the complete content index at: https://holod.media/llms.txt
> Use this file to discover other available public pages before exploring further.

# Друзья России — сплошь диктатуры. Но плохо ли это?
- URL: https://holod.media/2023/11/20/druzia-rossii/
- Published: 2023-11-20T00:01:00.000Z
- Updated: 2026-10-14T09:38:06.000Z
- Description: Ведь лидеры демократических стран тоже выстраивают отношения с автократами и тиранами
- Author: Илья Надпорожский
- Tags: Общество, #wp, #wp-post

Лучшие друзья Владимира Путина в 2023 году — правители изолированных и авторитарных стран. В ООН Россию поддерживает лишь несколько государств, почти все из которых — диктатуры. Это не нравится не только противникам российской власти, но и государственникам: им хочется если не дружбы, то уважения от влиятельных мировых политиков и сотрудничества с сильными экономиками. Но проблема ли это на самом деле? Ведь лидеры демократических государств тоже выстраивают отношения с автократами и диктаторами. Справедлива ли поговорка «‎Скажи мне, кто твой друг»‎ в большой политике? «‎Холод» попросил ответить на этот вопрос политолога Илью Надпорожского. ‎ 

*«Почему Россия дружит со всяким отребьем? Почему среди наших друзей — Сирия, Ливия, Северная Корея, Судан, Венесуэла, кто там еще? Почему страны, которые в мире считают отстоем, наши друзья?» —* это не выдержка из письма эмигрировавшего оппозиционера, а[ фрагмент](https://t.me/temalebedev/7398?ref=holod.media) публикации дизайнера Артемия Лебедева, [ездившего](https://lenta.ru/news/2022/07/13/dnr%5Ftrip/?ref=holod.media) в Донбасс и[ просившего](https://amarok-man.livejournal.com/7221326.html?ref=holod.media) российские войска «не возвращаться без Одессы». Произошедшая за последние два года трансформация российской внешней политики вызывает непонимание и у других, гораздо более искренних сторонников российских властей. 

Кажется, что ответ на вопрос Лебедева лежит на поверхности. Потому что могут. Все упомянутые им страны объединяет принадлежность к группе закрытых и крайне репрессивных авторитарных режимов. Сохранение Ким Чен Ыном и Башаром Асадом своих постов слабо зависит от того, что граждане Северной Кореи или Сирии думают о действиях своих лидеров на международной арене. Более того, многие из них вообще лишены возможности получать объективную информацию о происходящих в мире событиях.

Обратный пример — Франция или Швеция, с которыми Лебедев, напротив, хотел бы дружить. Правительства этих стран накладывают на Россию санкции, поддерживают вступление Украины в НАТО и дистанцируются от Владимира Путина не потому, что всем сердцем ненавидят Россию, а потому, что избиратели, которые будут голосовать на ближайших выборах, сочувствуют Украине. Такой позиции по-прежнему придерживается большая часть населения [Европейских стран](https://www.europarl.europa.eu/at-your-service/files/be-heard/eurobarometer/2022/public-opinion-on-the-war-in-ukraine/en-public-opinion-on-the-war-against-Ukraine-20230615.pdf?ref=holod.media) и [США](https://globalaffairs.org/research/public-opinion-survey/american-public-support-assistance-ukraine-has-waned-still?ref=holod.media). 

В демократических обществах действия политиков ограничены общественным мнением. Международные связи — не исключение. К слову, именно эта зависимость может объяснить некоторые [сомнительные](https://holod.media/2023/09/10/europe-cars/) решения в духе запрета гражданам России въезжать на территорию ЕС на личных автомобилях. Политики чувствуют запрос избирателей на восстановление справедливости, но не могут или не хотят дотянуться до узкой прослойки авторитарных элит и госкомпаний, пытаясь получить политические очки за счет рядовых россиян.  
  
Однако Лебедев излишне драматизирует. Если под «дружбой» мы понимаем интенсивность экономических связей, то Россия все еще может похвастаться тесными контактами с рядом стран, которые вряд ли следует ставить в один ряд с Венесуэлой и Сирией. По крайней мере, с точки зрения экономического благополучия. [Попытки](https://www.euractiv.com/section/global-europe/news/the-west-special-diplomatic-operation/?ref=holod.media) европейских и американских дипломатов убедить страны «Глобального Юга» присоединиться к санкционному давлению на российскую экономику не достигли однозначного успеха: объем торговли России с Бразилией, Китаем, Индией и Турцией[ вырос](https://www.nytimes.com/interactive/2022/10/30/business/economy/russia-trade-ukraine-war.html?ref=holod.media) на десятки и даже сотни процентов. Упомянутые страны придерживаются той или иной формы нейтралитета, обогащаясь за счет сотрудничества с Россией в рамках, которые позволяют не попасть под [вторичные санкции](https://www.bbc.com/russian/features-65234429?ref=holod.media). Китай и Турция также относятся к категории авторитарных режимов и гораздо менее чувствительны к общественному мнению, нежели европейские страны, а для гражданского общества в Индии и Бразилии будущее Украины просто не является заслуживающим постоянного внимания вопросом. 

Лидеры другой категории государств, о которой как раз-таки и пишет Артемий Лебедев, вряд ли могут предложить России взаимовыгодную торговлю, зато с радостью готовы разменять встречи с Владимиром Путиным на[ списание долгов](https://www.eurasiareview.com/21032023-russias-politics-of-writing-off-african-debts-oped/?ref=holod.media), [импорт](https://www.eurasiareview.com/21032023-russias-politics-of-writing-off-african-debts-oped/?ref=holod.media) профессиональных наемников, гуманитарную помощь и военные технологии, как это, вероятно, [происходит](https://theconversation.com/what-does-kim-jong-un-stand-to-gain-from-his-meeting-with-vladimir-putin-213555?ref=holod.media) в случае с [Северной Кореей](https://holod.media/2023/09/23/rossiya-i-severnaya/). 

[Россия и Северная Корея близки как никогдаЧто может дать Владимиру Путину главный диктатор планеты?![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2023/09/sfdsaf.jpg)](https://holod.media/2023/09/23/rossiya-i-severnaya/)

Наконец, в не очень многочисленной, но заметной группе стран сотрудничество с «северным партнером» может быть не только экономически выгодным, но и популярным решением. Не стоит забывать, что давнее колониальное прошлое Франции или Великобритании, равно как и действия США в Ираке и Афганистане, по-прежнему питают антизападный[ ресентимент](https://www.foreignaffairs.com/united-states/new-anti-americanism?ref=holod.media) в[ ряде](https://www.ajol.info/index.php/ijhss/article/view/203825?ref=holod.media) развивающихся стран. 

### Демократии дружат с демократиями, а диктатуры — с диктатурами? 

В мире, где лидеры либерально-демократических стран ориентируются исключительно на общественное мнение «здесь и сейчас», а граждане идеально информированы обо всех происходящих на земном шаре событиях, это могло бы быть правдой. Тем не менее лидеры даже самых прогрессивных политических систем руководствуются еще и стратегическими соображениями. Лучше всего этот феномен может быть проиллюстрирован фразой, которую американский президент Франклин Делано Рузвельт однажды якобы [сказал](http://www.quotationspage.com/quote/30107.html?ref=holod.media) о никарагуанском диктаторе Анастасио Сомосе: «Он может быть сукиным сыном, но он наш сукин сын». 

Сомоса был жадным и жестоким правителем, но обладал ценным для американских властей качеством — не любил коммунистов. На протяжении значительной части XX века США и отдельные европейские страны [с](https://holod.media/2023/06/14/gosdep/)[читали](https://holod.media/2023/06/14/gosdep/), что борьба с коммунистической угрозой может быть важнее демократических чаяний населения отдельных стран мира. Поэтому поддержку со стороны Запада нередко получали правители, далекие от либеральных идеалов.  
  
Холодная война осталась позади, а вместе с ней и большая часть подобных практик. Однако в ряде случаев страны ЕС и США по-прежнему готовы на тесное партнерство с недемократическими режимами. Например, Саудовская Аравия оказывает колоссальное влияние на конъюнктуру международных рынков нефти. Открытая поддержка демократизации королевства либеральными демократиями могла бы привести к болезненному ответу в виде роста цен на топливо. Другой пример: вскоре после протестов Арабской весны в Египте на первых за долгие годы демократических выборах был избран президент Мухаммед Мурси, близкий к движению «Братья мусульмане». Вскоре Мурси свергла армия, а в стране установилась жесткая диктатура. Несмотря на это, США [поддерживают](https://www.cato.org/commentary/ten-years-after-coup-us-still-supports-tyranny-egypt?ref=holod.media) с египетскими военными близкие связи, считая их более привлекательными партнерами, чем сторонников пан-исламистских движений, пускай и избранных народом Египта. Интересно, что эту «слабость» западных стран осознают многие диктаторы по всему миру, активно сигнализируя о том, что именно их страна якобы является[ последним](https://www.jstor.org/stable/4621723?seq=16&ref=holod.media) форпостом на пути распространения терроризма. 

Говоря о стратегических интересах, следует понимать, что они тоже имеют прямое отношение к общественному мнению, просто в более долгосрочной перспективе. Западные политики хотят дружить с саудовской королевской семьей не потому, что боятся роста цен на энергию самого по себе, а потому что не хотели бы снижения уровня жизни своих избирателей. Приход к власти режимов, поддерживающих атаки на граждан США, тоже вряд ли добавит кому-то электоральных очков. 

Другая причина, из-за которой демократии могут проявлять терпимость к автократам, — хитрость самих автократов. В недавно вышедшей научно-популярной книге [Сергея Гуриева](https://holod.media/2023/11/15/sergei-guriev-prizyvaiet-k-sanktsyiam/) и Даниела Трейсмана «[Диктаторы обмана](https://babook.org/store/50-ebook?ref=holod.media)» подробно рассказано о том, как современные диктаторы манипулируют общественным мнением за рубежом. 

[Призывал ли Сергей Гуриев к санкциям против всех россиян?Разбираемся в главном политическом скандале недели![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2023/11/imago_st_0902_20260006_0168012766.jpg)](https://holod.media/2023/11/15/sergei-guriev-prizyvaiet-k-sanktsyiam/)

Приведем лишь несколько примеров. Россия деятельно [поддерживает](https://www.lawfaremedia.org/article/russias-far-right-campaign-europe?ref=holod.media) крайне правые и консервативные партии по всей Европе и [тратит](https://www.prweek.com/article/1414179/russia-reengage-west-public-relations?ref=holod.media) сотни миллионов долларов на пиар-контракты с иностранными фирмами. Венесуэльский диктатор Уго Чавес звал в гости Диего Марадону, Наоми Кемпбелл и Кевина Спейси; Владимир Путин водил дружбу со стареющими Жераром Депардье и Стивеном Сигалом. Помимо возможной реализации мечты далекой молодости, эти контакты позволяют зарабатывать очки репутации как для внутренней, так и внешней аудитории. 

Другое хроническое увлечение многих диктаторов — международные спортивные состязания. Проведение Олимпиад, [чемпионатов мира по футболу](https://holod.media/2023/06/15/chempionat-mira-v-rossii/), успешные выступления национальных сборных и прочие [«мировые гандбольные рекорды](https://click-or-die.ru/2020/10/razbiraem-sportivnye-panchi-oksimirona-gandbolnyj-mirovoj-rekord-i-strannyj-match-yuventusa-s-realom/?ref=holod.media)» позволяют представить свой режим в лучшем свете для международных наблюдателей. Воздействуя на общественное мнение в демократиях, диктаторы гарантируют себе более стабильное будущее в международной политике. 

[Где вы были 12 лет?20 ноября в Катаре начинается чемпионат мира по футболу. Что с ним не так и кто в этом виноват — объясняет спортивный журналист Вадим Лукомский![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2022/11/afp_32nh9kx.jpg)](https://holod.media/2022/11/18/lukomski-qatar/)

### Как демократии объясняют сотрудничество с авторитарными режимами своим гражданам? 

Для начала следует признать: не все страны мира в одинаковой мере привлекают внимание западного гражданского общества. Украина — культурно и территориально близкое для многих членов ЕС государство. Того же самого нельзя сказать о, например, [Демократической Республике Конго](https://www.nrc.no/news/2023/august/drc-an-unprecedented-crisis-goes-ignored/?ref=holod.media): десятки миллионов жителей африканской республики страдают от голода, атак бандитских и повстанческих группировок, но мало кто за пределами небольшого экспертного и активистского сообщества хотя бы слышал об этих проблемах. Такую неосведомленность вряд ли стоит ставить в вину европейским или американским гражданам: было бы странным, если бы у них хватало возможностей следить за каждым гуманитарным кризисом и авторитарным правительством в мире. 

Кроме того, на протяжении последних десятилетий многие западные дипломаты и политики публично защищали [концепцию](https://en.wikipedia.org/wiki/Wandel%5Fdurch%5FHandel%23:~:text=Wandel%2520durch%2520Handel%2520?ref=holod.media) «Изменений с помощью торговли» («Wandel durch Handel»). Ее содержание можно свести к следующему: либеральные демократии, усиливая торговые связи с автократами, делают их более зависимыми от западных экономик. Благодаря этому снижается вероятность международных конфликтов, а сами диктатуры избегают окончательного «закручивания гаек» и даже делают шаги в сторону политической либерализации, чтобы не потерять партнеров, чувствительных к таким вопросам. 

Стоит отметить, что у этой идеи есть серьезное научное обоснование. В книге под названием «[Состязательный авторитаризм](https://www.cambridge.org/core/books/competitive-authoritarianism/20A51BE2EBAB59B8AAEFD91B8FA3C9D6?ref=holod.media)» политологи Стивен Левицкий и Лукан Вэй выдвинули объяснение того, почему после падения целого ряда авторитарных режимов в 1980–1990-х годах многие страны сумели стать стабильными демократиями, а другие почти сразу перешли к новой форме диктатуры. Согласно их анализу, ключевую роль [сыграла](https://muse.jhu.edu/article/185273?ref=holod.media) «демократическая связанность». Под этим термином они понимали плотность экономических, социальных и культурных связей вчерашних автократий с устоявшимися либеральными демократиями. Сильные межнациональные связи заставляли и элиты, и гражданское общество стремиться к либеральным реформам. Например, желание получить выгоды от присоединения к ЕС толкнуло подавляющее большинство восточноевропейских посткоммунистических стран на демократический путь развития. 

![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2023/11/frame-226.png)

![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2023/11/frame-227-1.png)

Однако воссоздать аналогичную зависимость искусственным путем не удалось. Вопреки ожиданиями апологетов «изменений с помощью торговли» за последние десятилетия мир стал менее свободным. Приведем пугающую [статистику](https://www.v-dem.net/documents/29/V-dem%5Fdemocracyreport2023%5Flowres.pdf?ref=holod.media): в 2012 году в автократиях жило 46% населения Земли, в 2022-м — уже 72%; в 1998 году на долю торговли между демократиями приходилось 74% мирового обмена товарами и услугами, в 2022-м — только 47%. Диктатур становится больше. Экономики диктатур растут и становятся менее зависимыми от демократий. Политологи говорят, что на нашу долю выпала жизнь во время «[третьей волны автократизации](https://www.tandfonline.com/doi/full/10.1080/13510347.2019.1582029?ref=holod.media)». 

![Доля мирового населения, проживающая в автократиях. 2012: 46%; 2022: 72%](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2023/11/frame-228.png)

### Кто более надежный союзник: демократии или диктатуры? 

Будет полезным взглянуть на систему международных отношений и с точки зрения условной «пацанской морали»: какие режимы и по каким причинам более склонны выполнять свои обязательства перед своими друзьями? Здесь демократии обладают [хорошей](https://www.jstor.org/stable/3078586?ref=holod.media)[ репутацией](https://academic.oup.com/irap/article-abstract/2/2/267/816290?redirectedFrom=PDF&ref=holod.media), в первую очередь — благодаря все той же подотчетности общественному мнению, а также системе сдержек и противовесов. 

Общественное мнение больших групп людей неповоротливо: по большей части избиратели придерживаются тех же взглядов, что и несколько лет назад. Сложно представить ситуацию, при которой сегодня подавляющее большинство британских граждан приветствует сотрудничество с Францией, а уже завтра требует разрыва партнерских отношений. Кроме того, лидеры демократических систем не правят в одиночку. В большинстве случаев они должны согласовывать свои решения с, к примеру, парламентом или оппозиционными партиями. Необходимость учета других интересов тоже замедляет смену вектора международной политики. 

Поговорим о диктаторах. В отличие от коллег-демократов, они не обременены необходимостью во всем подчиняться общественному мнению. Оппозиционные партии могут отсутствовать, парламент — быть полностью контролируемым. В тех авторитарных системах, где политика зависит от решений отдельно взятого человека, международная политика может быть абсолютно непредсказуемой. Вспомним, например, о многочисленных «[ударах в спину](https://www.forbes.ru/biznes/353349-udar-v-spinu-pochemu-putin-dva-goda-ne-mog-prostit-erdogana?ref=holod.media)», которые России исправно наносит турецкий президент Эрдоган. Этот тезис подтверждают ученые: известно, что авторитарные режимы, где лидер вынужден согласовывать свои решения с функционерами правящей партии или группой высокопоставленных военных, более успешны в международной кооперации. Даже такие институты могут [сдерживать](https://holod.media/2023/05/14/vybory-v-turtsii/) волюнтаризм недемократических лидеров. 

[Эрдоган победил честно? В чем ошиблась оппозиция? И что теперь изменится?Отвечаем на главные вопросы про второй тур президентских выборов в Турции![](https://storage.ghost.io/c/dd/26/dd2677a6-3a80-4373-accf-ef7b2aa06114/content/images/holod-media/wp-content/uploads/2023/05/afp_33gg97r.jpg)](https://holod.media/2023/05/29/erdogan-pobedil-i-cho-dalshe/)

Но и авторитарные режимы обладают некоторыми преимуществами. Например, они с [большей](https://www.jstor.org/stable/1519933?seq=1&ref=holod.media) охотой вступают в войну на стороне своих зарубежных союзников. Здесь стоит снова обратиться к общественному мнению: в подавляющем большинстве случаев среднестатистический избиратель не поддерживает кровопролитие. Поэтому многие демократии осторожно относятся к использованию своих вооруженных сил. Так, в 2003 году Германия и Франция [отказались](https://www.aljazeera.com/news/2004/11/20/nato-members-turn-down-iraq-mission?ref=holod.media) поддерживать США и их союзников во время интервенции в Ирак. 

Ранее мы уже ознакомились с концепцией «демократической связанности» Левицкого и Вэя. Позже политологи выяснили, что [существует](https://scholarlypublications.universiteitleiden.nl/access/item:2977469/view?ref=holod.media) и противоположное явление — «авторитарная связанность». Диктатуры, которые сумели выстроить прочное сотрудничество с другими диктатурами, статистически живут дольше, чем их менее «общительные» коллеги. В 2011 году Саудовская Аравия [ввела](https://npr.org/2012/01/05/144637499/bahrain-the-revolution-that-wasnt?ref=holod.media) войска в соседний Бахрейн, чтобы подавить народные выступления; российские военные помогли казахстанскому президенту Касыму-Жомарту Токаеву[ стабилизировать](https://www.rbc.ru/politics/06/01/2022/61d6984c9a7947710e71b627?ref=holod.media) ситуацию после январских протестов 2022 года. Автократам не нравится, когда возле их границ возникают намеки на демократизацию. Кроме того, как показал опыт последних лет, недемократические режимы не спешат в едином порыве присоединяться к санкционной политики США и ЕС, оставляя России пространство для маневра. Поэтому, пускай либеральные режимы и являются более надежными международными партнерами, порой именно влиятельные автократы могут быть самыми желанными друзьями для своих коллег по недемократическому цеху. 

### Россия теперь навсегда с КНДР? 

Это крайне маловероятно. Если взглянуть на историю СССР и России последнего столетия, можно заметить, что отказ от сотрудничества с демократиями всегда чередовался с периодом кооперации: за совместной борьбой с Третьим Рейхом последовала холодная война; на смену «[Карибскому кризису](https://ru.wikipedia.org/wiki/%25D0%25A0%25D0%25B0%25D0%25B7%25D1%2580%25D1%258F%25D0%25B4%25D0%25BA%25D0%25B0%5F%25D0%25BC%25D0%25B5%25D0%25B6%25D0%25B4%25D1%2583%25D0%25BD%25D0%25B0%25D1%2580%25D0%25BE%25D0%25B4%25D0%25BD%25D0%25BE%25D0%25B9%5F%25D0%25BD%25D0%25B0%25D0%25BF%25D1%2580%25D1%258F%25D0%25B6%25D1%2591%25D0%25BD%25D0%25BD%25D0%25BE%25D1%2581%25D1%2582%25D0%25B8%23%25D0%259F%25D0%25BE%25D0%25BB%25D0%25B8%25D1%2582%25D0%25B8%25D1%2587%25D0%25B5%25D1%2581%25D0%25BA%25D0%25B8%25D0%25B5%5F%25D0%25BF%25D1%2580%25D0%25B5%25D0%25B4%25D0%25BF%25D0%25BE%25D1%2581%25D1%258B%25D0%25BB%25D0%25BA%25D0%25B8%5F%25D1%2580%25D0%25B0%25D0%25B7%25D1%2580%25D1%258F%25D0%25B4%25D0%25BA%25D0%25B8?ref=holod.media)» пришла политика «[разрядки](https://ru.wikipedia.org/wiki/%25D0%25A0%25D0%25B0%25D0%25B7%25D1%2580%25D1%258F%25D0%25B4%25D0%25BA%25D0%25B0%5F%25D0%25BC%25D0%25B5%25D0%25B6%25D0%25B4%25D1%2583%25D0%25BD%25D0%25B0%25D1%2580%25D0%25BE%25D0%25B4%25D0%25BD%25D0%25BE%25D0%25B9%5F%25D0%25BD%25D0%25B0%25D0%25BF%25D1%2580%25D1%258F%25D0%25B6%25D1%2591%25D0%25BD%25D0%25BD%25D0%25BE%25D1%2581%25D1%2582%25D0%25B8%23%25D0%259F%25D0%25BE%25D0%25BB%25D0%25B8%25D1%2582%25D0%25B8%25D1%2587%25D0%25B5%25D1%2581%25D0%25BA%25D0%25B8%25D0%25B5%5F%25D0%25BF%25D1%2580%25D0%25B5%25D0%25B4%25D0%25BF%25D0%25BE%25D1%2581%25D1%258B%25D0%25BB%25D0%25BA%25D0%25B8%5F%25D1%2580%25D0%25B0%25D0%25B7%25D1%2580%25D1%258F%25D0%25B4%25D0%25BA%25D0%25B8?ref=holod.media)»; после «[разворота над Атлантикой](https://ria.ru/20110321/356280998.html?ref=holod.media)» наступила [эра](https://www.ng.ru/world/2004-09-14/1%5Funion.html?ref=holod.media) совместной борьбы с терроризмом. Однако, строго говоря, мы не можем быть уверенными, что эта закономерность будет воспроизводиться и в дальнейшем. Масштабные исторические тренды могут быть конечными. 

Вместо этого рассмотрим взгляды тех, кто уже сегодня может влиять на принятие политических решений в России, а в будущем, вероятно, получит еще больше власти. С 1993 года ученые проводят анонимные [опросы](https://www.hamilton.edu/documents/SRE2020ReportFINAL.pdf?ref=holod.media) российских элит, в число которых включаются министры, сотрудники администрации президента, редакторы крупнейших медиа, топ-менеджеры госкорпораций и многие другие. Последний на данный момент опрос был проведен сравнительно недавно, в 2020 году. Одна из главных целей исследования — отследить представления элит о российской внешней политике. 

Сегодня это может казаться удивительным, но еще несколько лет назад элиты [считали](https://www.hamilton.edu/documents/SRE2020ReportFINAL.pdf?ref=holod.media) наиболее предпочтительным для России партнером Европейский Союз: в пользу этого варианта высказался 31% опрошенных. Следом шел Китай, получивший 28%. Среди представителей законодательной, исполнительной власти и военных доля «сторонников» ЕС немного ниже, но все равно весьма значительна: 27%. Всего 5% респондентов считало, что Украина и Россия должны быть единым государством, 67% поддерживало противоположную точку зрения. Эти и ряд других выводов позволяют утверждать, что значительной части российских элит не свойственно шапкозакидательство и неумеренная тяга к отказу от сотрудничества с Западом. Конечно, в персоналистской авторитарной системе, коей и является Россия, позиции рядовых чиновников могут не оказывать сильного воздействия на политику здесь и сейчас, но по крайней мере создают основу для изменений в будущем. 

Другая интересная закономерность: отношение российских элит к США изменчиво. В 2008 году 71% опрошенных считали Америку угрозой национальной безопасности России, в 2012 — только 42%. 2016 год стал рекордным: тогда угрозу в заокеанской стране видело 80% респондентов, но в 2020 году снова произошло снижение до 57%. Ученые [предлагают](https://eng.globalaffairs.ru/articles/the-russian-elites-view-of-global-politics/?ref=holod.media) разные объяснения этой динамике: в расчет берутся электоральные циклы (влияние собственных попыток элит сплотить избирателей перед лицом внешнего «врага»), ситуация на международной арене (например, в 2008 году случилось вторжение в Грузию) или растущая обида элит на Запад («[надувательство](https://tass.ru/politika/17996705?ref=holod.media)» со стороны «уважаемых партнеров»). Но гораздо важнее то, что в совсем недавнем прошлом США не воспринимались как безусловная угроза многими российскими чиновниками. Такой откат возможен и в будущем. 

Мы не знаем, какой будет Россия через год, пять лет или десятилетие. Но можно быть уверенными, что однажды в число ее «друзей» или хотя бы партнеров вернутся и те страны, которые сегодня считаются заклятыми врагами.